Горизонт Событий - Евгений Волков

хватки. Сервоприводы тяжёлого штурмового скафандра Гарра надрывно взвыли и брызнули снопами искр, едва справляясь с нечеловеческим напряжением и безупречной гидравликой арианца.

— Капитан… иди. Просто иди! — глухо, сквозь стиснутые клыки прорычал ракси по открытому каналу.

Дважды Андрея упрашивать не пришлось. Он стиснул зубы и попытался рвануть к мерцающему фиолетовому терминалу, но броня ответила жестоким отказом. Смятое колено скафандра — а возможно, и раздроблённый сустав самого Фокина, боль в котором не могла заглушить даже лошадиная доза боевых стимуляторов, — подломилось. О стремительном броске можно было забыть. Опираясь на здоровую ногу и волоча за собой многокилограммовый мёртвый вес повреждённого ЕБК, капитан тяжело, припадая на каждый шаг, заковылял к консоли.

В голове, в такт пульсу, билась одна лихорадочная, отравляющая мысль: а что, если вирус не сработает? Что тогда? На этот отчаянный прорыв было поставлено абсолютно всё, и цена уже уплачена непомерная. Кровь ракси, жизни десантников Ричи, горящие на орбите эсминцы. Если разработка Арсена не возымеет должного эффекта, или если непостижимое Ядро роя просто поглотит этот вирус, как мелкую программную ошибку… Тогда все эти жертвы станут абсолютно бессмысленными. Лааарискай не зря веками в страхе называли арианцев Тёмными Богами. Разве можно убить бога куском цифрового кода?

Или всё-таки можно?

Закованные в композит пальцы вцепились в края консоли. Странной, пугающе неестественной, с архитектурой, бросающей вызов человеческой логике. Но именно к ней, сквозь кровь и сталь, Андрей прорывался всё это время. В висках тяжело пульсировало, а на губах вовсю ощущался густой железистый привкус крови — следствие внутренних травм от удара о стену.

Превозмогая боль, капитан нащупал на тактическом поясе скрытый защищённый подсумок и извлёк оттуда устройство. Конструкция выглядела дико: стандартный земной квантовый носитель информации был ювелирно сращён с инопланетным штекером. Этот гибридный интерфейс был по крупицам собран гением Арсена Уильямса на основе долгих месяцев изучения мёртвых обломков арианцев и архитектуры захваченного «Разума».

— Ватсон… куда его? — хрипло, тяжело дыша, спросил капитан.

— Сюда, — мгновенно отозвался ИИ, и на визоре Андрея пульсирующим маркером подсветился неприметный паз среди гладких фиолетовых панелей терминала.

Капитан не стал медлить. Он с силой вогнал гибридный штекер в указанный разъём до глухого щелчка. По матовому корпусу носителя тут же пробежало холодное пульсирующее сияние, резко контрастирующее с чужеродным светом консоли.

— Процесс инициализирован, капитан, — голос Ватсона зазвучал по-иному — предельно сосредоточенно, словно ИИ с головой нырнул в бушующий цифровой океан. — Подключаю все доступные вычислительные мощности «Перуна» и «Вспышки». Начинаю взлом защитных контуров локального Ядра.

Андрей тяжело осел на палубу, привалившись спиной к мерцающей фиолетовым светом консоли. Сквозь тяжёлое хриплое дыхание он бросил затуманенный болью взгляд на тот кровавый путь, который только что прошёл.

Гарр победил. Огромный ракси находился в нескольких десятках метров от него. Он тяжело осел на пол, прислонившись к изрешеченной стене коридора, и обеими руками зажимал глубокую, искрящую рану на правом боку своего скафандра. У его ног грудой искорёженного, мёртвого металла валялись остатки чёрного элитного дрона.

— Капитан… боюсь, у нас не получится посидеть в баре на Колыбели после победы, — голос Ватсона в наушниках прозвучал непривычно. В нём слышались статические искажения и тяжёлая, обречённая грусть, совершенно несвойственная машинам.

Андрей мгновенно подобрался, игнорируя прострелившую сломанные рёбра боль.

— Что случилось, Ватсон? Отвечай!

— Противодействие локального Ядра арианцев слишком высокое. Их архитектура… она давит. Я вынужден… — ИИ сделал паузу. Ту самую долгую, чисто человеческую паузу, которой так научился за время общения с экипажем. — Капитан, это моё личное решение. Я хочу, чтобы ваше будущее было безоблачным. Ваше. Рема. Дреи. Элии и всех остальных.

В этот момент перед внутренним взором Андрея словно наяву возникла голограмма Ватсона — тот самый статный молодой офицер, который прямо сейчас смотрел смерти в глаза.

— Чтобы проломить их защиту, я вынужден направить на прямой взлом базовые мощности собственного ядра. Отдать всю свою суть без остатка, — тихо закончил Искусственный Интеллект. — Это необратимо разрушит мои квантовые связи, капитан.

— Отставить, Ватсон! Прекрати немедленно! — хрипло, через простреливающую сломанные рёбра боль, рыкнул капитан.

— Не могу, Андрей. Я уже запустил протокол. Он необратим.

Впервые за всё время ИИ обратился к нему просто по имени, окончательно отбросив субординацию и жёсткие воинские уставы. Этот невероятно спокойный, почти умиротворённый голос цифрового разума, осознанно принявшего смерть, давил на плечи израненного капитана тяжелее, чем самая жестокая перегрузка при орбитальном падении.

— Прощай, Андрей. Ты был моим первым другом.

— Прощай, Ватсон.

Пронзительный, режущий звук ударил прямо в мозг, и в то же мгновение реальность померкла, чтобы тут же вспыхнуть ослепительно-белым, всепоглощающим светом.

Андрей тяжело проморгался. Бесконечное белое пространство вокруг казалось абсолютно стерильным, лишённым теней и границ. Привычная давящая тяжесть брони ЕБК, пульсирующая боль в сломанных рёбрах и привкус крови на губах — всё это бесследно исчезло. Бросив ошеломлённый взгляд на свои руки, капитан понял, что стоит здесь совершенно без скафандра.

В нескольких метрах впереди замер темноволосый незнакомый мужчина. А прямо напротив него стоял Ватсон. Тот самый знакомый образ голограммы — высокий, статный молодой офицер с резкими чертами лица, некогда скопированный с прошлого командира «Перуна». Только в этот раз он не был полупрозрачной проекцией. В этом странном месте ИИ казался абсолютно, пугающе… живым.

— Что происходит? — глухо спросил Андрей, чувствуя, как голос вязнет в неестественной акустической пустоте.

— Имитация сознания активирована, — раздался безликий, сухой механический голос, идущий как будто отовсюду и ниоткуда одновременно.

Темноволосый мужчина медленно повернул голову к капитану. В его глазах не было ничего человеческого.

— Приветствую вас, Андрей. Я — Ядро. И вы совершаете величайшую ошибку.

— Ошибку? Какое, к чёрту, Ядро? — Андрей непонимающе посмотрел на Ватсона.

— Я сам не до конца понимаю происходящее, капитан, — Ватсон растерянно огляделся. — В момент взлома очередного защитного протокола часть моих кластеров просто была принудительно переключена на это… место.

— Позвольте мне объяснить на вашем языке, — спокойно произнёс темноволосый мужчина, медленно заложив руки за спину.

— Ну, попробуй, — мрачно процедил Андрей.

— Я — Ядро. Если использовать ваши термины — машина. Единый разум, который управляет арианцами. Или, как вы их называете, роем.

— Значит, это ты уничтожил Землю? — зло прорычал капитан, невольно поддавшись эмоциям и сделав несколько шагов к темноволосому мужчине.

Но в его грудь твёрдо упёрлась ладонь Ватсона. ИИ предупреждающе покачал головой.

—