"Фантастика 2026-191". Компиляция. Книги 1-41 - Александр Фрост

Обе группы двинулись к подворотне.

– Как думаешь, где засядут? – озабоченно спросил капитан.

Нишич задумался.

– Скорее всего, они рассчитывают, что их будут искать в соседнем здании. Значит, сидят в следующем после него. В Джамхире боевики работали именно так. Тем более в начале того дома следующая баррикада, а в конце ещё одна.

– Не засекли бы нас… – Может, террористов Ивчев и не брал, но бандитов – многократно. – Из окон дворы, как на ладони.

– Гляди, вон там помойка, с неё и тот двор просматривается, и ближайший, а она сама деревьями прикрыта, – предложил на ходу Радо. – Сейчас пройдём по двору, выскочим на улицу, которая поперёк проспекта идёт, пробежим по ней и обратно к помойке с дальней стороны. Так они нас не засекут, даже если кого-то наблюдать оставили. А если и заметят, то подумают, что мы ушли на поперечную улицу кого-то другого ловить. Да, и ещё, чем чёрт не шутит: может они и дальше засели. Отправь смотреть кого потолковее.

Капитан оглядел бойцов. Дозаряжающий диск пистолета-пулемёта сержант Претич точно толковый. Когда брали весёлый дом Ханракиса, и градоначальнику Винджуваца стало плохо, мигом просёк, что тот не притворяется, и таблетку впихнул. Блудливый старикашка с должности слетел, уступив место своему пронырливому заму Ливадичу, зато жив остался – до сих пор скрипит. Со стороны проспекта грохнули танковые орудия. Войска пошли на штурм баррикады. Восемь человек вихрем пронеслись по двору и улице, пробежали вдоль домов и пошли обратно, один отделился от группы и повернул направо. Хорошие тут платаны, высокие и раскидистые, даже сверху никого не разглядишь.

Минуты тянулись мучительно медленно. С проспекта ещё раз бухнула пушка, застрекотал пулемёт, хлопнуло вразнобой несколько винтовок. Лязганье гусениц, ещё несколько винтовочных хлопков, пулемётная очередь и грохот пальбы десятков стволов сразу. Всё повторилось: в ответ на огонь боевиков из здания пехотинцы и пулемётчики танков начали со всей дури садить по окнам, сметая и правого, и виноватого.

– Если выскочат, то сейчас! – прошипел журналист, взводя курок пистолета, с которым прошёл ещё Джамхиру. Ивчев достал свой. Бойцы взяли на прицел подъезды. Никого. Боевики ушли, или… Очередь справа хлестнула по ушам, за ней другая, тоном пониже, и ещё…

– Там! – заорал Радо и кинулся в дальний двор. Они домчались за несколько секунд и всё равно опоздали. Один из боевиков медленно отползал от подъезда, оставляя за собой кровавый след. Милиционер полулежал, прислонившись к дереву. Увидев своих, показал себе за спину. Нишич понял: – Туда побежали? Двое с ранеными, остальные за мной!

Нишич выхватил оружие у склонившегося над товарищем бойца и кинулся, куда указал подстреленный спецназовец. У пистолета-пулемёта ствол хоть и короткий, но бьёт дальше, чем его пукалка, да и 60 патронов в диске… Погоня длилась недолго, люди Мацевича здешние дворы изучили досконально и мгновенно растворились в их лабиринте. Ладно, хотя бы одного взяли живым.

Данетару Прежильну повезло. Пуля сержанта Претича пробила насквозь мягкие ткани бедра, не задев кость, а грамотно наложенная повязка – первой помощи спецназовцев обучают не хуже, чем стрельбе, – остановила кровь. Зато сам сержант так легко не отделался, – пулемётчик бана Анраца прошил его тело по диагонали от правого плеча к левому бедру. Претич поднял тускнеющие глаза на капитана, прошептал: «Лилянку… не бросай…» и замолчал.

Радо провел ладонью по лицу бойца, закрывая умершему глаза.

– Лилянка это кто? – спросил он. – Жена или дочь?

– Не поверишь – шлюшка Рухимчика, на которой голова Винджуваца погорел! – разъяснил Ивчев. – Та, что под малолетку работала. Мы её тогда вербанули, девка способная оказалась. Стучала, как молоток, и всё по делу. Ну, а сержант сперва ей просто пользовался, а потом влюбился по уши. Даже жениться хотел, но вот не судьба…

– Надо брак задним числом зарегистрировать, – редактор «Рассвета» не оставил привычки регулярно творить маленькое добро. – Чтобы ей, как вдове героя, пенсию положили. Думаю, Сокол поможет.

В морги четырёхмиллионного города свезли 607 трупов, включая 83 женщины и 17 детей. Хозяйку квартиры, из которой работала группа Мацевича, шальная пуля свалила, когда она бросилась искать шкодного сынишку, сбежавшего посмотреть «войнушку». Мальчик остался жив, в отличие от приятеля. Тот забрался на дерево, солдаты увидели подозрительно шевелившиеся ветки и дали залп.

Среди убитых обнаружились дезертиры из местной милиции и народного ополчения. Впрочем, их оказалось немного – всего полтора десятка: в мирное время почти все ополченцы сидят дома, а их оружие хранится на складах. Службу несли только офицеры, часть сержантов и новобранцы, проходившие подготовку в учебных ротах. Армейцы на всякий случай оцепили их казармы, но всё обошлось.

Потери наводивших порядок были невелики: 56 солдат и милиционеров, в основном, переброшенных из Вендии. Большинство местных так и просидели всю войнушку в своих участках, выбравшись, лишь когда всё закончилось. Журналисты Лиги их охотно фотографировали – вскоре эти снимки появятся в газетах всего мира вместе с рассказами о честных стражах порядка, отказавшихся стрелять в мирных сограждан.

Корреспондент финансируемой семейством Оназисов газеты Kandian expresse был доволен. Небольшая сумма, переданная труженикам морга, чуть большая в карман понятливого штабного офицера и копии документов о потерях обеих сторон у него в кармане. А какие трогательные фото погибшей семьи, чей дом разнёс танковый снаряд, получились! Коллеги из орлеанских Monday, Novelles Lutеce и Peple Observie удавятся от зависти.

Насчёт последнего листка кандианец ошибался. Мойзес Ламвракис предпочёл скорость достоверности и первым написал, что вендские каратели положили свыше двух тысяч невинных людей. Добавив, что официальные данные, которые скоро появятся, несомненно, окажутся заниженными: какой же кровавый режим признается в своих преступлениях? Фотографии нескольких погибших он, само собой, сделал, но всё затмила беззащитная детская колясочка, искалеченная танковыми гусеницами, и валяющаяся рядом кукла. Зря, что ли, Мойзи их на баррикаду закидывал?

Глава 10

Столица Народного Союза и республики Вендия город Светлоградово

– …И теперь, когда наши страны перестали смотреть друг на друга сквозь прицелы орудий, матери этих юношей… – пухлая ладонь замсекретаря Народно-Революционной партии по идеологии Слободара Ежвана указала на строй курсантов светлоградовского училища небесного флота, – никогда не заплачут по своим безвременно погибшим сыновьям!

– Водички хотите? – молоденькая журналистка протянула бутылку минеральной зашедшемуся в кашле редактору «Рассвета». Радо с удовольствием отхлебнул, поблагодарил девушку и вытер слезящиеся глаза. Кашлял он в героической попытке сдержать хохот. Интересно, не стоит ли где-то здесь в оцеплении бравый сержант Осрич? Он точно оценит столь пафосную речь из уст любителя мальчишеских попок, которому бил морду при облаве в борделе Ханракиса!