Отморозок 12 - Андрей Владимирович Поповский

Голос был знакомый, но не настолько, чтобы сразу вспомнить человека. Но Потапов все же вспомнил его и внутренне поежился.

— Слушаю.

— У нас с вами общих дел почти не было. Так пересекались пару раз в известных вам кабинетах… Я звоню по просьбе Виктора Петровича Смирнова.

Потапов на секунду прикрыл глаза.

— Что именно ему от меня понадобилось?

— Ничего особенного. Сегодня из садика исчезла его правнучка. Трехлетняя девочка.

— Я уже слышал.

На другом конце выдержали короткую паузу.

— Тем лучше. Значит, объяснять долго не придется.

— А что вы хотите мне объяснить?

— Ничего. Я только хотел убедиться, что информация до вас дошла.

Потапов холодно спросил:

— Вы считаете, что я имею к этому отношение?

— Я ничего не считаю, Егор Владимирович. И очень надеюсь, что ваша фамилия появилась в этой истории по недоразумению.

— Тогда зачем вы звоните?

— Потому что недоразумения лучше устранять быстро. Особенно такие.

Потапов помолчал.

— Это угроза?

— Нет. Разумеется, нет.

Голос оставался совершенно спокойным.

— Просто Виктор Петрович вынужден сейчас обращаться к людям, которых много лет не беспокоил. Чем дольше девочка не находится, тем шире будет круг этих людей.

Потапов медленно провел пальцем по краю стола.

— Я вас понял.

— Я на это и рассчитывал. Доброй ночи, Егор Владимирович.

— Доброй.

Связь оборвалась. Потапов некоторое время смотрел на трубку. Потом положил ее на аппарат. Вахо хотя бы говорил прямо. Этот не сказал ничего. И именно поэтому разговор ему понравился еще меньше.

Глава 15

Потапов приехал на конспиративную квартиру первым. Это случалось редко. Обычно Игнатов уже ждал его здесь, заранее проверив подъезд и двор. Сегодня Потапов не захотел ждать ни минуты. Машину оставили в соседнем дворе. Охранник первым прошел через подъезд и вернулся через несколько минут дав понять что можно идти.

Потапов поднялся наверх один. В квартире было тихо. Он не включал верхний свет, только торшер возле кресла. Снял пальто, сложил и бросил его на диван. Потом несколько раз нервно прошел от окна к двери.

На журнальном столике стояла бутылка минеральной воды. Потапов налил себе полстакана, сделал глоток и тут же поставил обратно. Потом услышал как кто-то возится с замком, открывая его ключом, но даже не пошевелился чтобы открыть самому. Через несколько секунд щелкнул замок. Игнатов вошел, закрыл дверь и остановился в прихожей, увидев генерала стоящего в комнате.

— Егор Владимирович.

— Заходи.

Игнатов снял пальто, аккуратно повесил его в шкаф и вошел. Несколько секунд они смотрели друг на друга.

— Настю Смирнову ты взял?

Игнатов едва заметно изменился в лице. Пауза длилась всего секунду.

— Да. — кивнул он.

Потапов сжал челюсти так, что под кожей заходили желваки.

— Значит, все-таки ты.

Игнатов молчал.

— Трехлетнюю девочку, Володя?

— Да.

— Ты что, блядь, совсем охуел?

Игнатов спокойно выдержал его взгляд.

— Нет.

Потапов резко отвернулся.

— Я тебе сказал просто остановить статью, а ты что творишь?

— Я ее и останавливал.

Потапов повернулся обратно.

— Похитив ребенка?

— Другого быстрого рычага не было.

— Не было?

— Смирнова давно уже под охраной Каладзе. Две машины. Один человек постоянно с ней. Двое ходят как привязанные следом. В редакции трогать нельзя — вы сами запретили. Ее муж в Лефортово. На родителей давить бессмысленно. Дед старый и больной.

Потапов криво усмехнулся.

— Старый и больной…

Игнатов заметил интонацию.

— Что?

— Мне только что напомнили, насколько он старый и больной. Потапов подошел ближе.

— Мне позвонил Вахо. Потом еще один человек. От Смирнова.

Игнатов нахмурился.

— Кто?

— Неважно кто. Важно, что позвонил и поверь, я совсем не обрадовался этому звонку.

Игнатов несколько секунд думал, потом покачал головой.

— Быстро.

— Вот именно, Володя. Быстро.

Потапов прошел к креслу, но не сел.

— Ты хоть понимаешь, что наделал?

— Понимаю.

— Нет. Ни хрена ты пока не понимаешь.

Потапов ткнул пальцем в его сторону.

— Еще этим утром у меня была одна маленькая проблема. Какая то долбанная журналистка. с длинным носом, собиралась написать статью про дела давно минувших дней.

Потапов замолчал, а потом взорвался

— Да и хуй бы с ней, с этой статьей. Не такой же, блядь, ценой! К вечеру ты сделал так, что мне звонит Каладзе и требует вернуть трехлетнего ребенка. Следом звонят большие шишки из ГРУ. Завтра этим заинтересуется вся редакция «Огонька». Потом дойдет до самого верха…

Игнатов спокойно сказал:

— До завтра девочка должна была быть дома.

— Должна была?

— Да.

— А Смирнова?

— Отказалась бы от статьи.

— Ты уверен?

— После первого звонка она выполнила все, что ей сказали.

— Конечно, блядь, выполнила, потому что у тебя ее дочь!

— Да, именно поэтому. — спокойно кивнул Игнатов.

Потапов несколько секунд смотрел на него.

— Значит, по-твоему, все было хорошо рассчитано?

— По задаче — да.

— По задаче…

Игнатов наконец сел в кресло.

— Вы сказали найти аргумент, который заставит ее саму отказаться от статьи.

— Я сказал найти аргумент, а не похищать ее ребенка.

— Вы отдельно запретили трогать саму Смирнову.

— И ты решил, что трехлетняя дочь под запрет не попадает?

Игнатов не ответил сразу.

— Я решил, что это будет несколько часов. Без насилия. Без травм. Без публичного скандала.

— Ребенка украли из детского сада, Володя.

— Она не испугана. С ней опытная надежная женщина. Ее кормят, с ней играют. Смирнова слышала ее голос.

— Какая разница?

— Для меня есть.

Потапов посмотрел на него внимательнее.

— Для тебя?

— Да.

— Какая?

Игнатов помолчал.

— Я в любом случае не собирался причинять ей вред.

Потапов усмехнулся без веселья.

— Очень благородно.

— Я не говорил, что благородно.

— Тогда что ты говоришь?

— Что ребенок был рычагом. Не целью.

В комнате стало тихо. Потапов подошел к окну и отодвинул край шторы. Во дворе было уже темно. У подъезда стояла женщина, рядом с ней мальчишка с санками.

Он отпустил штору.

— У меня ведь тоже есть дочь, Володя.

Игнатов поднял глаза.

— Знаю.

— Ты почему-то забыл об этом, когда решил, что дети теперь тоже аргумент.

Игнатов ничего не ответил. Потапов вернулся к столу.

— Все. Операцию сворачивай.

— Сейчас?

—