Отморозок 12 - Андрей Владимирович Поповский

— Что планируешь делать?

Говорю уклончиво, потому что-то о том, что задумал лучше помолчать.

— Есть кое какие наметки, но пока ничего конкретного.

— Ладно, если что путное надумаешь. звони. Людьми и ресурсами помогу.

В трубке раздались короткие гудки. Я повесил ее на рычаг, и выйдя из промерзшего насквозь телефона-автомата, пошел к прогретой машине.

В подробности того, что я задумал, Вахо лучше не посвящать.

* * *

Стою у основательной металлической двери новой квартиры Кристины. У меня в руках небольшая спортивная сумка. Я уже бывал здесь несколько раз. В первый — помогал с переездом, и потом заскакивал — попить чаю… Наши отношения — это смесь взаимных подколок, секса и недосказанности. Мы не романтическая влюбленная парочка и не делимся сокровенным. Но, несмотря на неоднозначное первое знакомство, мы доверяем друг другу достаточно, чтобы повернутся спиной и, при необходимости, обратиться за помощью. За достаточно короткий промежуток времени я собираюсь обратиться за помощью во второй раз.

В первый раз помощь была нужна лично мне, и Кристина тогда проявила себя в высшей степени дружески и порядочно. Принять у себя дома раненного мужчину, замешанного в бандитской перестрелке, укрывать его у себя и заметать следы, рискуя собственной свободой, способен далеко не каждый друг мужского пола. И я очень оценил тот день и то, как Кристина отнеслась ко мне. Теперь она для меня своя. Не в смысле моя женщина, с которой я хочу провести остаток своих дней. Она — Кристина — «братан», за которую я теперь готов и в огонь, и в воду, и с которой к том у же можно провести несколько замечательных часов в постели.

Теперь мне снова очень нужна ее помощь, точней, не совсем мне. И то, о чем я собираюсь ее попросить, очень скользко и за далеко гранью как закона, так и просто человеческой морали. Но у меня нет выхода, потому что другие методы сейчас просто не сработают. Действовать нужно достаточно быстро, ведь жизнь маленького человечка — дочери очень близких мне людей, в реальной опасности, и я могу ей помочь только выйдя за грань. Тот, кто перешел эту грань первым, не оставил мне выбора. Я не буду полагаться на его благоразумие и тестировать человечность. Ставка слишком высока чтобы позволить пустить все на самотек. Я отвечу, но без Кристины, в том, что я задумал, не обойтись. Нажимаю на звонок. Один длинный и два коротких.

Жду. В дверном глазке мелькает тень. Потом слышу звуки отпираемых замков дверь, открывается и я вижу Кристину в тонком шелковом халатике. На ее лице легкое недоумение, обычно я не прихожу так поздно, и всегда предупреждаю о своем визите заранее.

— Привет! — говорю я, и шагаю вперед, обнимая ее и целуя.

Кристина отвечает на поцелуй и прижимается ко мне всем телом. Я ставлю сумку на пол, и одновременно прикрываю за собой дверь, отрезая нас от холодного подъезда. Наконец Кристина отстраняется и делает шаг назад с подозрением разглядывая меня.

— Ой, а что это случилось? Помню в последний раз ты пришел ко мне без предупреждения при весьма пикантных обстоятельствах, и тогда мне пришлось с тобой здорово повозиться.

— Это был предпоследний раз — с улыбкой возражаю я, — после этого я тоже пришел без предупреждения, но уже с цветами и тортиком.

— Помню, помню — кивает с ответной улыбкой Кристина, — но в этот раз ты без цветов и торта, отсюда я делаю вывод, что цель твоего визита не такая приятная как в тот раз.

— Ты права — киваю я и улыбка исчезает с моего лица. — Кристина, мне очень нужна твоя помощь…

* * *

— Да ты с ума сошел!, — изумленно качает головой Кристина, выслушав меня.

Мы сидим на ее хорошо обставленной кухне и только что я изложил ей свою просьбу. Первая реакция, как я и ожидал была отрицательная.

— Юра, это тебе не пьяного лоха в гостинице раздеть. Если мы проколемся, нас искать будет не районный участковый, а вся московская милиция, — продолжает Кристина без улыбки глядя мне в глаза.

— Крис, послушай. Украли дочь моих друзей. Маленькую трехлетнюю девочку. Ее ищут, но найти не могут. В таких случаях нужно действовать сразу. Я знаю кто заказал похищение. Это настоящая сволочь обладающая большой властью. Он уже убивал и остался безнаказанным. Наоборот сделал карьеру и разбогател. Сейчас его прижали как следует, и чтобы выкрутится, он способен даже убить девочку.

— Юра, я все понимаю, но ты сам говоришь, что человек, против которого ты хочешь выступить богат и обладает властью. Нас с тобой просто раздавят.

— Не раздавят, если мы будем действовать по уму. Я знаю, как сделать так, чтобы нас после этого не нашли. Поверь, я уже проворачивал нечто подобное и всегда уходил.

— Нас запомнят люди, там будет масса свидетелей. — все еще пытается возражать Кристина — Потом наши рожи будут на каждом стенде 'Их разыскивает милиция.

— Свидетели будут видеть и запоминать совсем не нас, а других людей.

— Это как? — Кристина не понимая смотрит на меня.

Я без слов выхожу в коридор и возвращаюсь с принесенной сумкой. Ставлю ее на стул, на котором только что сидел, раскрываю и начинаю выкладывать на стол, содержимое: парики, баночки кисти и ватные тампоны и много чего еще. Кристина изумленно смотрит на стол и заполоняющие его гримерские принадлежности. Потом переводит взгляд на меня.

— Ты умеешь всем этим пользоваться? — не веря спрашивает она.

— Да, — подтверждаю и смотрю на нее. — Так ты в деле?

Кристина молчит. Смотрит на стол, потом на меня. Прикусывает нижнюю губу, и наконец кивает.

— Да, только отныне моим макияжем будешь заниматься лично ты.

— Если ты мне поможешь, я даже готов чесать твои прелестные пяточки, когда только тебе вздумается.

— Принимается, — усмехается Кристина — и не думай, что я забуду про макияж и пятки.

* * *

Половина первого. Мы с Кристиной уже минут сорок кружим между Кутузовским и Мичуринским проспектом, присматриваем удобные для нашей цели точки, расположенные рядом с подходящим кафе известным мне еще из прошлой жизни и работающим уже в этом времени.

Ночью Москва совсем другая. Машин немного, поэтому сейчас трудно понять, как здесь будет выглядеть движение днем, но общий маршрут я представляю. Кристина сидит рядом, одетая