Фантастика 2026-184 - Игорь Алмазов

от виденного мной снаружи: обычная изба, в которую натащили всякого хлама по типу козьих рогов, перьев совы, конских копыт и резных палок да пеньков. Всё это добро резко контрастировало с новой и добротной мебелью. Это свидетельствовало о том, что живет хозяин дома в достатке и горя не знает.

Пахло внутри непонятно чем, будто что-то скисло, испортилось и готовилось превратиться в новую форму жизни в самое ближайшее время. Не знаю, как волхв тут дышал и дышал ли вообще. А то вон как покраснел, бедолага, того гляди лопнет.

— ТЫ⁈ — сидевший за столом Светлан вскочил на ноги, отчего его объёмистый живот врезался в столешницу, заставив тарелки на ней подпрыгнуть.

— Мне показалось, что ты в курсе, — я переступил порог и направился к волхву. — Сам же сказал, что знаешь, зачем я явился.

— Как сюда вошёл⁈

— Не поверишь. Ногами.

— Нечисть не может моего порога переступить! — продолжал отрицать очевидное Светлан.

— Ну, — я почесал бороду, — или это не так, или я не нечисть.

— Обереги! Обереги тебя изгонят! — пыхтя и кряхтя, Светлан быстро, насколько позволяла его комплекция, метнулся к полке, схватил с неё какой-то сверток и кинул в меня.

Перевязанная чьими-то волосами тряпка врезалась мне в плечо и упала на пол.

— Попробуй еще разок, — посоветовал я волхву.

И зачем?..

Второй «оберег», вращаясь в воздухе, ударился о мой живот и упал рядом с первым. Я вздохнул и деликатно осведомился:

— У тебя там их ещё много? Я тороплюсь, знаешь ли.

Волхв взвыл волком и швырнул в меня сразу два свёртка. Один пролетел слева от головы, так меня и не задев, а другой я ловкой поймал, повертел в руке, после чего вскрыл отросшим когтём. Внутри оказались сухие потроха, листья с травками и белые куриные косточки. Все вместе пахло на удивление недурно и чем-то напоминало мне запах лапши быстрого приготовления из прошлой жизни.

— Ты это лучше в похлёбку положи, — посоветовал я трясущемуся то ли от страха, то ли от гнева мужчине. — И перестань уже потеть. Влагу беречь надо, да и пахнет плохо. — Пройдя вглубь просторной комнаты, я уселся на край лавки. — Давай не будем задерживать друг друга. Ответь на пару вопросов и я уйду.

— Не стану! — заупрямился Светлан, шаря пальцами по полке.

Надеюсь, там у него нет ничего тяжелого.

— А вот царь сказал, что еще как станешь, — парировал я.

— Брешешь! Коли бы ты с царём-батюшкой совет держал, я бы знал!

— Ничего ты не знаешь, — я сделал небольшую паузу. — Светлан. Но это не моё дело. Я хочу знать, какой хворью болела мать Забавы.

Волхв вдруг замер и прищурился.

— Тебе зачем это знать? Неужто царскую дочку не уберег⁈

— Уберег. Но мне нужно разобраться в том, что происходит. Так чем болела её мать?

— Не тем, чем дочь, — ушел от ответа Светлан и сделал вид, что наводит порядок на злосчастной полке.

— Иными словами, ты не знаешь, — догадался я.

— Знаю! Ведаю! — волхв даже не обернулся. — Только тебе, дух нечистый, ничего не выдам!

— Мда, — протянул я, — каши мне с тобой не сварить.

— Так ты еще и людоед⁈ — новый мешочек полетел в мою сторону, но угодил в вытянутую чашу с квасом. Содержимое тут же зашипело и как-то нездорово забурлило.

— Нет, в похлёбку лучше ничего не добавляй, — изменил я свой совет, глядя, как темнеет деревянная чаша, а жидкость из неё начинает испаряться. Выходит, что-то Светлан всё же знал.

— Уходи из моего дома! — вновь потребовал волхв.

— С радостью, но как только получу ответы. Если ты не знаешь названия болезни, то хотя бы опиши симптомы. В чём заключалась хворь прошлой жены царя?

Где-то минуту Светлан корчил рожи и кряхтел, после чего всё же сдался.

— Слаба она была, вот и всё, — выдохнул он, усаживаясь на противоположный конец лавки. — С каждым рождённым ребенком огонь жизни горел в ней все слабее. Двое сыновей родились здоровыми, а дальше… Я предупреждал, но она и слушать не желала. Лишь когда начала дочь под сердцем носить, поняла, что и сама погибнет, и дитя невинное погубит. Но было уже поздно. Что бы я ни делал, всё в пустую, — тяжело вздохнув, волхв опустил руки.

— Не ты её надоумил в Чёрный лес идти?

Светлан вскинул голову и посмотрел на меня широко раскрытыми глазами.

— Сдурел что ли? — выдал он, творя в воздухе толстыми пальцами защитный символ. — Никого и никогда я на погибель не обрекал…

— Ты только что кидался в меня какой-то дрянью, — мой скептический взгляд скользнул по чаше, которая теперь больше походила на решето.

Волхв на миг смутился, после чего прочистил горло.

— Никого из честны́х людей, — важно исправился он. — Кто царицу надоумил — не знаю. Она говорила, что голоса слышит неведомые. Поначалу думали, что предки с ней говорят. Но где ж это видано, чтобы они отроков своих к смерти вели?

— К смерти ли? — усомнился я. — Царица же вернулась из Чёрного леса. Да и Забаву родила здоровой. Практически. Коли бы не скверна… — прервав свою речь, я задумался. Неожиданно догадка заставила меня задержать дыхание.

— Помираешь? — с надеждой осведомился Светлан, подвигаясь ближе.

Но я его огорчил.

— Не дождешься.

— Жалко, — не на шутку пригорюнился Светлан.

— Жалко у пчёлки, — парировал я, вставая и решительным шагом направляясь к двери.

— Куда собрался? — оживившись, волхв вскочил, пересёк комнату, каждый шагом заставляя мебель подпрыгивать, и преградил дверь своим грузным телом. Раскинув руки в стороны, мужчина вцепился одной в косяк, а другой за выступающее из стены бревно.

Баррикада из волхва получилась так себе, тем не менее, я остановился.

— Ты же вроде хотел, чтобы я ушел.

— Сначала расскажи, чего удумал. — Потребовал Светлан и топнул ногой, отчего доска под ней чуть не надломилась. — По глазам твоим звериным вижу, что зло задумал. Только посмей Забаве навредить. Со свету сживу!

— Правда что ли? — я навис над волхвом, глядя на него сверху вниз. — А силёнок хватит?

Светлан сразу стушевался и вроде как даже уменьшился, правда, не в ширину — его выпирающее пузо всё еще не позволяло нам стоять вплотную. А ещё в нём постоянно что-то булькало и урчало.

— Ты чего, лягушку вместе с кошкой проглотил?

— Это квас, — признался Светлан отводя взгляд. — Сготовил так, как пращуры завещали, да то ли сам крепостью не вышел, то ли предки покрепче были. Второй день крутит.

— Завари отвар из лебеды, облепихи и листьев яблони. Должно помочь. А ещё ходи больше. Тебе не помешает.

— Куда ходить-то?

Адрес для пешего путешествия так и крутился