На краю звездопада - Наталья Сергеевна Чернышева

Там находился пост управления кораблём. Рубка, как иногда ещё говорили. Несколько пилотских ложементов, тактические экраны, а за ними – экран, транслирующий в реал-тайме изображение с внешней следящей системы корабля.

Полосы огня горели на экране – вместо привычных звёзд. Тёмные вставки обычного пространства чередовалась с пылающим пламенем пространства искорёженного, выломаного, превращённого древним оружием в непостижимую структуру, где время идёт во все стороны сразу и даже дробится на части.

Я нахожусь на корабле безумного адмирала Кострова. Корабль находится в Кишках Носорога. Вот ещё почему сбоит моё паранормальное чутьё, а не только от одного лишь ошейника.

– Ловушка, – любезно объяснил мне безумец. – Захлопнули её военные формирования на подсосе у Альфа-Геспина: все выходы перекрыты. Но нет такого замка во Вселенной, к которому не подошёл бы свой ключик. И этот ключик – ты!

Он ткнул в меня скрюченным пальцем. Я поневоле отшагнула назад и упёрлась спиной в своего конвоира. Тот равнодушно толкнул меня обратно. Ладонью между лопаток, судя по ощущениям. Хорошо ещё, что не дулом плазмогана. Впрочем, мне-то какая разница. Теперь-то.

Я по-прежнему не очень понимала, кто я и где нахожусь. Паранорма, не находя выхода, сгустилась тяжёлым облаком и словно бы пропитала сыростью моё сознание. Я не могла понять, как мне реагировать, что делать, а главное, зачем. Какой смысл разговаривать с сумасшедшим? Он не услышит, потому что слышит сейчас только себя и упивается исключительно собой же. Настал его час. Ничего не упустит.

Страшно?

Нет, с удивлением осознала я, ничуть не страшно.

Я здесь не за тем, чтобы бояться.

Зачем же тогда ещё? Этого я не знала и не умела пока понять.

– А сейчас – прямой эфир, – язвительно сообщил Костров, отдавая команду.

Экран послушно мигнул, убирая огонь небесной сферы. В рубке стало светло, ушёл полумрак, характерный для работы экранов, транслирующих внешнюю картинку.

– Ну, давай, расскажи любимой мамочке, как тебе хорошо!

Глава 30

Между мной и бывшим адмиралом соткалось большое голографическое зеркало. Мгновение, и на нём проявилось изображение.

Какое-то помещение… ложементы, пустые или нет, не поймёшь, рядами. Рубка управления большого флагмана, такая же, как и здесь, может, больше! Мама где-то на задании. Куда послали. Я вдруг поняла, что не знаю толком, чем именно занимается мамина группа. Что она вообще такое. Частная военная компания «Снежный ком», всё так, но официальное название мало что говорило. Все частные военные компании имели аккредитацию от Альфа-Геспина и, в общем-то, работали на него. Там, куда нельзя было послать официальную армию. А назывались эти кампании как-нибудь нейтрально, настолько нейтрально, что по названию ни за что не догадаешься, что это – военная сила. «Снежный ком», например. Или «Пианисты Розы Морозовой». Разве же это ужас?

По тому, как мама напряглась, увидев меня, я поняла, что не запись, а действительно, сеанс прямой связи. Прорва энергии. На таком расстоянии, да ещё практически изнутри пространственно-временной аномалии, на внешних её слоях, где ещё можно существовать без риска отправить себя обратным ходом времени… куда-нибудь. В детство. Или во что-нибудь похлеще. Я до сих пор не могла представить себе пространство с дробным ходом времени и внезапно поймала себя на мысли, что неплохо бы посмотреть на него.

А если посмотреть нельзя, то хотя бы нарисовать.

– Мора, – рык Кострова содержал в себе ликование, которое он даже не думал скрывать. – Полагаю, теперь ты довольна. Хочешь получить назад дочурочку целой и невредимой? – он особенно подчеркнул слово «целой».

Прозвучало с особой злобой. Я в очередной раз поразилась тому, какую мерзотную ненависть этот человек испытывал не только ко мне, но и к моей маме. Сколько же в нём безумия… Пытать будет, наверняка. Бить. Не за тем, чтобы вытащить из меня какие-то сведения – какие тайны, что я знать-то могу в принципе?! А просто так. Ради своего извращённого удовольствия, и чтобы причинить боль маме. Как все злодеи поступают с пленными во всех развлекалках. Не то, чтобы мне стало страшно, – я вообще как-то резко поглупела от ужаса происходящего, мозг не вмещал в себя внешнюю угрозу, отталкивал её, отрицал, – но холодок по спине прошёл.

– Отзывай своих ищеек, Мора. Немедленно. Снимай наблюдение над выходами. Над всеми выходами, и я не шучу.

Загнали тебя в ловушку, Костров. Понимаю. Ты же вне закона, мой неожиданный отец. За твою голову назначена награда. А у мамы не официальное подразделение, частное. Деньги им нужны всегда. А поимка всяких ублюдков как раз в их компетенции и входит. Вот только родственного сочувствия нет никакого. Ты же давно в бегах, за тобой же давно охота идёт, тебя кропотливо выслеживали в течение многих дней, и вот наконец-то обложили, как зверя на охоте. А жить хочется, очень хочется. И случай такой подвернулся, одна там дурочка сама в пасть прыгнула.

А есть ли вообще у него мой Сае? Может быть, в том сообщении мне - прислали лишь подделку, картинку, искусственно воссозданную графической нейросетью? Вот когда облило ужасом с головы до ног!

Какая же я была дура! Я никому не сказала, куда сорвалась из дипмиссии апарие, отправила только сообщение Мео. А тот бросился меня выручать, и тоже никому ничего не сказал, уверена. Потому что спешил помочь мне! Он ведь не военный, он – ювелир. А транспортные службы в таких высокотехнологических мирах, как Мнаралла, никогда не задают никаких лишних вопросов. Если на персонкод не наложено полицейской нейросетью ограничение. Но откуда такое ограничение у почтенного апарие, не успевшего совершить никаких противоправных деяний в пространстве Таурона?

Все эти мысли прошли сквозь меня как вода сквозь пальцы или время через песок, – в одно биение сердца.

Мама молчала. Смотрела на меня с экрана, и молчала. Я подумала, что Костров не знает, что между мной и мамой произошло. А потом поняла, что мамин взгляд не об этом. Я была её дочерью всё равно. Как для Мео остался сыном ребёнок-чима, которого все законы апарие требовали оставить на произвол судьбы, так и я для мамы оставалась дочерью. Со всеми отсюда вытекающими.

Костров за ворот подтащил меня ближе к экрану, не особенно заботясь, какие следы оставят на мне его клещи.

– Ну-ка, давай, жалуйся своей мамочке, дрянь. Умоляй её забрать тебя отсюда поскорее и вытереть тебе сопельки. Ну же! Подсласти пилюлю доблестному капитану Снежиной!

У мамы