Пенрик и Дездемона. Книга 2 - Лоис МакМастер Буджолд

еще слишком много женщин, чтобы пытаться сбежать. Пен достал из мешка свою одежду и с облегчением переоделся, потом воспользовался щеткой мадам Гардики, чтобы расчесать по-прежнему черные волосы и заплести в пристойную косичку. В качестве благодарности он собрал немногочисленные вещи матери Никис и положил в мешок. Возможно, позже ему выпадет шанс отдать их хозяйке. Ее платье он наденет поверх туники и брюк, чтобы создать впечатление правильного силуэта для тех, кто может встретиться ему в темных коридорах.

Осталась только ее шаль. Пен оглядел окно и подумал, что может пустить шаль в дело, выкинув наружу, чтобы ее отыскали на камнях внизу. Пусть тюремщики гадают, что им искать – беглянку или тело самоубийцы, которое унес прилив. Последнюю теорию подкрепляла запертая дверь. Получится великолепный отвлекающий маневр.

Довольный Пен выпил пару стаканов воды, чтобы не проспать рассвет, после чего лег на кровать, собираясь вздремнуть.

* * *

Кто-то звал его: … Айся… П… айся… Просыпайся!

Дез?

Тяжелая рука стиснула плечо Пена, и он замер, мысленно пытаясь подготовиться к каким-то действиям. Или магии. Или тому и другому.

Давно пора! – взвизгнула Дез.

Потом встревоженный мужской голос прошептал:

– Мама?..

О. Ничего себе, сказала Дез.

Пену этот голос был незнаком. Определенно не Аделис. Он осторожно выпустил поспешно собранный хаос. Вздохнул. И произнес, обращаясь к стене:

– Надо полагать, вы Икос Родоа.

Фигура, черный силуэт в темноте, ахнула и отпрянула. Призрачный свет звезд и мерцание моря за окном едва позволяли отличить тень от материи, но Пен подумал, что мог бы обнаружить пришельца по запаху – высохший пот после трудного рабочего дня. Дез, свет.

Включилось ночное зрение, сделав мир бесцветно-четким, и Пен увидел крепкого, широкоплечего мужчину. Черные, как у всех седонийцев, волосы и округлые черты лица, которые могли бы быть приятными, если бы не застыли от ужаса. Мужчина выхватил из-за пояса кинжал, но не стал нападать, возможно, потому, что в темноте не мог различить, где у Пена голова.

Не зная, чего ждать, когда он это исправит, Пен сказал:

– Я друг. Не надо кричать.

И зажег пару свечей на умывальнике. Внезапная желтая вспышка резанула привыкшие к темноте глаза, и оба моргнули и зажмурились. Пламя отразилось в дрожащем лезвии кинжала.

Почему каждый встреченный им седониец первым делом пытался его заколоть? Пен медленно перекатился и сел на край кровати, выставив перед собой неподвижные руки.

– Ты не моя мать!

Пен сдержал язвительный ответ, чтобы не тратить время зря.

– Мадам Гардики уже сбежала. Ваша попытка достойна восхищения, но немного запоздала. – Погодите. Дверь… дверь была по-прежнему заперта. Волна шока наконец-то прогнала сонный туман из его разума, и Пен резко добавил: – Как, во имя пятерых богов, вы сюда попали?

Мужчина молча указал на окно.

Вскочив, Пен высунулся наружу – и увидел сплетение тросов, шкивов и пару петель, которые напоминали полотняные подпруги, а может, ими и были. Он проследил за четырьмя длинными веревками вверх, где они, очевидно, крепились к балкам какого-то балкона. Вниз он целенаправленно смотреть не стал.

– О, – немного сдавленным голосом произнес Пен. – Ну конечно. Строитель мостов. – И убрал голову обратно.

– Преисподняя Бастарда, кто ты такой? – спросил Икос.

Мы как раз оттуда, пробормотала Дез, напряженная и сбитая с толку, как и Пен.

– Меня зовут Пенрик. Я… помогаю Никис спасти ее мать.

Темные глаза сверкнули при упоминании сводной сестры. Если Пен не ошибся в своей догадке.

– Почему?

Простой ответ на этот вопрос уже срабатывал раньше – а кроме того, был правдивым.

– Я ищу расположения Никис.

– О. – Икос убрал кинжал в ножны и провел большой ладонью по коротким волосам. – Давно пора. – Его глаза сузились. – Ты знаешь, что происходит? Несколько недель назад я заглянул к матери домой. Соседка сказала, что ее арестовали, а генерала Арисайдью ослепили в Патосе. Понятия не имею, зачем им понадобилась она, если они уже ослепили его, но я отследил ее путь и отыскал ее здесь. Мне понадобилась еще неделя, чтобы придумать, как ее вытащить.

Он выжидающе посмотрел на Пена, и тот сказал:

– Зрение Аделиса восстановилось, и они с Никис сбежали в Орбас.

– Ха! Вот это чудо. Но все объясняет. Придворные идиоты в Тасалоне нажили себе врага. – Он отрывисто кивнул.

Пена потрясло, с какой скоростью Икос заполнил политические пробелы в этой сложной истории. Но он был урожденным седонийцем.

Икос хмуро огляделся.

– Это вода? – Он подошел к умывальнику и напился прямо из него, потом прервался и озадаченно посмотрел на свечи.

Пен быстро отвлек его внимание.

– Вытащив мадам Гардики отсюда… – Неужели он собирался перенести ее при помощи того кошмарного устройства, словно бревно на стройке? – Что ты собирался делать дальше?

– Я не мог отвезти ее домой, потому что они туда явятся. В конечном итоге. Та же проблема – спрятать ее в моей рабочей бригаде. Я собирался отправить ее к друзьям в Тригони. Два года назад я строил там мост.

Ладно, это звучало разумно, хотя имелся некоторый пробел между тем, чтобы свисать с балкона на Лимносе, и тем, чтобы удивить какого-нибудь домовладельца в герцогстве Тригони. Но едва ли хуже какого-либо из планов Пена. Обе схемы выглядели здраво. До тех пор, пока не сталкивались друг с другом…

И теперь у них была проблема. Точнее, две.

Очевидно, Икос тоже об этом подумал. Уперев кулаки в бедра, он оглядел Пена с ног до головы.

– Значит, зять.

Пен, в свою очередь, попытался подобрать подходящий термин для Икоса, но не смог.

– Если она согласится.

– В таком случае, полагаю, она рассердится, если я оставлю тебя здесь. Мама, надо полагать, тоже.

И он испустил тяжелый вздох, знакомый всем мужчинам, которых одолели женщины. Возможно, не совсем искренний. С учетом усилий, которые он предпринял, чтобы по собственной воле добраться сюда.

У Пена было всего одно платье, и он не думал, что оно подойдет более приземистому и крепкому Икосу. Придется использовать ночное зрение, чтобы как можно быстрее и тише вывести их из Ордена, рискуя встретить местных обитательниц. Быть может, Икос знает, где находится задняя дверь.

– Нам лучше уйти вместе, – сказал Пен.

– Верно, – неохотно согласился Икос.

Пен направился к двери. Икос – к окну.

Оба остановились.

– Куда ты собрался? – спросил Икос и показал на море. – Выход там.

– Ты… предлагаешь нам обоим воспользоваться твоим, э-э, устройством?

Он меня туда не затащит! – взвизгнула Дез. Пен поморщился.

– Почему нет? Я собирался вытащить свою мать. Оно легко выдержит наш с ней двойной вес. Я проверил. – Он потер небритый подбородок. –