Метемпсихоз - Борис Вячеславович Конофальский

охотники там стоят частенько. Вот туда он и приходит, дрофу приносит. А я или Мурат за нею ездим, продаём, а ему привозим порох, капсюли, дробь, витамины, горох, хлеб, сигареты, ещё что, если просит…

- Водку, - догадывается Андрей Николаевич.

- Ну, не без этого, – соглашается Пётр. – Там есть одна шалавёнка Настя, она сама гонит. Татарин говорит, что у неё дороговато выходит, вот он нашу и просит. Ну, мы, как его мясо распродаём, ему всё собираем, что ему нужно, а также деньги ему даём, вот он там и живёт в горах. Уж не знаю, с даргом этим или один, но вниз с гор он сходит без неё…

«А неплохо Петя тут с Муратом устроились, грузы возят, вяленым мясом приторговывают, опять же у них Галина, женщина с хорошей кожей, без проказы, дом со свинкой. Нормально мужички прижились».

- И когда же у вас с ним следующая встреча? – интересуется бывший оперуполномоченный, разглядывая Петра и замечая, что тот даже и отъелся тут на харчах Галины. – «Водочку пьёт, видно, с полынью завязал, раз щёки вширь пошли. Ну дай-то Бог».

- Через… четыре дня вроде, - вспоминает Петя. – Да, точно, мы у него мясо три дня назад брали, ещё до отъезда Мурата.

«Четыре дня?».

Сидеть в Тёплой горе четыре дня Андрей Николаевич не хотел: чего тут высиживать? И поэтому он опять спрашивает:

- А там в предгорьях, в том посёлке, значит, у Насти есть какое-то место, где она торгует водкой?

- Ну да, там же охотники всё время трутся, вот она и промышляет.

- Ещё раз объясни, где посёлок, - просит Горохов.

- Ну вот, смотри, Качканар… И на запад от города озёра, там рыбари местные, к озёрам, конечно, чужих никого не подпускают, но оно нам и не нужно. Нам мимо них проехать по дороге к горам.

- Знаю ту дорогу.

- Тем более… Озёра кончаются, и сразу дорожка вверх, в горы… Там не промахнёшься, она одна, справа от дороги потянется каменная гряда, вот мимо неё всё и ехать, и через пять километров он и будет: Охотничий посёлок.

- Ладно, друг, - Андрей Николаевич встаёт.

- А ты сейчас к Татарину поедешь? – интересуется Петя; он тоже встаёт с гостем.

- Такой задачи мне не ставили, - отвечает Горохов. Он, как всегда, осторожничает и поэтому придумывает: – Меня просили только его найти. А вот ты, товарищ дорогой, когда поедешь к нему за мясом, то обязательно передай, что я приезжал от Анатолия и что он скоро ему понадобится. Пусть будет готов.

- Я понял, всё передам ему, - Горохов тем временем обулся, надел куртку и готов был уже выйти, а Пётр его и спрашивает: – А что Галине передать?

- Галине? Да ничего не передавай. Вообще ей ничего не говори, а вот что Мише сказать нужно, так ты это помни, – отвечает Андрей Николаевич. – Ладно, всё, бывай, мне ещё до ночи до Горнозаводска нужно добраться.

- Не забуду, всё ему передам, бывай, товарищ!

Когда Горохов вышел из дома Галины и прошёл несколько шагов, он обернулся и увидал, как из окна, приподняв жалюзи, Петя смотрит ему вслед. Андрей Николаевич помахал ему рукой, и Пётр, махнув в ответ, жалюзи опустил.

«Смотрел, на чём я приехал? Или просто интересовался?».

Гадать смысла не было, и бывший оперуполномоченный подумал, что правильно сделал, когда оставил машину вдали от дома Галины.

Он и вправду был голоден, а ещё грязен и устал. Поэтому Горохов нашёл удобный трактирчик. Тот был на выезде, почти у дороги, еда дрянная, при помывке пришлось платить за каждые десять литров, и кондиционер в комнатушке оказался еле живым, но зато там было много проезжавших мимо шофёров, и с тем, чтобы затеряться среди них, у него не было никаких проблем. А ещё до зари он выехал и поехал по большой дороге на север. На Качканар.

Глава 44

На рассвете, не доезжая до Качканара десяти километров, Горохов свернул с большого тракта и поехал на северо-запад, так, чтобы сразу выехать к западной оконечности Качканарских озёр. И тут, на разбросанных среди песка и грунта камнях, маленькие колёса и низкий клиренс его машинки снова показали себя не с лучшей стороны. И он стал подумывать о другой машине. О трёх мостах и пониженных передачах. Но у его «Термита» было одно немаловажное преимущество. Его невозможно было опознать, отличить от сотен и сотен других таких машинок, что шныряли по дорогам вокруг Камня. Тем более, когда его машина покрыта полусантиметровым слоем пыли. Тем не менее, он добрался до воды и, стараясь объехать рогоз, окружающий озеро по большой дуге, – слава Богу, учёный уже, – повернул на запад, как раз в горы.

Петя говорил про заметную дорогу вдоль каменистой гряды, так вот гряду он нашёл, а дороги там не было; тем не менее Андрей Николаевич ехал вверх и вверх, несмотря на то, что моторчик «Термита» потихонечку начинал греться. Так и поднимался в гору, пока не догнал двух людей, которые просили его притормозить.

По виду то были охотники. Двустволки, патронташи, у одного ещё и армейская винтовка. Это для варана, скорее всего, тут они водились в избытке. Это бывший оперуполномоченный знал.

- Друг, ты в посёлок? – спросил один из них, когда Андрей Николаевич притормозил.

- Да, вас подкинуть?

- Давай, а то в горку топать ещё километра полтора, сам понимаешь – неохота, – продолжил разговор охотник.

Они расселись, перезнакомились, дружно все втроём закурили, и второй тут и спросил:

- А ты, я вижу, скупщик?

- Торгую помаленьку, – отвечал Горохов. Он и сам думал выдать себя в посёлке за скупщика, легенда была неплохой. Многие скупщики мяса, паштета и всего прочего как раз мотаются по посёлкам на «Термитах». И тогда первый из охотников сообщает:

- Думается мне, ты зря туда едешь.

- Это почему? – интересуется Андрей Николаевич и тут же догадывается: – Там уже свои скупщики есть?

- Точно, - говорит первый. – И люди они неприятные.

- Нам-то всё одно, кому продавать, - замечает второй охотник, - может даже, тебе и выгоднее будет, но Дима с Хасаном на тебя наехать могут.

- Могут!