Две судьбы Хальвдана Черного - Елизавета Алексеевна Дворецкая

Высокая худощавая женщина помахала им, но не решилась встать со скамьи под рулевым веслом, пока корабль не будет прочно пришвартован, пока не перекинут сходни и кто-нибудь не подаст ей руку. К морским переходам Исвильд Зимняя Дева была мало привычна.

Но вот наконец она благополучно оказалась на пристани. Хальвдану нужно было сперва поговорить с корабельными стюриманами, но Браги сразу устремился к сестре. Оглянувшись пару раз, Хальвдан видел, что они углубились в какую-то важную беседу: Исвильд что-то оживленно говорит, а Браги Скальд слушает с сосредоточенным видом.

– Дивишься, конунг, что мы привезли тебе пророчицу? – ухмыльнулся Сигфасти Упрямый.

– Почему она здесь?

– Пришла в Кунгсхольм к королеве Асе, поговорила с ней с глазу на глаз, и королева велела нам взять ее с собой. Мы уже на другой день и отплывали, едва она успела. Я слышал от деда, в древние времена такие, как она, вещие жены всегда с конунгами в поход ходили и перед каждой битвой богов вопрошали, мол, будет ли удача. Люди говорят, это очень хорошо, если у тебя будет своя пророчица. Раз уж такие дела…

Толстяк Сигфасти развел руками: мол, сколько лет все было у нас тихо, а тут вот за одну зиму и лето третий поход!

Указав прибывшим, где устроить стан, и пригласив стюриманов на вечер в усадьбу, Хальвдан наконец подошел к Исвильд. Любопытство его и беспокойство к тому времени достигли крайнего напряжения. Стюриманы не знали, зачем Исвильд понадобилось приехать, но Хальвдан не сомневался: у нее-то имелась веская причина покинуть свою избушку в лесу, навестить Кунгсхольм, а потом пуститься в плавание.

– Привет тебе, Исвильд! – Хальвдан подошел. – Рад видеть тебя, хотя, признаться, удивлен.

– Привет и тебе. Поклон от королевы Асы. Она надеется, у тебя все благополучно.

– У меня все благополучно? – вопросительно повторил Хальвдан, дескать, это ты мне и скажи.

– Не буду тянуть – удача твоя под угрозой, конунг. – Исвильд переглянулась с братом, и Хальвдан заметил, что Браги озадачен. – Речь идет о Рагнхильд. Дочери Харальда из Согна, которая должна была стать твоей женой.

– Должна была… Сдается мне, моя женитьба под угрозой? – Хальвдан прищурился.

– Именно так. Если ты не поспешишь… То есть не сумеешь… Словом, Рагнхильд дочь Харальда покинула отчий дом вскоре после Сигрблота, чтобы выйти замуж за некоего… Словом, за Сигтрюгга, сына Эйстейна Могущественного, конунга Раумарики!

– Сигтрюгг из Раумарики! – Хальвдан просвистел. – Йотунова сила! Так он что – знал… Но она…

Ему уже приходило в голову, что если откладывать сватовство, то невеста может превратиться в жену кого-нибудь другого. Но чтобы этим другим оказался владыка тех самых земель, на которые он нацелился!

– Он это сделал нарочно, чтобы мне навредить, да? Посватался… Стой! – Хальвдан сам осадил разлетевшиеся мысли. – Но откуда он узнал? Я даже Кетильрид не сказал, на ком хочу жениться! На этой стороне Вика об этом и знали только вы двое да еще Эльвир! Не Олав же…

– Нет, мой милый, не Олав, – ласково сказала Исвильд. – Ты ведь помнишь, что когда я делала тебе предсказание, при этом были еще две жен… Одна женщина и одна… Словом, Хадда.

– А! Это жалкое существо! – Хальвдан сморщился. – Попрекала меня тем вепрем…

– Она предсказала тебе…

– Всякую дрянь – поражения, бесчестье и бесславие.

– Да. Йотуны упрямы, как камни. Хадда усердно трудится, чтобы ее предсказания сбылись, а мои пропали даром. Она добралась до самого Трюма Старого и заручилась его поддержкой.

– Это он выпихнул ее снова из Йотунхейма? – спросил Браги Скальд.

– Нет. Ее вытащили два кровных потомка конунга Торри – Хельсинг сын Гандальва и сам Сигтрюгг. И теперь она готова продолжать вредить тебе, конунг.

– Она уже дважды предупреждала моих врагов… То есть Олава, а потом Гандальва. И постой – при этом же был Сигтрюгг! – вспомнил Хальвдан. – Мне рассказал сам Гандальв, пока выздоравливал. Но они все равно не знали, что я хочу свататься к Рагнхильд из Согна!

– Об этом знает Хадда. И она устроила так, что Сигтрюгг посватался первым. При помощи Хельсинга – тот поехал за ней в Согн. Хадда же чарами заставила Рагнхильд принять сватовство.

При упоминании чар лицо Хальвдана вытянулось, и Исвильд поспешно добавила:

– Еще не поздно. Я видела этот корабль. – Исвильд так это сказала, что Хальвдан понял: видение ее было из тех, что посещают вещих жен. – Он должен будет пройти через вершину Вика – иначе ему в Хейдмёрк не попасть. И если ты сумеешь его перехватить, то все же встретишься с Рагнхильд раньше, чем Сигтрюгг.

Хальвдан глянул в сторону протоки, проверяя, не показался ли еще корабль, везущий эту ценную невесту, пока они об этом разговаривают.

– Ну что же… – медленно проговорил он. – Стало быть, я повстречаюсь с ней раньше, чем рассчитывал. Не знаю, как мне благодарить тебя, что ты ради этой вести пустилась в такой путь.

Исвильд подняла брови, будто сама удивлялась, а потом сказала:

– Раз уж я заняла место твоей доброй дисы, Хальвдан конунг, то ведь и я могу быть не менее упряма, чем какая-то… йотунова дочь. Я тоже готова побороться за то, чтобы мои предсказания сбылись. Иначе у источника Урд со мной больше и разговаривать не будут!

Прядь 3

– О Фрейя! Мои платья тебе коротки!

– Неважно! – Дагрун одернула на себе подол. – Ручаюсь, ни один мужчина на такую мелочь внимания не обратит. А если заметит, будет пялиться на мои ноги. И даже забудет взглянуть в лицо, и это к лучшему. Я ведь не такая красивая, как ты!

– Дочь конунга красива своим прославленным родом, – вздохнула Рагнхильд, явно жалея, что вынуждена временно отказаться от этого сокровища.

– Зато ты уж слишком хороша для служанки. Попробуй платок надвинуть пониже на лоб, чтобы только нос торчал.

Рагнхильд так и сделала, а потом с унынием оглядела себя. Дагрун нарядила ее в самое страшное из своих платьев: из серой некрашеной шерсти, предназначенное для грязных работ по хозяйству и уже не раз в этом путешествии служившее своей цели. Для Рагнхильд оно было слишком длинным, подол волочился по земле, но выбора не было. Из усадьбы Дагвальда Тихого они убежали вдвоем. Гудрид они сказали, что пойдут в горы на целый день собирать целебные травы, ради чего взяли на спины по большому плетеному коробу. Время для сбора трав было самое подходящее, и девушки сказали, что если им повезет с погодой, они, может, и вовсе не вернутся сегодня, а останутся на ночь в хижинах на горном пастбище. В этом тоже не было