Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

словно бы спохватилась. — Да, я забыла сказать, что оба вы получаете по предупреждению. Для тебя, Кеельсее, это первое, для тебя, братец, второе. Помни об этом, ибо третье будет последним!

— И что случится после третьего? — полюбопытствовал Кеельсее.

— Ничего особенно. Просто тот, кто получит его, исчезнет. — Леда улыбнулась, и невозможно было понять, говорит ли она правду или шутит. — Всё имеет меру. Вы вправе мешать мне, но не вправе быть чрезмерно навязчивыми. Я не люблю навязчивых, они утомляют. Но это всё, вам пора!

Гости поднялись. Как только они проделали это, кресла, столик, а потом и сам дворец вместе с горой и ледяными полями бесследно исчезли. Все трое стояли посреди мёртвого города, обители Отшельника. Леда, кажущаяся невероятно хрупкой рядом с могучими мужами, особенно с Арием, чмокнула Кеельсее в щеку.

— Рада была повидать тебя.

— Я тоже! — ответил атлант.

— Пока, братец!

Арий с рычанием отвернулся. Леда пожала плечами и исчезла.

Какое-то время Арий и Кеельсее молчали.

— Да, — наконец задумчиво промолвил атлант, — нам будет нелегко остановить эту девчонку!

— Легче, чем ты думаешь. — Кеельсее вопросительно посмотрел на своего союзника, и тот позволил себе холодно улыбнуться. — Ты помнишь гостя, который был перед нами?

— Со спины.

— Так вот, я узнал его! Это один из нас! А значит…

— Значит, это был либо Русий, либо Командор, либо Чёрный Человек. — Арий приветствовал каждое произносимое его спутником имя грозным рычанием. — Да, — согласился Кеельсее, — ты их не любишь, но любой из них может быть нам полезен! А ещё, думаю, нам поможет Гумий…

10.6 Братья Сципионы терпят поражение и гибнут в Иберии

— Так, говоришь, большую часть его войска составляют пришедшие с севера варвары?

Лазутчик быстро закивал головой, подтверждая правоту этих слов. Гасдрубал задумался.

Уже долгие пять лет продолжалась война римлян с карфагенянами в Иберии, война странная потому, что не поддавалась здравому объяснению непобедимость римлян. Долгие пять лет Гасдрубал вёл борьбу за Иберию. Римлян было мало, карфагенян — много больше, но все усилия разгромить врагов и вытолкнуть их за Пиренеи оканчивались неудачей. Боги явно благоволили к Сципионам, этим гнусным порождениям нечестивого племени. Первый год или два римляне преследовали одну-единственную цель — не допустить нового похода карфагенян через Альпы, какой готовил Гасдрубал. Этой цели Сципионы добились. Мало того, римляне перемалывали в Иберии подкрепления, припасы, деньги, в каких остро нуждался Ганнибал. Мало того, они постепенно прибирали к рукам плодородные равнины страны, какую Карфаген уже давно считал своею. Рим уже не защищался, Рим завоёвывал, закладывая основу будущей Империи. Мало того…

По весне нового года, а это был год 613 от основания Города[6K20], Сципионы, похоже, решили, что настала пора положить конец владычеству карфагенян в Иберии. Они объединили армии и призвали под свои знамёна двадцать тысяч кельтиберов, воинственных и жадных до золота дикарей, пришедших с севера. Собралось войско, равного которому римляне не имели в Иберии ещё никогда. Судя по тому, с какой поспешностью Сципионы вывели легионы с зимних квартир, они твёрдо намеревались за этот год подчинить Иберию своей власти.

В этот момент карфагеняне имели три армии. Первой из них, самой большей, командовал Гасдрубал, сын Барки; эта армия занимала отдельный лагерь. Две другие армии, подобно римским, объединились; ими командовали Магон, познавший покуда в Иберии лишь неудачи, и Гасдрубал, сын Гисгона, генерал, своими талантами и отвагой готовый поспорить со всеми Баркидами сразу.

Карфагеняне медлили, предоставив инициативу римлянам. После стольких неудач никто ни Гасдрубал, ни Магон не желали рисковать. И вот теперь этот лазутчик…

— Кельтиберы! — пробормотал Гасдрубал, задумчиво теребя короткую бородку. В смоляных волосах карфагенянина кое-где поблёскивала седина. Он был необыкновенно красив, но годы и военные тяготы уже давали о себе знать. — Ты видел кельтиберов. Это любопытно…

Гасдрубал бросил лазутчику мешочек с монетами, вычеканенными из серебра, добытого тут же, в Иберии. Тот, часто кланяясь, попятился из шатра. Гасдрубал же кликнул к себе Бостара, который явился незамедлительно.

Никто не знал, какого рода-племени этот юркий человечек с бегающими глазами и угодливым выражением лица. Скорей всего, матерью Бостара была рабыня, а отцом — мошенник или вор. Гасдрубала это мало занимало. Бостар был скользок, словно угорь, быстр, коварен, умён; он был незаменим в разрешении проблем, что нередко встают перед государственным мужем; он был мастером на все руки: мог завести интрижку, а мог и интригу, мог убить, но мог и спасти, был готов к любой подлости, любому рискованному делу. А дело, какое намеревался поручить своему слуге Гасдрубал, было очень рискованным.

Бостар поклонился, Гасдрубал взглядом указал ему на стул напротив тебя. Бостар сел, всем видом своим выражая крайнюю степень внимания.

— Сюда идут римляне… — Гасдрубал сделал паузу и выжидающе посмотрел на гостя. Тот понял, что ему дозволено что-нибудь вставить.

— Мне это известно. Гней Сципион с войском. Ничтожный отряд римлян и орды дикарей-кельтиберов.

Гасдрубал неприятно поразился.

— Откуда ты это знаешь?

Бостар пожал узкими плечами.

— Слухи!

— Но почему я узнаю эти слухи позже других!

Бостар вновь пожал плечами, что должно было значить: а в чём тут моя вина?

— Надо было обратиться ко мне.

Баркид кашлянул, но ничего на это не возразил.

— Ты имел дело с этими людьми?

— Приходилось.

— Знаешь кого-нибудь из их вождей?

Бостар задумчиво наморщил узкий, и без того испещрённый глубокими линиями лоб.

— Полагаю, да.

— С ними можно договориться?

Слова эти породили широкую ухмылку на уродливой физиономии Бостара.

— За золото или серебро можно договориться с кем угодно, даже с Мелькартом! А вожди кельтиберов падки на звонкий металл куда больше богов! Всё зависит лишь от того, сколь тяжёл будет мешок.

— Сколько сможешь унести. А если исполнишь всё, как надо, такой же мешок ждёт и тебя.

Бостар поклонился, придав физиономии выражение ленивой благодарности.

— Для столь ничтожного человека это слишком много. Я служу не за награду. Будет достаточно, если я окажу услугу моему господину.

— Ты окажешь мне очень большую услугу!

Гасдрубал поднялся и протянул Бостару руку, тот почтительно её поцеловал.

Под вечер он исчез из лагеря, ведя в поводу мула, гружённого слитками серебра. Он отсутствовал несколько дней и вернулся не один, а в сопровождении двух дикарей. Были они косматы и пугающи лицом; дорогая, хоть и грубо выделанная одежда свидетельствовала о знатности гостей. Бостар представил своих спутников.

— Мы согласны! — сказал один из них, могучим сложением похожий на кряжистый вяз.

А дальше говорил только Бостар. Римляне и впрямь решили покончить со всеми карфагенскими армиями, причём оказались столь самоуверенны, что намеревались