Под знаком снежной совы - Анна Осокина

— Пойдем, только время теряем.

— Да, ты права. — Он закусил губу и обратился уже к приставу: — Всего хорошего, ваше благородие.

Мы втроем вышли из участка.

— Нет, вы это слышали? — возмутился Алеша. — Отправил труп в больницу Святого Праведного Иоанна. Теперь полдня на дорогу туда-обратно потратим, еще и этот чертов паром… Не люблю воду.

А вот это что-то новенькое.

— Укачивает? — заботливо поинтересовалась я.

Он скривился в ответ.

— А вот я ни разу не переправлялась на пароме, — подала голос Тося.

— И я тоже, — улыбнулась я.

— Ну, выбора-то у нас особо и нет. Мне все равно нужно поговорить с доктором да и самому осмотреть тело не помешает. Может, они что-то упустили.

— А ты работал с… Ну, с убийствами? — спросила я, когда мы взяли извозчика, направляясь в порт.

— Доводилось, — коротко ответил муж, глядя в окно.

Да, рассказчик из него такой себе. Хотя я уже давно поняла, что о службе он предпочитает не распространяться. Может, это и к лучшему: без некоторых подробностей я как-нибудь обойдусь. А если он водит тесное знакомство с самим обер-полицмейстером столицы, то его профессиональные навыки чего-то да стоят.

Время мы, конечно, потеряли, пока ждали отправления парома, но совместить приятное с полезным никто не помешал. Мы с Тосей полной грудью вдыхали воздух, наполненный влагой, и чуть ли не перевешивались через борт, обмениваясь восторженными комментариями. Алеша аж зеленел и оттягивал от края то меня, то Тосю, а мы смеялись и продолжали свое. В конце концов, он сдался и призвал на помощь Мефистофеля.

Демона небольшая качка, похоже, совсем не смущала. Он встал между нами и даже приобнял обеих за талии. Я заметила, как в первую секунду напряглась Тося. Но видя, что я не противлюсь, расслабилась. Сейчас демон казался не таким уж и мерзким, а вся ситуация с обвинением в убийстве — вполне разрешимой. Мне было весело. Наверное, все дело в горячем вине, которое подавали прямо на палубе: мы немного продрогли, а потому выпили по стаканчику.

— Я бывал здесь, когда острова не было и в помине, — с ностальгией в голосе протянул Мефистофель.

— Ого, как интересно! — глаза Тоси загорелись. — Расскажи!

И он начал рассказывать. Надо признать, когда демон не язвил, то становился очень интересным собеседником, от которого можно узнать уникальные факты. Время пролетело незаметно. Мне не приходилось делать вид, что я заинтригована. Мы заваливали его вопросами, а он без устали отвечал на них.

Но небольшое путешествие подошло к концу, и как только мы ступили на землю, Мефистофель откланялся.

— Хорошо провели время? — недовольно поинтересовался муж, подавая нам по очереди руку и помогая спуститься по трапу.

Ревнует, что ли?

— Ты же все сам видел, — мягко улыбнулась я.

Алеша покачал головой и скривил губы, но ничего больше не сказал. Вино успело выветриться из головы, поэтому я снова была серьезна и сосредоточена. И готова к не самому приятному зрелищу, которое предстояло вынести.

Перед входом в больницу муж еще раз предложил подождать его на улице. Но начался противный мелкий дождь, и мерзнуть вовсе не хотелось. Да и я хотела помочь. К тому же прекрасно знала, что и Тося могла подсказать дельную мысль. Она у меня умница, когда не думает об этом рогатом. Мы остановили сестру милосердия, и она проводила нас в мертвецкую.

— Позову доктора, — сказала она и скрылась.

Высокий молодой мужчина с угольно-черными волосами вышел к нам минут через пятнадцать. Все это время мы находились в подвале среди нескольких накрытых тканью тел. Температура здесь была если не ниже, чем на улице, то, во всяком случае, не выше. Ничего. Я поняла, что горячее вино со специями может исправить многое. Согреть озябшие руки уж точно. Но это потом, по дороге обратно, а пока следует сосредоточиться.

Доктор внимательно изучил документы, которые предъявил ему Алеша — они подтверждали его личность и должность. Я видела, как взлетели брови мужчины, когда он дошел до подписи и печати обер-полицмейстера.

— А это, Алексей Николаевич, кто? — поинтересовался он, выразительно глядя на нас с Тосей.

— А это мои… гхм… ассистентки, — ему тяжело далось это слово, но все формальности были соблюдены, и, несмотря на удивление, доктор спорить не стал.

Он провел нас к одному из тел и снял с него покрывало, оголяя по пояс. Алеша оставался совершенно спокоен, когда приступил к методичному осмотру трупа. Тося побледнела и отступила на несколько шагов.

— Здесь есть еще один выход, если нужно подышать, — посмотрел на нее доктор.

— В-все в порядке, — она сглотнула.

Доктор пожал плечами, мол, как знаете.

Не скажу, что я была потрясена, хотя и видела покойника вот так — бледного, обнаженного — в первый раз. Но меня поразило его лицо: оно вовсе не походило на то, каким я запомнила этого господина в жизни. Нет, это определенно он, но… Что-то необъяснимо в нем поменялось. Наверное, не хватало именно искры жизни, которая делала лицо настоящим. А сейчас он больше походил на куклу, если бы кто-то вдруг решил сделать ее с внешностью не очень симпатичного человека средних лет, да еще и в полный рост.

Тося не знала, куда себя деть, а потому стала прохаживаться вдоль стены. Ее заинтересовал небольшой деревянный ящик с каким-то тряпьем.

— Это одежда и вещи убитого. Желаете посмотреть? Кроме костюма и кошелька с деньгами при нем ничего не было.

Тося вопросительно посмотрела на Алешу — тот на секунду отвлекся от своего занятия и кивнул. Она принялась рассматривать вещи. Я тоже подошла, но кроме окровавленной рубашки и брюк ничего не увидела.

Внезапно подруга заинтересовалась биркой на его жилете.

— Это же мадам Мартин! — тихо ахнула она, глядя на меня так, будто это должно мне о чем-то сказать.

— Какая еще мадам?

— Очень известный в узких кругах салон по пошиву театральной одежды. Мы… — Тося замялась, покосившись на мужчин, но те занимались телом. — Мы иногда заказывали там вещи, ну… для особенных тематических вечеров.

— Но это не похоже на театральную одежду, — я пожала плечами, рассматривая костюм.

— Если предположить, что он был музыкантом или актером, то мог заказывать там и повседневную одежду.

Между тем Алеша закончил осмотр и завел