Газлайтер - Григорий Володин

Я небрежно киваю. Да-да, а как же по-другому? Ничего другого и не ожидал услышать об этом пафосном названии.

— Может быть, — протягиваю. — А какой силой владеет Диабло?

Ратвер на мгновение замолкает, затем нехотя отвечает:

— Как Демон он обладает телепатией и абсолютным контролем захваченного тела, игнорируя законы физики. Гравитация для него — пустой звук. Как Высший Грандмастер он — ледовик.

Ого, как ловко устроился Демонюга! Присосался к мощному Деду Морозу и теперь живёт за его счёт, как паразит в тёплом теле.

Ратвер ждет затаив дыхание.

— Ладно, — наконец говорю я. — Только ты дашь слово не трогать меня и мой род, ну и обещаешь помочь вызволить альв.

— Обещаю, Филинов, — через силу выдыхает оборотень, явно переступая через себя.

Достаю из кармана брюк маленького платинового скарабея. Его поверхность блестит в лучах солнца, отражая отблески. Подкидываю жучка в воздухе и бросаю Ратверу. Тот ловит насекомое на лету, его глаза расширяются от ужаса.

— Опять⁈ — подозрительно спрашивает. — Да ты издеваешься, щенок!

— Этот тебе поможет, — отвечаю просто. — Глотай, и частично восстановишь силы.

Он несколько секунд смотрит на меня, затем, передернувшись, проглатывает скарабея. Его лицо искажает гримаса боли, но вскоре она сменяется облегчением. Яд постепенно отступает, язвы на коже начинают затягиваться, дыхание выравнивается.

Ратвер поднимается на ноги, ещё пошатываясь, но уже явно сильнее, чем минуту назад.

— Так что с Диабло⁈ Где этот гребаный одержимый⁈

— Скоро будет. Пока можешь причесаться, — усмехаюсь, на что получаю злобный взгляд.

На краю видимости появляется тёмная фигура. Сначала едва различимая точка, но с каждой секундой она становится всё больше. Диабло идёт по пустыне, словно парит над землёй. А, нет, и правда, парит, игнорируя гравитацию. От него веет холодом и мрачной силой. С каждым шагом температура вокруг падает, воздух наполняется мелкими снежинками, несмотря на жаркий полдень. А в остальном одержимый — классика жанра: слюни текут, кожа цвета перезревшего лимона, а глаза — как у рыбы на рынке — без зрачков и даже без намёка на жизнь. Просто ходячая реклама: «Не стань одержимым!»

— Ну что ж, — произношу. — Такой зарубы давно не было. Два Высших Грандмастера, да ещё я тут с вами. Весело будет.

Диабло останавливается в нескольких метрах от нас. Его присутствие давит, словно на плечи легла невидимая тяжесть. Он медленно поднимает голову и еще больше пускает слюней.

— Так вот где ты прятался, Ратвер, — хрипит он голосом, будто накануне жевал битое стекло. — Я подозревал, что хитрый Бехема тебя укрывает.

Я едва заметно улыбаюсь.

— Бехемы давно нет, — говорю так, будто мы обсуждаем погоду. — Я же его поглотил, помнишь? Теперь он у меня на диете.

Диабло пристально смотрит на меня, словно пытается вырвать взглядом мою душу, хотя, честно говоря, с его физиономией это больше напоминает рыночную торговку, изучающую сомнительный товар.

— Может быть, — наконец произносит он. — Но ты пахнешь им. Значит, заразился его коварством и хитростью.

— Вполне возможно, — пожимаю плечами, словно это комплимент.

Диабло начинает медленно кружить вокруг нас, как хищник, выжидающий подходящий момент, но больше похожий на старого актёра, забытого в своём лучшем амплуа.

— Я пришёл, чтобы разобраться с Филиновым, слишком уж он смекалист и раскопал то, чего не стоит, — заявляет он драматично. — Но и тебя, Ратвер, тоже прикончу. Организация не должна узнать подробности о твоих махинациях с Обителью Мучения. Монахи пообещали мне новое тело за твою голову.

Похоже, что переговоры здесь бесполезны.

— Целое тело всего лишь за одну голову? — удивляюсь. — Щедро. Ну что ж, не буду мешать вам разбираться между собой. Я, пожалуй, пойду.

Делаю вид, что собираюсь отойти, но Диабло резко останавливается, его голос наполняется ледяной насмешкой:

— Только не уходи далеко. После Ратвера я прикончу и тебя. Не оставлю свидетелей. А потом наведаюсь в твой замок, развлекусь с твоими жёнами и подругами. Думаю, они будут рады моему визиту.

Я вскипаю. Мои перепончатые пальцы! И почему каждая сволочь обязательно должна заикнуться о моих женах⁈ Блин, вы что, всерьёз себя бессмертными считаете, гады⁈

— Тогда я, конечно, останусь, — соглашаюсь.

«А ты чего стоишь⁈ — бросаю по мыслеречи оборотню. — Налетай давай!»

В тот же миг Ратвер, воспользовавшись моментом, бросается на Диабло с невероятной скоростью. Его когтистая рука с силой пробивает спину, как горячий нож масло, и кровавые брызги летят на песок.

— Как тебе, кусок мяса⁈ — рычит оборотень.

Ратвер наполовину обращается в зверя: морда вытягивается, весь обрастает черной шерстью, но в размерах несильно увеличивается. На полноценное перевоплощение у него не хватило сил.

— Ха-ха, — Диабло легко срывается с когтей Ратвера и отлетает в сторону, словно это была игра. — Щекотно! Словно перышком пощекотал.

Вокруг нас начинает меняться пространство. Земля под ногами дрожит, небо темнеет, и в мгновение ока пустыня исчезает, заменяясь бескрайней снежной пустошью.

— Добро пожаловать в Ледяной Ад, — раздаётся эхом голос Диабло, будто со всех сторон одновременно.

Жуткий холод пронзает до костей, дыхание превращается в густой пар, а кожа мгновенно покрывается инеем. Под ногами хрустят ледяные кристаллы, вокруг возвышаются огромные айсберги и ледяные пики.

Ого! Слюнявый удивил так удивил! Он использовал технику Расширения сознания — мощное заклинание, преображающее окружающую реальность по воле телепата. Здесь, в его мире, его власть абсолютна.

Фишка в том, что Диабло соединил свою силу Демона-менталиста и Дар ледовика и образовал это место в синтезе с ледяной магией. Не знал, что так можно. Это наталкивает на мысль, что и я, когда стану Высшим Грандмастером, смогу создавать специфичные Расширения, отталкиваясь от Даров своих легионеров. Уфх, уже не терпится!

— Кстати, — бросаю Ратверу, который стоит рядом, оскалившись. — Здесь он сильнее тебя.

— Я знаю! — рычит оборотень, его глаза горят бешенством. — И мне плевать!

Слюнявый, конечно, же сначала принимается за самого опасного из нас. Ну, по его мнению, конечно. Диабло поднимает руку, и от неё исходит ледяная волна, похожая на снежную лавину. Ратвер уворачивается, прыгая в сторону со скорость дикого зверя, но часть его тела всё же задевает мороз. Плечо покрывается льдом, движения становятся замедленными. Но опасность не только во льде. Обледенение —