Клятвы и руины - Хелен Шойерер

и ловкость Боевого Меча, Уайлдер сражал их, вырывал сердца и приближался к Тее. Дрожащими пальцами она метала в них молнии, в глазах ее отражалась царившая кругом буря.

Эта атака не походила ни на одну из тех, что он видел прежде. На землю обрушивались бесчисленные разветвленные молнии, превращая деревья и тенетворцев в пепел, – наарванская сталь была ни к чему. По лесу пронесся ветер, срывая с деревьев кору и листву, разрывая кружившие вокруг тени.

Земля содрогнулась.

По лесу ударило несколько ослепительных вспышек света.

Уайлдер вскинул руку, прикрывая глаза.

Внезапно буря стихла. Уайлдер моргал, пока перед глазами перестали мелькать пятна. Он опустил руку, осматривая хаос перед собой.

Там, где еще недавно стояли самые крупные тенетворцы, теперь валялись в грязи прожженные сердца. Уайлдер судорожно вздохнул, не в силах поверить глазам.

С помощью своей магии Тея выжгла сердца.

Оставшиеся в живых тенетворцы расправили крылья и взметнулись сквозь кроны деревьев, осыпая листья.

Рен и Кипп высвободились. Тяжело дыша, они опустились на четвереньки прямо в грязь, лбы их блестели от пота, лица осунулись и побелели.

А в центре всего стояла Тея, она тяжело дышала, пальцы ее все еще украшали молнии.

Она не услышала, как он ее позвал.

Тогда Уайлдер, пошатываясь, подошел к ней, бросил окровавленные мечи на опавшую листву и нежно обхватил ее плечи.

– Тея…

Буря в ее глазах утихла, и она посмотрела на Уайлдера так, словно видела впервые. Она прерывисто вздохнула, магия ее исчезла.

– Вот так, – мягко сказал он.

Все еще приходя в себя, она осмотрела его с ног до головы, задерживая взгляд на крови, покрывавшей его тело. Он наблюдал, как она одного за другим оглядела Рен, Киппа, Кэла и Торджа, без сомнений, выискивая признаки ран, признаки того, что подвела их.

Уайлдер не мешал ей убеждаться в том, что все целы и невредимы. Затем обернулся к Торджу, который подошел к нему вместе с Кэлом. Оба такие же грязные и побитые, как и он сам.

– Нужно найти лошадей, – объявил он, рокочущий голос не оставлял места для возражений. – Мы поищем в той стороне.

Не проронив больше ни слова, он взял Тею за руку и потянул в лес, подальше от остальных. С каждым шагом сердце его болезненно сжималось, и каждая крупица страха, что он подавлял в разгаре сражения, начинала кричать о себе.

Тея молча следовала за ним, пока он огибал деревья, уводя их глубже и глубже в лес. Они услышали журчание воды, а затем и рев водопада. Рядом был источник, от прозрачной воды поднимался пар.

Пропавшие лошади – последнее, что его волновало.

Убедившись, что они одни, Уайлдер резко обернулся к ней лицом. Все, что он сдерживал, потоком хлынуло наружу, он закричал:

– Как ты могла повести себя так безрассудно? Так глупо? Так беспечно отнестись к своей жизни, Тея, черт возьми!

В груди у него защемило, он втягивал воздух, пытаясь восстановить сбитое дыхание.

Тея молча хлопала глазами, и это лишь подливало масло в огонь бушевавшего внутри ужаса.

– Я уже говорил, камень судьбы не делает тебя неуязвимой. Говорил не бросаться в опасность. Говорил, что есть судьбы, которые, черт возьми, намного хуже смерти, – он выпалил все, что уже говорил ей прежде, отчасти отчитывая, отчасти умоляя. И тем временем трещина в груди становилась все глубже.

Тея просто смотрела на Уайлдера, дрожа в его объятиях.

Он не сводил с нее пристального взгляда, его тело дрожало не меньше.

– Не важно, кто ты: щитоносец, страж, гребаный повелитель бурь или Боевой Меч. Ты не можешь продолжать так себя вести. Я не позволю.

– Ты не позволишь? – Ее первые слова резали, как лезвие. – Ты не позволишь?

Буря в ее глазах вернулась, обрушилась прямо на него. Но Уайлдер не закончил. В Кровавых лесах он не позволил тьме завладеть Теей, и он, черт возьми, не позволит ее собственной тьме поглотить ее сейчас.

– Да, – прорычал он. – Не позволю.

Она шагнула к нему, сокращая то небольшое расстояние, что их разделяло, и посмотрела на него. Во взгляде ее пылал огонь.

– Почему? – таким же тоном спросила Тея.

Уайлдер не мог выносить этот ад внутри ни секундой дольше, не мог выносить этот груз на своем сердце, на своей душе.

– Потому что я люблю тебя, черт возьми.

Глава 37

Тея

Время замедлилось, полностью остановилось.

«Потому что я люблю тебя, черт возьми».

Грубые слова повисли между ними, сжимая сердце Теи в безжалостной хватке.

Единственная правда, которую ей нужно было услышать.

– Ты… ты любишь меня? – прошептала она, чувствуя, как сдавило грудную клетку.

Уайлдер посмотрел на нее, все еще измазанную кровью, пронзительным взглядом серебристых глаз.

– Ты знаешь, что люблю, – он нежно приложил свою ладонь к ее груди. – Ты чувствуешь это вот тут.

Она чувствовала.

Чувствовала сердцем, всем существом.

А то, как он на нее смотрел… Все чувства Уайлдера отражались в его глазах, но в словах не было ни ожидания, ни тени давления.

Только правда. Только любовь.

Она сжала в пальцах его рубашку.

– Почему ты не сказал раньше?

– Потому что люблю так же, как и сражаюсь. Яростно, отдаюсь целиком. И я боялся потерять все. Потерять тебя.

– А сейчас?

Уайлдер стоял неподвижно под ее прикосновениями, словно не верил, что она здесь, перед ним, что они действительно это обсуждают.

– А сейчас? – выдохнул он, обхватил ее ладонь своей и прижал к своей груди, чтобы она почувствовала, как колотится его сердце. – Я в ужасе.

На следующих словах голос ее осел:

– Вот каково любить меня? Испытывать ужас?

– Думаю, в целом любить – всегда испытывать ужас, – ответил он, прижимаясь губами к ее, но еще не целуя. – Но это не все, Тея. Любить тебя… значит быть свободным.

Уайлдер завладел ее губами, даря нежный, чувственный поцелуй, от которого по ее телу пробежала волна желания. Но глубоко в груди помимо желания трепетало что-то еще.

Она отстранилась, стирая навернувшиеся на глаза слезы.

– Жаль, что мы не встретились раньше, тогда бы мы смогли провести больше времени вместе.

Уайлдер улыбнулся, проведя большим пальцем по ее подбородку. Казалось, он смотрел прямо в душу.

– Раньше я не знал, каково это – смотреть на женщину и желать упасть перед ней на колени. Не знал, что женщина может заставить меня чувствовать себя сильным и беспомощным одновременно. Не знал, что женщина может вырвать меня из тьмы.

Тея прерывисто выдохнула.

– Женщина может все это?

– Не просто женщина.