Между водой и камнем - Тимофей Иванов

опытом наёмники там грамотно подошли к заботе о пленниках и связали их так, что остроухие напоминали гусениц. А их предводитель пришёл в себя и ругался, пока не получил от меня пинок под дых. Заходя во двор, я опять увидел наших мертвецов и это опять опустило всё моё настроение, было поднявшееся после лёгкого захвата корабля, ниже плинтуса.

— Заткнись и слушай — проговорил я — Говоришь только по делу и когда спросят. Это понятно?

— Пошёл ты, хуманс — процедил он и плюнул мне на ботинок.

— Знаешь, я даже рад, что ты не хочешь отвечать по хорошему — на моё лицо наполз оскал, а рука сама собой достала из «кладовки» деревянные иглы.

— Постой — притормозил меня Эмбер — Пытки пленных претят Свету. Дай мне разговорить его.

— Эх — выдохнул я, закатив глаза. Истории свойственно повторяться, пусть порой и в виде фарса с анекдотами. В том числе и теми, которые про доброго и злого полицейского — Пустая трата времени, но попробуй. Потом всё равно сделаем как надо.

— Назовись — приказал рыцарь, повернувшись к эльфу — И не подтверждай пожалуйста правоту моего соратника.

— Наландиль Брэ'Камилион, третий принц дома Брэ'Камилион — неприязненно буркнул сереброволосый ушастый с традиционно для их расы красивым лицом — Убьёте меня или будете пытать и моя родня объявит вашему жалкому герцогству войну.

— А то ты сегодня на нашу землю с дружеским визитом пришёл, уродец — хмыкнул я, усевшись на какой-то чурбак, нашедшийся во дворе замка.

— Она не ваша и никогда не была вашей, хуманс — бросил мне эльф — Вы просто паразиты, отнявшие у нас дом.

— Что и требовалось доказать — повернулся я к Эмберу — Эта ошибка Матери Природы считает, что мы хуже животных. А ты всё хочешь с ним по хорошему.

— И всё же он пленный и принц своего дома — ответил рыцарь — Решение о казни или о выкупе будет принимать лорд Калибран.

— Эмбер, при всём моём к тебе уважении, в моём отряде решения принимаю я. И я же за них отвечаю — пришлось мне напомнить очевидную истину сыну герцога — Если конечно сам не решу передать кому-то пленника.

— Если казнишь и набеги на побережье усилиться, то отвечать придётся — твёрдо посмотрел на меня собеседник.

— Значит отвечу — не стал я спорить — Тем более что если таких не казнить, набеги точно никогда не прекратиться. А убитые и замученные им мужчины, женщины, дети и старики взывают об отмщении.

— Не припомню, чтобы убивал здесь детей и стариков — вставил свои пять медяков пленный.

— Не здесь, а летом. Мы тогда немножко не успели и хоронили их. Припоминаешь деревеньку ближе к Грумариэну?

— Не знаю такой — попытался отбояриться ушастый.

— Зато мы хорошо знаем. Ты хоть помнишь сколько безоружных людей за свою жизнь убил? — спросил я — Не воинов, как те, кто раскатал вас сегодня, а рыбаков и крестьян с семьями?

— Мне плевать — ответил он — А за сегодняшний день вы ещё ответите. Не один хуманс не стоит и мизинца эльфа.

— Что и требовалось доказать — повторил я, повернувшись к хозяину замка — Сир Дэлион, у вас найдутся колья?

— Хватит! — ударил кулаком о ладонь Эмбер — Клянусь Светом, я не дам тебе их казнить. Мой отец сможет распорядиться их жизнями так, что это принесёт пользу герцогству, а ты навлечёшь на него только беду.

— Серьёзная клятва — проговорил я, увидев как руки рыцаря сверкнули золотистым сиянием. Драться с ним не хотелось… Тут меня и собственные люди могут не поддержать. Но ещё меньше хотелось отступать — А можешь дать другую? Мне плевать на золото, которое можно получить за выкуп. Можешь сделать так, что твой отец вернёт людей из эльфийского рабства? По человеку за мизинец — это сколько? По сотне за остроухого? Ну или может спасёшь их Светом с того берега Срединного моря, где они сейчас загибаются?

— Хорошо — после нескольких секунд раздумья ответил рыцарь — Я клянусь тебе Светом, что за каждого из пленных эльфов будет освобождено по сто рабов, которые были захвачены.

Руки недоученного паладина вновь засветились, подтверждая клятву. Я же проговорил:

— Не имею больше вопросов, моя доля пленных теперь твоя. Мужики, вы как?

— За сто человек не жалко — фыркнул Мэллон — А мне трофейные доспехи с оружием и кораблём больше нравятся.

Эпилог

Я сидел на берегу моря, лениво бросая в воду мелкие камни. Не все годились для блинчиков, но иногда форма была удачной и они ускакивали довольно далеко. Можно было бы конечно поработать с ними магией, но тогда какой вообще был бы смысл в подобном развлечении? Рядом лежал барс, лениво греясь на закатном солнце. Его раны подживали, как и у остальных наших бойцов. Правда похоже придётся мне что-то думать с пластической хирургией, уж больно ожоги на лицах Абракса и Фингора выглядели страшно, люди от них теперь шарахаются. Впрочем что-нибудь да придумаю, а здоровяки хотя бы живы. Мёртвых же не воскресить. Из наших лучших бойцов погиб только Зинко, но и остальных жалко. Надо теперь делать новый набор в отряд. И желательно бы найти ветеранов посерьёзнее, ведь чем более могуч воин, тем сложнее его убить. А я не хочу больше терять тех, кто идёт за мной, пусть и за звонкую монету. Тем более деньги деньгами, да только от пленных остальные тоже отказались. Народ-то местный, у всех найдётся хоть один родич, которого поработили или убили морские разбойники. Богатая добыча конечно примиряла их с потерей части прибыли, но и сам факт был важен. А менестрелям видимо найдётся о чём петь в ближайшее время. Герцог благосклонен к бастарду, а Эмберу в случае невыполнения клятвы можно хоть ложиться и помирать. Со Светом шутки плохи.

Сзади зашуршал песок, но оборачиваться я не стал. И так было понятно, кто лёгок на помине. Просто бросил очередной камень, несколько раз подпрыгнувшей на воде. Рыцарь же сел рядом и помолчав несколько секунд произнёс:

— Я хочу с тобой поговорить.

— Слушаю тебя — пожал я плечами.

— Я исполню клятву, даже если часть людей придётся выкупить самому — проговорил собеседник, глядя вдаль.

— Скорее всего не придётся — из моего горла вырвался смешок — Я бы на твоём месте думал, где размещать ораву доходяг, чем их кормить и как лечить.

— Что ты имеешь ввиду? — повернулся он ко мне.

— Ставлю золотой