Удар скорпионов - Елена Анатольевна Прудникова

него и поставили, но это дело будущего. Ну а пока достань-ка с верхней полки четыре синие папки. Яншич получил подробные результаты выборов и дал мне копию для анализа. Вот им-то мы с тобой и займёмся…

Результаты смотрелись где-то, скажем… неоднозначно, а где-то и вовсе хоть в петлю лезь.

— У Тогтареи 24 депутатских кресла, выделенных в Союзном Вече из 400, пропорционально численности населения республики, — изрёк полковник, придвигая самую тощую папку. — Все они — и от Народно-Революционной партии, и единственный человечек от оппозиции — в кармане у товарища Амнева. Прикажет объявить себя псами, залают, велит обернуться котами — замяукают. И станут драть того, на кого хозяин укажет. Зато с делегатами от Вендии обратная ситуация…

— У них нет хозяина? Не может быть! — возразил майор, запихивая куклу в портфель. Не хватало ещё оставить тут и явиться домой без обещанного подарка, вот рёву-то будет! — Наверное, вы хотите сказать, что их много…

Хозяин квартиры кивнул.

— Так и есть! У Народно-Революционной партии 83 места. Вместе с марионетками из Демократической и Крестьянской партий — 108 из 152. Вроде бы беспокоиться не о чем, но среди этой сотни и сторонники Грдамича, и склоняющиеся на сторону Зленоваца, и замшелые дедки, мечтающие о добрых старых временах, и просто беспринципные карьеристы, всегда готовые примкнуть к сильнейшему и затоптать ослабевшего.

У оппозиции тот же бардак. Дюжина от Партии Свободы едина, поскольку куплена Лигой на корню. Зато среди 32 монархистов из Партии Великой империи есть и люди Сретана, и ставленники Божидара, и пока не определившиеся. Как они станут голосовать, предсказать невозможно — хоть и орут о порядке больше всех!

На Хоноре Народно-Революционная партия провела всего пятерых, зато у Партии возрождения во главе с Белояном 54 из 68 мест. Под видом Партии национального пробуждения прошёл и запрещённый «Сполох», от которого можно ждать любой пакости. Хонорцам обещано, что сразу после выхода из Союза их примут в Лигу, импортная одёжка и машины тут же подешевеют, а добрые олигархи инвестируют в местные заводы миллиарды. Ну и, конечно, злые союзные власти перестанут отбирать у этих предприятий налоги на прокормление вендских и джалнутских дармоедов!

— Депутатов у нас арестовать нельзя, если коллеги большинством голосов не снимут неприкосновенность. Между тем Белоян всё ещё сидит, срок следствия продлили в очередной раз. — Сокол накрыл перевёрнутой рюмкой лежащую на столе монету. — Вот и вопрос: что предпочтёт Грдамич? Освободить его или попытаться продлить арест через Вече? Про смерть в камере от сердечного приступа я не говорю, Хонор взорвётся, и партнёры из Лиги… не поймут!

Бывший шеф рассмеялся.

— Они вчера как раз договорились! Узник, в обмен на свободу, пообещал Грдамичу, что не станет требовать отделения Хонора.

— И вправду не станет?

— А зачем ему? После избрания старейшиной хонорского Веча он велит поставить вопрос об отделении кому-нибудь из своей фракции. Или это сделает кто-то из «Сполоха», тогда товарищ Надар окажется вовсе ни при чём! Так что Хонор мы, считай, потеряли. И, вероятно, хонорские районы Невриды — там победили сторонники независимости под предводительством головы Винджуваца Ливадича.

— Стоило туда столько вкладывать! — Будимир в сердцах хлопнул себя по колену. — В Хинтерланде были дыра дырой, а у нас стали всесоюзным сборочным цехом!

— Маршал не мог всего предвидеть! — вздохнул Ранковац и сочувственно посмотрел на портрет сурового партизана в пилотке. — Не забывай, что до того Хонор дважды на короткое время становился независимым. Сперва, когда бастард короля Орлеании Хлодомар решил там поцарствовать, второй раз после явления орлеанских революционеров с хонорскими эмигрантами. И что хонорцы оба раза делали? Лезли на Невриду, отгрызать у нас земли, населённые собратьями. Думаю, что Кордич прежде всего хотел не допустить третьей попытки. Хотя, возможно, и кровь способствовала — не забывай, он наполовину хонорец. Ладно, не стоит возвращаться в прошлое, там уже никого нет.

— Боюсь, что это прошлое может стать будущим…

— О, ты начал разбираться в политике! Это достойно награды. — Старший товарищ и учитель открыл бар, там предвкушающе звякнуло. — Тем более у нас осталась Неврида, где всухую не разберёшься. За нашу победу! И лучше всего чужими руками!

Чокнулись виньяком. Оценили вкус. Приступили к последней папке. Ранковац подошёл к окну и закурил.

— Итак, Неврида. Как крупнейшая планета Союза, посылает в Светлоградово 156 депутатов. Движение поддержки реформ твоего друга Кондоле получило по спискам 73 места. У хонорцев, как сторонников Белояна, так и «сполоховцев» — 25. У монархистов, новых профсоюзов и Партии Свободы, которые активно друг друга поддерживали, а относительно хонорцев и джалнутов держались… скажем так: нейтрально — 42. И, наконец, у Народно-Революционной партии — 16 по партийному списку, а по округам, как и на Хоноре — ни одного. Против неё объединились все, даже Кондоле с профсоюзниками, которых совсем недавно по его указанию расстреливали. В округах голоса сторонников власти, а это как минимум каждый пятый житель Невриды, выкинуты на помойку.

Таким образом, в Союзном Вече Народно-Революционная партия и её сателлиты могут создать большинство, только договорившись с Кондоле. Ты же имеешь влияние на этого… угольщика?

— Имел, пока его карьера зависела от нас, а сынуля учился в Светлоградово, — с кислой миной признался майор. — Недавно попросил Нишича сделать публикацию с намеками о связи Хекурана с нашей конторой.

— Читал… — скептически покачал головой полковник. — Зря.

— Да я уж понял… В то же утро этот тип вылез на радио, орал о провокации засевших в госбезопасности врагов себя и товарища Грдамича и предрекал скорое появление фальшивых документов с компроматом на свою честнейшую персону.

— Ты знаешь, какую игру он ведёт?

— Могу только предполагать. Слишком много вариантов…

— Вот и я до конца не понимаю. Скорее всего, до последнего будет лавировать между нами, Лигой и Уммаханом, стараясь, чтобы никто его не сожрал.

Брошенный в пепельницу окурок пролетел мимо, и Сокол едва успел затушить задымившийся список народных законодателей.

Столица Республики Неврида город Самватар

Представитель фармацевтического концерна Аваланда достопочтенный Эаль Венизалис уютно разместился в одном из гостевых кресел директорского кабинета компании «Новое измерение». Коммерсант пребывал в прекраснейшем настроении. Арклан не подвёл: оружие, посланное боевикам, перехвачено.

Участки джунглей, в которых растут нужные суару Арману травки и цветочки, должны остаться оазисом спокойствия. Ну и без крови обошлось. Венизалис, он же майор Ариэль Ираклис, уже второе десятилетие методично вырезал виновных в гибели своей семьи и совсем не желал, чтобы друг-пират стал объектом подобной мести, ненароком прикончив отпрыска главы влиятельного клана. Зарубленный придурок к таковым однозначно не относился.

Чего бы ещё пожелать