По снегу босиком вместе - Нани Кроноцкая

Создателя, правда? Я уничтожил его, а тебя сотрет с лица этого мира его гениальное детище — Высочайший Трибунал. Браво, Сэм. Я восхищен демоническим замыслом.

— Это правда, Эйшет? — Рафаил всегда доводил свой допрос до конца.

— Нет.

Ответ удивил всех, кроме демона.

— Их тут двое, неужели же вы не видите? Эта старая обезьяна присвоила тело и душу. Купила, как у нее это водится.

Отрицать эту истину демоница не стала. Лишь хрипела, цепляясь за камни холодными пальцами.

Приговор Ге был суров: рассечение сущностей и развоплощение.

Обвиняемая улыбнулась: никто в этом мире не мог привести его в исполнение. Сила древней была такова, что даже круг самых могучих великих с трудом удержал ее.

Но Ге к Клавдию подошла, положив перед ним страшный серп снова блеснувший черным клинком, закаленным в крови Эвринома и в кругу его заменила, выпустив в центр ритуала того, кто с начала времен звался Палачом.

И увидев его в светлый взгляд вдруг преступница дрогнула.

Она вспомнила что-то такое, что заставило демоницу мучительно взвыть. Она корчилась, видя тяжелую поступь возмездия. Она дико визжала, разом вдруг осознав его силу.

— Закрой глаза, Ветерок, — вдруг раздалось у Ди ясно в сознании. — Тебе не стоит сейчас это видеть.

Кто она такая, чтобы спорить с мужем? С любимым и близким.

Правую ее руку горячей ладонью держал самый лучший в этом мире и самый великий. Левую — смелый и сильный, давно уже ставший родным.

Сущность чудовищную они вместе изгоняют из этого мира, сделав его чуть теплей и светлей.

60. Не эпилог

Оглядываться Ди не хотелось. Что-то несправедливое было в лежащем на ледяном камне посреди океана и истлевающем буквально у них на глазах женском теле. Его заносил белый снег, словно сам север натягивал на бессмертную некогда Хельгу ледяной белый саван. Она так и останется там. Мертвая безнадежно и очень давно, пустыми глазницами она будет взирать в бесконечное небо. Памятник глупости и предательству. Монумент коварству и вечной жестокости.

— Она погибла уже очень давно.

Словно угадав ее мысли, произнес шедший за ней следом демон.

— Я видела ее живой. Там, в доме Урусовых, — Венди возразила устало. Она впервые общалась с ним так близко и мирно, практически по-приятельски.

— Это была только тень. Шкурка, не больше. Когда-то юная и неискушенная Гильга Лампера заключила сделку с темной силой, изгнанной из этого мира и скрепила ее страшной клятвой. Дальше все хрестоматийно…

— Ты светлеешь, темнейший.

— Умнею. Только в воспаленном воображении светлых есть вечные зло и добро. Это, конечно, утопия.

Ди усмехнулась, ища глазами Лера. Тот их обогнал, разговаривая увлеченно о чем-то с Ладоном и Павлом, шедшими следом.

Они все медленно двигались по широкому коридору стационарного межконтинентального портала, — фундаментальному сооружению, — делу рук темных. Она и представления не имела о существовании этого тракта, и это факт Ди совершенно не радовал.

Все равно, что топая пешком долго по лесу, огибая деревья, спотыкаясь о кочки и падая в разные ямки рядом вдруг обнаружить шоссе.

— Знаешь, почему вы все так отстали технически? — он снова почти угадал ее мысли. И не дожидаясь ответа продолжил: — Заботитесь обо всем мире сразу. На себя у вас времени нет.

— Зато вы о себе непрестанно хлопочите. И когда успеваете портить нам жизнь?

Демон в ответ рассмеялся, полыхнув черной бездной своих страшных глаз.

— Что ты Филу передала? — вдруг улыбка сползла с его губ, и вопрос прозвучал угрожающе.

— Это, знаешь ли, дело семейное, — фыркнула Венди в ответ.

Лер тут же на них оглянулся нахмурившись.

— Только попробуйте мне все испортить. Вы, оба! — демон вдруг зашипел, будто кошка. Все еще следовавший за ним преданно жавшийся у колен демона снежный вихрь тут же оскалился льдистыми зубьями.

Аваддон, вдруг разъярившись, попытался прихватить было Ди за локоть, приостанавливая, но тут между ними уверенно вклинился Фил.

— Они — мои близкие, — голос друга звучал угрожающе.

Венди только сейчас явно заметила: он стал выше ростом мощнее и шире. Словно все еще рос и тут вырос.

— Если кто все и портит, любезный, так это лишь ты. Я согласился на сделку с тобой, но не на обман. Поговорим в другом месте.

Демон открыл было рот, стрельнув взглядом в Ди, но перевел его на быстро приближающегося решительно Лера и продолжать передумал.

Лишь поклонился всем молча и шагнул прямо в стену портального коридора, тут же исчезнув из виду.

— Мне тоже надо идти, — Фил виновато плечами пожал, глядя ему вслед. — И спасибо тебе. Ты даже не представляешь, что сделала.

— Ты вернешься? — Ей ужасно хотелось ему рассказать об Арине и детях. О том, как его сильно любят и ждут. Но поймав его взгляд Ди догадалась: он знает. Если и не все, то уже очень многое. В пепельно-серых глазах Рафаила буквально светилась тихая радость человека любящего и любимого. Он теперь не погаснет.

— Обязательно. Несомненно. К сожалению, не очень скоро. Не забывайте меня.

— Тебя просто так не забудешь, — подоспевший к ним Лер сразу же притянул к себе Венди. Крепко обнял, так как будто они год не виделись. Жадно вдохнул ее запах, уткнув нос куда-то за ухо.

Фил молча им улыбнулся и тоже шагнул прочь из большого портала.

Ге с Клавдием уже тихо исчезли, не попрощавшись. Они были явно чем-то всерьез озабочены.

Дракон с Каниным тихо о чем то беседовали, устало бредя по порталу.

— В Гурзуф? — Лер не спросив разрешения (как обычно) легко ее подхватил на плечо осторожно усаживая. Ди вдруг вспомнила о руке и пораженно вздохнула: совершенно уже не прозрачная, осязаемая и вполне даже теплая кисть нежно поглаживала ей коленки.

Поймав взгляд жены Лер вздохнул:

— Это иллюзия. Пашка над ней уже поколдовал: сказал что протез технически безупречен, но совсем не настолько, как выглядит. Придал устойчивости конструкции и…

— Ты сам ее чувствуешь? — Ди это казалось действительно важным.

— Нет. Могу мысленно управлять, как… кукловод. Но не ощущаю совсем ничего. И этого не вернуть.

— Посторонние даже не догадаются… — гладя теплую, мягкую кожу руки Ди сама поверить не могла, что это протез и иллюзия.

— Нет. Протез реагирует на боль и термические раздражители как руке и положено. Я не поврежу его и не потеряю, но это всего лишь магический механизм.

Грустно. Они устало переглянулись. Их сказка не походила совсем на хорошую и настоящую. Вселенское зло было побеждено, а герои остались уставшие, очень голодные и совершенно невыспавшиеся.

— Тебе тоже чувство вселенской победы все никак не приходит? Неужели стареем? —