Отморозок 12 - Андрей Владимирович Поповский

Надежда Владимировна прижала ладонь ко рту.

— Не говори так.

Вика встала и прошлась по комнате.

— Что-то изменилось.

— Может, Потапов понял, что натворили его люди, и испугался? — сказал отец.

— Тогда почему Настю до сих пор не вернули?

Он не нашел ответа. Телефон так и молчал. Без десяти десять Сергей Викторович поднял трубку. Вика мгновенно обернулась.

— Папа!

Он замер.

— Я только проверю линию.

— Положи.

— А если телефон…

— Папа, положи трубку!

Он поднес ее к уху. Гудок был. Сергей Викторович сразу положил трубку.

— Работает.

— Я знаю.

— Откуда?

Вика ничего не ответила. В десять часов она посмотрела на часы еще раз. Прошел ровно час. Больше ждать она не могла.

— Я позвоню деду.

— А если они позвонят в этот момент? — спросила мать.

Вика на секунду замерла. Потом взяла трубку.

— Тогда пусть звонят еще раз.

Она набрала номер. Ответила Елена Сергеевна.

— Да?

— Бабушка, это я. Дед рядом?

— Рядом.

Вика услышала приглушенные голоса, затем она услышала в трубке усталый надтреснутый голос деда.

— Да, Вика.

— Они не позвонили.

В трубке послышалось тяжелое дыхание деда.

— Последний разговор был в половине седьмого?

— Да.

— После этого ничего?

— Ничего.

Виктор Петрович молчал.

— Дед, что это значит?

— Не знаю.

Вика закрыла глаза.

— Все сегодня говорят мне «не знаю».

— Потому что тот, кто сейчас скажет тебе другое, будет врать.

Она стиснула трубку до боли.

— Что мне делать?

— Оставаться возле телефона и ждать.

— И все?

— Это должна делать ты.

— А ты?

Виктор Петрович тяжело вздохнул.

— Я попробую еще один канал.

Вика нахмурилась.

— Какой?

Дед снова помолчал.

— Есть у меня еще один вариант

— Какой

— Неважно, Телефон больше не занимай.

— Дед…

— Что?

— Найдите ее.

На другом конце снова возникла короткая тишина.

— Сделаю все, что могу.

Связь оборвалась. Вика медленно положила трубку. Сергей Викторович смотрел на нее.

— Что там?

Вика не ответила. Телефон перед ней снова замолчал.

* * *

Я, по давно установившемуся ритуалу, звоню с телефона-автомата на передаточный номер в одиннадцать вечера чтобы узнать не искал ли кто меня сегодня.

— Добрый вечер Аглая Степановна — говорю, услышав знакомое старческое «Алло» с того конца провода.

— Добрый. — слышу недовольное с другого конца.

Аглая Степановна — забавная старушенция, которую я никогда не видел и знаю только по голосу. Разговаривает она всегда так, будто у нее болит зуб.

— Мне сегодня никто не звонил?

— Звонили двое мужчин оба сказали, что нужно срочно поговорить. — недовольно бурчит она.

— Кто?

— Первый назвался Вахо, второй Виктор Петрович.

— Спасибо, Аглая Степановна. Доброй вам ночи! — вежливо говорю, вешая трубку.

Вахо и дед Вики и оба срочно. Что, черт возьми, случилось? Внутри все заныло от нехорошего предчувствия. Ладно сначала Виктор Петрович. Закидываю в прорезь новую монетку и набираю номер. Слышу усталый голос генерала.

— Слушаю.

— Доброго вечера, Виктор Петрович.

— Да какой к черту он добрый, — срывается дед Вики. — Сегодня похитили дочь Вики и Ивана.

У меня внутри все опускается. Вот так, значит, пошла игра.

— Вы знаете кто это мог сделать? — уточняю на всякий случай, хотя вариантов тут немного.

— А ты как думаешь?

— Потапов?

— Он, либо кто-то с ним рядом. Похитители потребовали от Вики чтобы она передала им материалы по новой статье насчет Потапова. Вика уже отдала им копии материалов.

— Я займусь.

— Поторопись Юра. Там пошли нехорошие движения. Я поднял кое какие свои связи и на Потапова надавили. С другой стороны на него надавил Каладзе к которому Вика тоже обратилась. После этого похитители пропали. Они должны были позвонить Вике домой с девяти до десяти. Звонка не было. Искать их в Москве и области не быстро, даже если и поднимем все ресурсы, а тут счет идет на часы.

— Понимаю, Виктор Петрович. Сделаю что смогу.

— Что ты планируешь?

— Пока ничего. Сначала подумаю.

— Юра…

— Да Я понял, Виктор Петрович. Телефон не занимайте. Я еще свяжусь. — говорю и кладу трубку.

Блин как все хреново пошло… Вахо искал меня явно по тому же поводу. Значит, своих он уже поднял. Виктор Петрович поднял своих. И за несколько часов никто девочку не нашел. Третий такой же поиск ничего не даст. Тем более, что мои возможности, в этом смысле, неизмеримо меньше чем у них.

После того как на Потапова надавили, похитители оборвали связь. Значит, на той стороне что-то изменилось. И если операцию сейчас начали закрывать, времени действительно может почти не остаться.

Но одно не сходится. Потапов сволочь, но не идиот. Похищение трехлетнего ребенка слишком грубый ход даже для него. Либо его прижало сильнее, чем я думаю, либо кто-то рядом оказался умный тактически и тупой стратегически. Виктор Петрович уже поднял старые связи. Я знаю достаточно, чтобы понимать: если старик действительно пойдет до конца, Потапову станет очень тесно даже в его генеральском мундире.

Но тогда, что он должен сейчас сделать? Если он просто вернет девочку, то распишется в том, что это его рук дело. Ему этого точно не спустят. Не тот случай.

А если не вернет? Никакие следы к нему не ведут. Похитители требовали показать статью, но ведь это еще не доказательство что похищение дело рук Потапова. Мало ли, может кто-то хочет стравить Потапова и Каладзе и действует под чужим флагом. Потапов будет стоять на своем, что ни сном не духом про это не знает. Тогда у него есть шанс выкрутиться. Обложится со всех сторон охраной, или вообще рванет заграницу, чтобы отсидеться там.

Искать Настю будут люди Вахо и люди от Виктора Петровича. Мне нужно другое. Заставить того, кто знает, где она, вернуть ее самому.

Кидаю в прорезь автомата новую монетку и звоню Вахо. Трубку берет кто-то из его людей. Называюсь Отморозком и прошу позвать шефа. Вскоре слышу знакомый голос

— У нас беда, Юра

— Уже знаю, Вахтанг Отаевич.

— Я поднял всех, кого смог, но пока результата нет. Знаю, что Иван и Вика тебе не безразличны, поэтому и сообщил.