Леди озера - Майк Омер

посевы пятнадцать лет назад, только новая зараза должна была истребить фейри. Я уничтожила весь вирус, кроме одной бутылочки, которую сохранила для… – Я хочу сказать страховки, но в языке фейри нет такого слова. – Для безопасности.

Найвен изумленно и испуганно таращится на меня:

– Ты издеваешься, твою мать?

Талан пронзает меня острым взглядом.

– Возможно, я слишком поторопился, говоря, что моя жена всегда права…

– Я не позволю им повесить тебя. – Я встречаюсь с ним взглядом. – И не позволю им сжечь королевство дотла. Не подходите! – Я поднимаю бутылочку повыше, когда лошадь Кер-Иса приближается к моей. – Все держитесь подальше. Если это разобьется, мы все умрем. Спросите Талана и Найвен, они подтвердят.

Брадос подъезжает к Найвен, и они тихо переговариваются.

– Ния, отдай мне ее. – Взгляд темных глаз Талана становится ледяным. – Я не позволю, чтобы это произошло с моими подданными.

Я придерживаю лошадь и направляю ее к Брадосу.

– Я не шучу.

– Чего ты хочешь? – шипит он.

– Мира. Справедливости. Вы соберетесь с аристократами и придумаете способ правления, который устроит всех. Это огромная заноза в заднице, но лучше, чем всеобщая гибель.

– Я хочу, чтобы они все сдохли! – рявкает Брадос.

У меня появляется идея.

– Авалон! – восклицаю я. – Я могу переправить их всех на Авалон, на историческую родину. Никто не убьет моего мужа, и если хоть один волос упадет с его головы, я с радостью прикончу всех вас.

– Ты не посмеешь, – встревает Эдан.

– Вы хорошо знаете меня, лорд Эдан? – Я встречаюсь с ним взглядом, разворачиваю лошадь и смотрю в глаза каждому стоящему на холме. – Кто из вас знает меня по-настоящему? Я – Ния, дочь Мордреда Цареубийцы, внучка Морганы ле Фей, и мне надоело притворяться милашкой и говорить другим то, что они хотят услышать. Я готова спалить все дотла, так что, черт возьми, не искушайте меня. Не сегодня. – Я уже не говорю, а рычу.

Все уставились на меня под завывания ветра.

– Ния, успокойся, – бормочет Найвен.

– Значит, я должен бросить свой замок? – выкрикивает Эдан. – А что взамен? Вы не заберете замок бесплатно.

– На обсуждение деталей понадобится время. – Напряжение в моей груди немного спадает. Я снова поднимаю повыше крошечную бутылочку. – Но если я узнаю, что в королевстве опять началась война или кого-то притесняют, то вернусь и доведу дело до конца.

– Очень хорошо, – наконец произносит Брадос. – Я готов все обсудить. Любой, кого не устраивает республика, пусть валит на Авалон – здесь таким не место. Можно поговорить у меня в таверне «Тенистая чаща».

– В таверне? – с ужасом переспрашивает Маллеус.

– Там полно медовухи, – уточняет Брадос.

– И это только начало, – бормочет Кер-Ис. – После такого дня нужно хорошенько напиться.

– Только не ругайте медовуху, – добавляю я. – Она делается по рецепту его матери. Он очень щепетилен в этом вопросе.

* * *

Пока все направляются в «Тенистую чащу», Найвен, Талан и я задерживаемся на лугу. Найвен в упор смотрит на меня; ее щеки почти такого же цвета, как волосы.

– Пожалуйста, скажи, что у тебя там не вирус.

Я улыбаюсь в ответ.

– Я – агент Авалона. Шпион. А ты знаешь, как поступают шпионы.

С этими словами выдергиваю зубами пробку бутылочки, делаю большой глоток, облизываю губы и протягиваю емкость Талану:

– Хочешь тоже?

– Я не против. – Талан берет бутылочку и пьет всласть.

– Что это такое? – настойчиво спрашивает Найвен.

Талан рассматривает бутылочку.

– Медовуха со стола Совета знати с отклеенной этикеткой.

– Вы знали? – спрашивает его Найвен.

Талан пожимает плечами:

– Она даже по форме другая. Как можно не заметить?

Найвен сердито смотрит на него.

– Наверное, потому, что я тогда изо всех сил пыталась не умереть?

Я улыбаюсь Талану:

– Твоя реакция на бутылочку получилась очень правдоподобной.

– Благодарю, любовь моя. Твой обман – тоже.

Я хлопаю ресницами:

– Ради этого я и училась. Хотя, думаю, у меня природный талант к обману.

Найвен склоняет голову набок:

– Ты нейтрализовала два войска, припугнув их медовухой?

– Ну, я предпочла бы припугнуть их драконами, но Талан решил, что ситуация может выйти из-под контроля, а он эксперт по драконам.

Я беру у Талана бутылочку, отпиваю и передаю Найвен. Она делает большой глоток медовухи и вытирает уголок рта.

Ветер треплет темные волосы Талана.

– Наверное, Найвен лучше отправиться в «Тенистую чащу». Убедиться, что, какой бы ни оказалась новая форма правления, война с людьми закончится. Брадос, похоже, доверяет ей.

Я киваю:

– Отличная мысль.

Найвен выхватывает у меня медовуху.

– Вы оба – засранцы. – Она кивает на меня: – Особенно ты. Ты хуже гребаного Ловца Снов.

– Но ведь за это ты меня и любишь?

Она задумывается.

– Возможно.

И уезжает. Мы с Таланом остаемся наедине среди мягко колышущейся травы.

– Итак, фермерша, – говорит Талан, – у нас тут неподалеку имеется дракон. Куда желаешь полететь?

– Ну, я с удовольствием завершила бы свой отпуск на юге Франции. Но боюсь, там начнется паника, если мы заявимся верхом на драконе. – Я улыбаюсь, мое настроение улучшается. – Знаешь, по-моему, пора наконец устроить вечеринку…

Глава 61

В прошлом году в день рождения я сидела в одиночестве в кафе на юге Франции, ела ежевичный торт, хотя заказывала совсем другой, и выслушивала мамины панические телефонные звонки.

Ровно год назад в этот день я спасалась бегством от фейри, которые пытались меня убить. Мой бывший парень, Рафаэль, похитил меня и переправил через Ла-Манш в Башню Авалона. Всю дорогу я была испугана, растеряна и совершенно не готова к тому, что произойдет. Я понятия не имела, что пройду курс подготовки в Башне Авалона, не говоря о том, что стану Владычицей Озера.

Ровно год назад я обнаружила, что обладаю скрытой магией и что я наполовину фейри.

А сейчас?

В этом году я не одинока. Теперь у меня появились друзья, готовые пожертвовать собой ради меня, и я сделаю для них то же самое. Из хаоса я создала себе семью. Маму я оставила в Камелоте, чтобы она наконец научилась сама о себе заботиться.

Сегодня мой день рождения проходит на замшелом острове среди руин и древней магии фейри.

Пока я протираю хрустальные бокалы, взгляд блуждает по резным тройным спиралям над каждой аркой. Они излучают магию всякий раз, когда я прохожу под ними. В банкетном зале уже собрались музыканты: барабанщик, арфист с мерцающими серебряными волосами и лютнист.

Эшлинг снует туда-сюда по усыпанному первоцветами, фиалками, рутой и залитому солнцем полу. Она ставит на хрустальный поднос лисички в масле с яблочными ломтиками.

– Так вот, Брадос заявил мне на полном