"Фантастика 2026-191". Компиляция. Книги 1-41 - Александр Фрост

– Анрац, у тебя, кажись, пара незаконных дочек созрели? Срочно выдай одну за этого прохвоста, пока его не перехватили! Таких надо держать под боком и на привязи!

Мойзи давно привык, что мамочка регулярно заводит шарманку насчёт какой-нибудь замечательной доченьки её школьной подруги, с которой сыночку непременно нужно познакомиться, и не удивился, услышав за вчерашним ужином об очередном семейном походе в гости. Когда сегодня утром его женитьбой озаботился старый хонорский бандит, журналист подивился странному совпадению. Но брачная охота продолжилась и вечером в постели!

– Знаешь, я не хотела тебе раньше говорить, но теперь уже пора, – с невинного личика Сесили можно было писать ангелочка, парящего над божественными тронами. – Тем более ты про детскую колясочку в статье про Хонор написал. Это так символично!

– Точно, мой? – уточнил Мойзес, судорожно пытаясь собрать в кучку разбегающиеся тараканами мысли. – Ты уверена?

– Мо-ой-зииии… – капризно протянула Сесиль. – Я ведь не в притоне работаю! Со сторонними мужчинами у меня после того, как с тобой встретилась, ничего не было. Уже почти год, между прочим! Только с баном Анрацом семь ладоней назад, но там прошло всё очень аккуратно, да и срок – двенадцать ладоней. Что делать будем?

Дважды жених уставился в потолок и очень крепко задумался. Сесиль иной раз ложилась под нужного человека в интересах дела, но шлюхой не была. Значит, почти наверняка понесла от него, и… он уже почти полюбил нечаянно зачатого младенца. Пускай рожает – там разберёмся. Денег у него хватит, чтобы обеспечить безбедную жизнь и любовнице, и супруге. Хотя…

Мысль о женитьбе совершенно не вдохновляла: приличные дочки маминых одноклассниц, как на подбор, скучные и пресные, словно лепёшки, которые альрамеи едят в Дни изгнания. Да ещё с мамочками, которые с пелёнок учат дочурок, как правильно руководить мужем!

Зато в той, которая сейчас нежится у него под боком, специй и сахара, как в старой пинаре! И папа с мамой у неё скромные, породнившись с семьёй знаменитого адвоката, станут смотреть на новых родственников снизу вверх. Единственный недостаток – не альрамейка… Кстати, а почему недостаток?

Перед глазами возник семейный фотоальбом, замелькали страницы… Родители – альрамеи. Бабушки-дедушки – тоже. И прабабки с прадедами, судя по фото… И ещё видно, что последнее поколение в лице самого Мойзеса явно измельчало. Не пора ли освежить кровь?

Обычай раз в четыре-пять поколений брать супругов со стороны, во избежание вырождения, малочисленный избранный народ завёл уже давно. Кровь альрамеев сильная, и дети практически всегда получались в них, а часто и ещё лучше. Значит, и здесь выйдет, что надо. Судьба!

Будущий отец решительно повернулся к Сесили и взял её руки в свои.

– Суарина Версуа! – торжественно произнёс он. – Думаю, пришла пора знакомить наших родителей!

Глава 11

Народный Союз, Республика Неврида, город Чернопартизанск

Вербовка директора Чёрнопартизанского шахтоуправления треста «Невридауголь» Хекурана Кондоле капитаном госбезопасности Будимиром Соколом воскресила пивную «Ромашка». Ту самую, чьё закрытие в интересах конкурентов из клана Кондоле спровоцировало ставший уже легендой мордобой между чёрными джалнутами и белыми вендами. Именно тогда шахтёр Драгомир Рудый сломал нос сыну Кондоле Куштриму и получил за то два года колонии. Жена с матерью изрядно потратились на адвокатов, но без толку – сидеть пришлось от звонка до звонка.

Сокол не только прилежно изучал доносы своего агента, но и нередко давал ему дельные советы. Например, обратил внимание, что работяга, лишённый дешёвого пива, страшен в гневе. Хекуран осознал и велел «Ромашку» открыть. Он даже не стал мешать привести её в приличный вид, чем, к всеобщему удивлению, занялся отмотавший очередной срок бандит Цвето Пенчев по кличке Водяной. Перевоспитался, не иначе.

Вскоре отремонтированная «Ромашка» стала как новенькая, и даже лучше. Пиво там теперь подавали исключительно свежее, цены почти не выросли, а над краном появился строгий плакат: «Требуйте долива после отстоя пены!» И ведь доливали! Особенно после трагической кончины бармена, которого товарищ директор поймал на попытке разбодяжить напиток водой из-под крана. Вероятно, от жгучего стыда тот нализался в стельку да и прыгнул с крыши дома вниз головой.

Новые порядки и зловещая репутация Цвето как-то сразу повлияли на посетителей. В заведении перестали драться (кому уж очень хотелось, шли на задний двор), зато приохотились играть в умные настольные игры, например, в «Шесть темниц». Разумеется, на пиво и закуску от проигравшего.

Сейчас проставляться придётся освободившемуся чуть раньше Водяного Драгомиру. Чёрные поля игровой доски – те самые темницы – до омерзения напоминали осточертевший лагерный барак. Две из трёх главных фигур Драго – красные полководец и первосвященник, – были заперты там до конца партии. Третью и главнейшую фигуру – императора обложили со всех сторон жёлтые пехотинцы, всадники и лучники. Окружённому суждено либо погибнуть, либо тоже уходить на чёрный квадрат. Что в любом случае означает поражение.

Стой его собственный всадник на красном поле, позволяющем сделать два хода подряд, или хотя бы на обычном, жёлтом! Как раз сейчас он мог поразить стоящего под ударом вражеского императора, но не судьба. Конный воин обречённо застыл на синем квадрате, где был неуязвим для вражеских фигур, но пропускал ход. Оставшиеся два пехотинца и камнеметалка тоже бессильны. Сейчас неумолимый соперник уведёт жёлтого императора в безопасное место, а следующим ходом загонит в чёрную «тюрьму» красного монарха.

Не желая произносить слово «сдаюсь», бывший заключённый № 1469 смешал фигуры.

– Зато мне в любви везёт! – сердито буркнул он и честно пошёл покупать пиво себе и победителю.

Бухгалтер Зореван Мрежиц не отреагировал на старую подколку. Их спор за красавицу с канатной фабрики закончился двенадцать лет назад, и Драгомир победил по праву. Какие шансы у тощей конторской крысы против рослого здоровяка-забойщика, который и в морду любому даст, и зарабатывает куда больше? Вот Неда и выбрала.

Можно бы поправить состояние махинациями, но Мрежиц был честен до идиотизма. Да и окажись он жуликом, шансов не имел. Воровать от всей души в городе могли лишь чернокожие из клана Кондоле, их друзья, родственники, друзья родственников и родственники друзей. Остальным оставались такие крохи, что и мараться не стоит. Разве что уголовные рожи типа Водяного могут урвать своё… Да вот и он припёрся, лёгок на помине!

– Гляди, какая фигня творится!

Заведя Рудого в кабинет, недавний сосед по бараку швырнул на стол свежий номер «Ревсомольца Невриды» и ткнул толстым пальцем в заголовок: «Великий почин молодёжной бригады».

Драгомир брезгливо скривился. Вот ведь как бывает: в комитете Ревсомола Невриды точно такие же ублюдки, как и в горкоме невридской столицы Самватара.