Система Пиратов Карибского Моря - Сим Симович

Казино «Золотой Дракон» пронзало низкие, набрякшие кислотным дождем облака, возвышаясь над трущобами Дэдзимы как гигантский, пульсирующий неоном средний палец, адресованный закону и здравому смыслу. Восемьдесят этажей концентрированного порока, где имперские чиновники просаживали казенные бюджеты, а криминальные боссы заключали сделки под аккомпанемент стонов аугментированных гейш. Три верхних яруса, включая роскошный пентхаус, безраздельно принадлежали клану Стального Карпа. Это была крепость, защищенная маго-щитами армейского образца, десятками турелей и сотней до зубов вооруженных бойцов.

Якудза чувствовали себя здесь в абсолютной безопасности. И это было их главной, фатальной ошибкой.

Дождь, непрерывно поливающий Дэдзиму, был не просто погодным явлением. Это была вода. А там, где была вода, Сирена становилась богиней смерти.

Девушка-водница не стала штурмовать парадные входы или взламывать электронные замки черных лестниц. Она стояла на крыше соседнего небоскреба, закрыв глаза и раскинув руки, словно впитывая в себя каждый звук падающих капель. Ее сознание расширялось, сливаясь с потоками на стеклянных фасадах «Золотого Дракона».

Она нашла нужный ритм. Гидрокинез не требовал грубой силы, он требовал идеального резонанса.

Тело ассасина потеряло плотность, превратившись в полупрозрачный, дрожащий силуэт, а затем распалось на миллионы капель, которые подхватил шквальный ветер. Сирена в буквальном смысле перелетела через пропасть между зданиями вместе с дождевым шквалом, осев на тонированном стекле пентхауса.

На открытой террасе дежурила пара снайперов в оптических камуфляжах. Их тепловизоры сканировали пространство на километры вокруг, но техника была бессильна против магии, лишенной тепловой сигнатуры.

Лужа под тяжелым ботинком первого снайпера внезапно ожила. Вода скользнула вверх по его штанине, змеей обвилась вокруг торса и проникла под маску-респиратор. Боец даже не успел дернуться к тревожной кнопке. Вода заполнила его легкие за долю секунды, безжалостно разрывая альвеолы. Снайпер захрипел, пуская кровавые пузыри из-под маски, и осел на мокрый бетон.

Второй охранник резко обернулся, реагируя на глухой стук падающего тела, но было поздно. Сирена уже стояла у него за спиной, вновь обретя плотность. Тончайший водяной хлыст, спрессованный магией до плотности алмазной нити, беззвучно отделил голову снайпера от плеч. Голова, заключенная в высокотехнологичный шлем, покатилась по террасе, оставляя за собой неровный красный след, который тут же смывало дождем.

Идеальный ассасин не стала задерживаться. Ее целью был не патруль, а сердце здания — главная серверная и генераторная, расположенные этажом ниже. Сирена просочилась сквозь вентиляционную решетку, превратившись в тонкую струйку влаги.

Внутри пентхауса жизнь била ключом. В роскошном главном зале, устланном татами из генномодифицированного тростника, заместитель главы клана распивал подогретое сакэ в компании старших офицеров. На голографических экранах мелькали сводки с теневых рынков, а в центре комнаты две кибер-гейши исполняли замысловатый танец, сверкая хромированными суставами.

Они праздновали. Новость о том, что отряд лейтенанта зажал северных варваров на нижних уровнях, уже дошла до руководства. Заместитель главы, грузный мужчина с металлическим протезом вместо нижней челюсти, как раз поднимал тост за здоровье министра Окады, когда реальность дала трещину.

Свет мигнул. Голографические экраны пошли рябью и погасли. Музыка оборвалась на высокой ноте.

Через секунду тяжелые армейские генераторы, питающие энергощиты и системы безопасности «Золотого Дракона», с визгом остановились. Сирена, добравшаяся до распределительных щитков, просто пустила по высоковольтным кабелям концентрированный солевой раствор. Короткое замыкание выжгло не только предохранители, но и мозги дежурным техникам, чьи нейроинтерфейсы были подключены к сети казино.

Пентхаус погрузился во мрак, прорезаемый лишь тусклым аварийным освещением, отбрасывающим на стены зловещие красные блики.

— Тревога! — проревел заместитель главы, его металлическая челюсть лязгнула, высекая искры. — Поднять всех бойцов! Включить резервные…

Он не договорил.

Двери главного лифта, ведущего в пентхаус, не открылись. Они взорвались.

Двухтонные створки из легированной стали, рассчитанные на прямое попадание из гранатомета, выгнулись дугой и с оглушительным грохотом рухнули прямо на полированный паркет холла, придавив насмерть парочку охранников. В облаке бетонной пыли и едкого дыма, клубящегося в дверном проеме, появились два силуэта.

— Тук-тук, любители сырой рыбы! — жизнерадостно прохрипел Ржавый Гвоздь, переступая через погнутую сталь.

Ветеран был в своей стихии. В зубах дымилась неизменная самокрутка, а в руках покоился алхимический дробовик, чье дуло уже светилось от перегрева. За спиной наемника возвышался Урраг, довольно скалящий клыки в предвкушении грандиозной бойни.

Десяток элитных бойцов якудза, дежуривших в холле, немедленно открыли огонь на поражение. Плазменные заряды и бронебойные пули градом обрушились на дверной проем.

Но орк был быстрее. Урраг не стал уклоняться. Он просто шагнул вперед, прикрывая собой Гвоздя, и принял шквал огня на свою зачарованную, каменную кожу. Пули отскакивали от зеленого монстра со звоном, оставляя лишь царапины, а плазма бессильно шипела, испаряя капли пота.

— Моя очередь, — меланхолично бросил наемник, выходя из-за спины гиганта.

Дробовик рявкнул. Сноп кислотной картечи пронесся по холлу, превращая красивый интерьер в декорации к фильму ужасов. Трое якудза, попавших под прямой удар, буквально растворились в воздухе. Их броня стекла на пол пузырящейся биомассой, обнажив плавящиеся кости и искрящие импланты. Дикие крики боли заполнили этаж.

Урраг, не дожидаясь, пока враги перезарядят оружие, совершил рывок. Триста килограммов мышц и ярости врезались в строй выживших охранников. Зачарованный тесак описал горизонтальную дугу. Орк не использовал изящных техник фехтования. Он просто разрубил двоих бойцов пополам вместе с их кинетическими щитами, которые даже не успели активироваться. Кровь фонтаном ударила в потолок, заливая красные аварийные лампы.

— Эй, зеленокожий, оставь мне хоть кого-нибудь! — крикнул Гвоздь, всаживая заряд в грудь якудза, пытавшегося зайти с фланга. Наемник с циничной улыбкой наблюдал, как бандита отбрасывает к стене, оставляя на обоях кровавый мазок. — Я зря, что ли, тащился на этот проклятый восьмидесятый этаж пешком по тросам?

В это же самое время, в нескольких десятках метров ниже, по центральной лифтовой шахте поднимался Ильяс Михеевич Мразко.

Архимаг не утруждал себя лестницами или подъемниками. Он стоял в центре бездонного бетонного колодца, положив ладони на толстые стальные направляющие лифта. Магия пятого ранга струилась по его венам, холодная, идеальная, подчиняющая себе законы мироздания.

Серб менял гравитационный вектор вокруг собственного тела, создавая тягу, которая плавно поднимала его вверх со скоростью курьерского поезда. В шахте царил собачий холод. Стены покрывались толстой коркой льда, а воздух вымерзал, превращаясь в парящую снежную пыль.

— О да, — сладко мурлыкал Малик Дэ Сад, чей голос гулким эхом отражался от виртуальных стенок черепа аристократа. Демон упивался происходящим. — Я слышу крики, Мразко. Твои псы рвут их на куски. Но это слишком грязно, слишком громко. Покажи им настоящее искусство. Покажи им абсолютную энтропию. Пусть их души замерзнут раньше, чем они поймут, что мертвы.

Ильяс проигнорировал