Система Пиратов Карибского Моря - Сим Симович

Ильяс медленно двинулся в сторону Теневого рынка. Он не спешил. Энтропия не терпит суеты. Она просто наступает, неотвратимо и абсолютно, забирая всё тепло без остатка. Сегодня улицы этого гнилого острова узнают, что такое настоящая физика. И что такое настоящий холод.

Теневой рынок Стального Карпа располагался на нижних, вечно затопленных уровнях Дэдзимы. Сюда не добивал свет уличных фонарей, а полицейские дроны предпочитали облетать этот сектор стороной, чтобы не лишиться оптики и антигравов. Место смердело жженой синтетикой, гнилой рыбой, дешевой лапшой и запекшейся кровью. Воздух был настолько плотным от испарений подпольных алхимических лабораторий, что его, казалось, можно было резать ножом. Впрочем, ножи здесь пускали в ход по куда менее весомым поводам.

Урраг прокладывал дорогу сквозь пеструю толпу аугментированных маргиналов с грацией осадного орудия. Глубинный орк просто шагал вперед, а местная публика — от кибер-проституток до барыг крадеными имплантами — разлеталась в стороны, словно кегли. Тех, кто не успевал убраться с пути, зеленокожий гигант небрежно отшвыривал плечом, отправляя в полет до ближайшей ржавой стены. Никто не возмущался. Габариты монстра и аура первобытной жестокости работали лучше любых извинений.

Студент семенил следом, вжав голову в плечи и судорожно прижимая к груди пустой защитный кофр. Артефактор вздрагивал от каждого резкого звука, с ужасом косясь на витрины, где в мутном формалине плавали чьи-то отрубленные конечности с вживленными маго-приводами. Японский киберпанк вызывал у столичного отличника приступы острой тахикардии.

Замыкал процессию Ржавый Гвоздь. Ветеран двигался расслабленно, прихрамывая на свою металлическую ногу, но его единственный здоровый глаз непрерывно сканировал слепые зоны, крыши контейнеров и темные переулки. Правая рука наемника, живая и покрытая шрамами, покоилась на рукояти алхимического дробовика, висящего на тактическом ремне.

Лавка нужного им барыги пряталась в остове списанного грузового судна, вросшего в бетонный причал. Внутри царил полумрак, освещаемый лишь мерцанием голографических экранов. Сам хозяин — лысый, иссохший японец с массивным оптическим имплантом вместо левой половины лица — недовольно зашипел, когда орк, протискиваясь в дверь, случайно снес дверной косяк.

Студент, сглотнув ком в горле, вышел вперед. Парнишка вытащил из кармана мятый чертеж и начал сбивчиво, смешивая ломаный японский с имперскими терминами, объяснять, что именно им требуется. Барыга слушал молча, его механический глаз мерзко жужжал, фокусируя линзы на чертежах, а затем на кошельке артефактора, туго набитом золотыми имперскими соверенами.

Спустя десять минут напряженных торгов, сопровождаемых выразительным клацаньем зубов Уррага, на грязный прилавок легли они. Тяжелые, матово-черные цилиндры имперских шунтов седьмого поколения и контейнер с вольфрамовыми изоляторами. Студент дрожащими руками проверил мана-проводимость деталей с помощью портативного сканера и едва не расплакался от облегчения. Это был оригинал. Каким образом контрабанда такого уровня оказалась в портовых трущобах, история умалчивала, да никого это и не волновало.

Парнишка начал торопливо складывать детали в кофр, пока барыга тянулся своей клешней к золоту. И в этот момент пространство вокруг них неуловимо изменилось.

Гвоздь, чьи инстинкты были отточены десятилетиями войн, первым почувствовал изменение давления. Воздух стал суше. Запахло озоном и перегретым металлом. Наемник с силой пнул Студента под колено, заставив того рухнуть на грязный пол вместе с кофром, и одновременно вскинул дробовик.

Стеклянная витрина лавки разлетелась вдребезги. Внутрь, сминая остатки дверного проема, шагнули пятеро.

Это были не обычные портовые гопники. Черные кевларовые костюмы, закрывающие лица маски-респираторы, а на открытых участках шей ярко светились неоновые татуировки в виде изогнутых карпов. Бойцы элитного крыла якудза. В руках незваных гостей угрожающе гудели короткие клинки, лезвия которых представляли собой сгустки высокотемпературной плазмы.

— Гайдзины, — прошипел старший из группы, поигрывая плазменным ножом. Его голос, пропущенный через вокодер маски, звучал механически и безжизненно. — Вы зашли не в тот район. Конфискация товара. Золото тоже остается здесь. А вы — отправляетесь на корм рыбам.

Барыга-киборг, поняв, к чему идет дело, попытался юркнуть под прилавок, но один из якудза не глядя метнул в него сюрикен с вшитым шокером. Торговец задергался в конвульсиях, пуская пену изо рта, и затих.

Студент, распластавшийся на полу, зажмурился, ожидая неминуемой смерти. Но вместо звука разрезаемой плоти он услышал хриплый, прокуренный смех.

Ржавый Гвоздь стоял в центре помещения, лениво покачивая стволом дробовика.

— Слушай, суши-мастер, — с издевкой произнес ветеран, сплевывая на пол. — У меня сегодня был паршивый день. Моему начальнику приспичило пришвартоваться в вашей радиоактивной луже, у меня закончился нормальный табак, а эта железяка, — он похлопал по протезу, — ноет от влажности. И тут появляешься ты со своим светящимся вибратором и пытаешься испортить мне шопинг.

Якудза не стали тратить время на пустые разговоры. Лидер группы сделал неуловимо быстрое движение, сокращая дистанцию за долю секунды благодаря боевым стимуляторам, впрыснутым в кровь. Плазменный клинок описал смертоносную дугу, метя точно в шею наемника. Температура лезвия была такова, что воздух вокруг него пошел рябью.

Гвоздь даже не попытался увернуться. Он просто нажал на спусковой крючок.

Грохот выстрела в замкнутом пространстве лавки ударил по ушам, словно взрыв корабельного орудия. Алхимическая картечь, пропитанная концентрированной фторсурьмяной кислотой, вылетела из ствола широким веером. Кинетическая энергия удара была чудовищной. Лидера якудза просто снесло назад, его грудная клетка превратилась в кровавое месиво, а хваленая кевларовая броня начала мгновенно плавиться, шипя и пузырясь под воздействием разъедающего реагента. Бандит рухнул на пол, издав булькающий крик, который быстро оборвался.

— Урраг, — меланхолично скомандовал Гвоздь, передергивая затвор. Гильза со звоном отскочила от стены. — Убери мусор.

Слова наемника потонули в радостном, кровожадном реве. Глубинный орк, до этого сливавшийся с тенями в углу, рванул вперед. Зачарованный тесак, тяжелый, как наковальня, со свистом рассек воздух.

Второй якудза попытался блокировать удар плазменным клинком. Это была фатальная ошибка, нарушающая базовые законы физики. Плазма могла прожечь сталь, но она не могла остановить кинетическую массу трехсоткилограммового монстра, вложившего в удар всю свою первобытную ярость. Тесак прошел сквозь блок, не заметив сопротивления, и разрубил бандита от левого плеча до правого бедра. Кровь, внутренности и искрящие провода кибер-имплантов щедро окатили стены лавки.

Оставшаяся тройка бойцов отшатнулась, осознав, что перед ними не просто заблудившиеся туристы, а профессиональные мясники. Они синхронно активировали боевые протоколы. Их мышцы неестественно раздулись, глаза залило красным светом синтетического адреналина.

— Пацан, хватай ящик и ползи к выходу! — рявкнул Гвоздь, всаживая еще один заряд картечи в прыгнувшего на него врага. Выстрел оторвал якудза ногу по самое колено, но тот, накачанный стимуляторами, даже не вскрикнул, попытавшись достать наемника клинком уже в падении. Гвоздь цинично размозжил ему голову ударом металлического протеза.

Студент, не помня себя от страха, схватил