Эра Бивня - Рэй Нэйлер

фото, по идее, было напечатано на бумаге архивного качества. Карточку множество раз небрежно складывали посередине, а один раз даже по диагонали. Двое на снимке были в нелепых зимних куртках – такие сейчас можно увидеть разве что в какой-нибудь исторической драме. Они радостно улыбались в камеру. Мужчина был в шерстяной шапке, женщина в берете. Позади виднелись опрятные крошечные домики, почти полностью скрытые пеленой снега. Судя по архитектуре, фотографию сделали где-то на севере Европы. Очень бледный свет. Очень дальний север. Влюбленные крепко держались за руки и стояли, склонив головы друг к другу.

Это были Себастьян и София. С другими стрижками (у него – ужасная, совершенно ему не шла, а у нее очень милая), в другой одежде, но это точно были они. Себастьян долго разглядывал фотографию, потом перевернул. Сзади ничего, только какие-то цифры – внутренний код фотопринтера, выцветший и едва различимый. Дата не стояла, однако, судя по одежде…

– О чем вы подумали? Первая мысль, которая пришла вам в голову.

Он поднял глаза. Она подалась к нему, обеими руками сжав кружку.

– Ну… это мы. То есть на снимке изображены явно мы с вами. Но я не…

– Конечно, вы не помните, Себастьян. – Она странно произнесла его имя: с запинкой, будто боялась ошибиться в незнакомом слове, которое видела только в книжках. – Я тоже не помню. И вас не знаю. Это… – Она резко встала и подошла к окну. – Это осталось за горизонтом моей памяти. Знаете, я навела справки. Изучила эпоху, отталкиваясь от одежды людей на снимке. Не то чтобы глубоко копала… Просто… Фотография всегда была у меня, сколько себя помню. Ей лет четыреста. По самым приблизительным оценкам. Может, триста девяносто, триста восемьдесят… Так одевались около четырех веков тому назад. Мне надо на воздух. Не хотите прогуляться? Не могу сидеть здесь, тем более с вами.

Они пошли вдоль берега реки. От еще не скованной льдом воды несло холодом. Они пересекли реку по закрытому пешеходному мостику. Внизу, отражая город, лежало черное зеркало воды. Звезд, конечно, не было.

– Не знаю, как давно я обнаружила эту карточку. Смутно припоминаю, как достаю ее из какой-то книги… Потрепанной. – София шла с закрытыми глазами. – С белой обложкой. На обложке – только текст, причем написанный от руки. И… зеленые полоски? Я помню зеленые полоски. Книги у меня давно нет, не представляю, куда я ее дела. Долго пыталась вспомнить хотя бы заглавие, но так и не вспомнила.

Она вдруг остановилась и повернулась к нему.

– Какое ваше первое воспоминание?

– Отчетливое или смутное?

– Самое первое. Про которое вы точно знаете, что это воспоминание, а не сон.

– Ладно…

Вдали, за поворотом реки, медленно вращались секции жилого небоскреба, поворачиваясь к реке то одной стороной, то другой.

– Я стою на палубе корабля. Он огромный, размером с город, и вся палуба забита стоящими друг на друге такими… контейнерами. Ну, вы их видели – морские контейнеры, переоборудованные в жилые помещения. Между ними протянуты дорожки и мостики. Хорошо помню свои чувства, связанные с этим воспоминанием: кажется, перед этим мне очень долго было грустно. Я смотрю на свои руки: в них фрагменты, обрывки чего-то… Не помню чего. В основном белые и оранжевые. Я часами бился, пытаясь вспомнить, что же это, да так и не вспомнил. Я разжимаю ладони, и обрывки уносит ветром. Они улетают за борт и скрываются из виду. Помню свое расстройство: мне хотелось увидеть, как их эффектно поглотит море, но нет, они просто исчезли за бортом, под громадиной корабля. И все.

Следующее яркое воспоминание – спустя несколько месяцев. Потом, конечно, таких ярких картинок становится больше. Видимо, я был очень потрясен, раз так хорошо запомнил ту историю. Постоянно себе ее пересказываю. Чтобы не забыть. Чтобы запомнить. Навсегда…

– Наверное, это произошло во время круиза… Помните кругосветки в домах-контейнерах? Реклама еще была: «Вокруг света за пять лет – не выходя из дома!» Идею так и не довели до ума… Лайнеры загрязняли воду и воздух, делали остановки в сомнительных портах. Но те, у кого было время и тенге, охотно покупали такие путевки. Они долго пользовались популярностью, пока один из лайнеров не затонул в Атлантическом океане. Помните?

– Пятьдесят лет тому назад.

– Скорее, шестьдесят.

– Да, возможно. Давно не слежу за новостями.

С моста на улицу спустились на эскалаторе. Весь центр был перестроен под старину. Именно так он выглядел много столетий назад, в те времена, которых теперь не помнят даже профессиональные мнемозины. Себастьяну это нравилось. Потому он здесь и поселился – и София, видимо, тоже. Их руки в перчатках случайно встретились, когда София резко поменяла направление и нырнула в узкий переулок. Всюду, разумеется, стояли велосипедные станции: в двухстах пятидесяти центральных кварталах автомобили были запрещены. Себастьян жил рядом, и его велосипед тоже стоял неподалеку.

Себастьян подул на замерзшие руки в перчатках и подумал, что пора бы поменять демисезонные на зимние, с теплой подкладкой. Внезапно его охватил ужас, захотелось оказаться далеко от Софии, закопаться в тексты по ДАА, запереться в своем мирке. Вдруг София развернулась, встала посреди тротуара и положила руку ему на плечо.

– Я ведь не суеверный человек. – Налетевший с реки порыв ветра злобно зашипел палой листвой; они оба засмеялись. – Как бы мир ни пытался сделать меня суеверной. Ну, не верю я в судьбу и прочее. И все же хочу кое-что вам сказать. Можно?

Он поморгал.

– Почему нет?

– Хорошо. Мое первое отчетливое воспоминание связано с тем, как я нашла эту фотографию. Говорят… то есть пишут… что память лучше всего хранит те воспоминания, которые особенно важны для человека. Мол, там даже могут таиться ключи к чему-то… чему-то важному. Не знаю, правда ли это, но мне кажется логичным, что важные вещи мы помним дольше. Это раз. – Она загнула указательный палец. – Два: мы с вами на снимке явно счастливы. Не помню, когда я последний раз была так счастлива. Значит, это было очень давно. Не то чтобы я несчастна, просто… Такого счастья, как на фотографии, я не испытывала очень давно. Три: я хранила снимок, однако вас не искала. Может, иногда посматривала на прохожих, но специально не искала. Да и как прикажете искать человека с древней фотографии, если я даже не помню, как эту фотографию сделали? Нанять частного детектива? Бред. В общем, я просто ее хранила. Может, втайне надеялась на встречу. Кроме того, вы и сами видите, снимок был сделан далеко отсюда. И очень давно. То, что я решила забежать