Похитительница Ночи - Холли Блэк

– Для таких, как я, правил немного, но нет, все было не так просто, – покачал он головой. – Штат опасался, что я подам в суд за то, что меня несправедливо объявили мертвым, да еще и убийцей в придачу, поэтому я написал бумагу с заверениями, что никого ни в чем не виню. Взамен мне отдали тебя.

Ред заслужил свое состояние ничуть не меньше, чем Реми и Аделина. Но он никогда бы не выбрал такой способ его получения. Он никогда бы не променял свободу на деньги. Зато охотно отдал свою жизнь за жизнь Чарли.

– Ты не можешь так поступить ради меня, – предостерегла его Чарли.

Отвернувшись от нее, он направился к водительскому месту.

– Все решено.

Сев в машину, Чарли почувствовала, что на нее нахлынула волна усталости. На пассажирском сиденье стоял стаканчик кофе из «Данкин», аромат которого распространился по салону, вытесняя запах дорогой кожи.

– Ты купил мне кофе, – сказала Чарли.

– Да, – ответил Ред. – Возможно, я никогда не верну свои воспоминания, но я знаю, какой напиток ты обычно заказываешь.

Обхватив стаканчик ладонями, чтобы согреть их, она сделала глоток.

– Что будет дальше?

– Я отвезу тебя домой, – пояснил он. – В новую квартиру.

– А ты? – спросила Чарли, хотя ответ был ей уже известен.

– Я тоже отправлюсь домой. В особняк.

Чарли кивнула. Жизнь Реда в руках Аделины. Она не только знала его секрет, но и получила над ним юридический контроль. Его адвокаты на самом деле были ее адвокатами.

Ред вернул свою прежнюю жизнь. Свою чудовищную жизнь, где с ним обращались как с чудовищем.

Чарли думала о том, как он явился ей, словно небесный бог в лесную чащу, в тихой, покрытой льдом ночи. Думала о том, как он смотрел на нее с замешательством и болью, говоря, что его чувства к ней не похожи ни на что, что он когда-либо испытывал раньше.

– Я могу вытащить тебя из этой передряги, – предложила Чарли. Ей дважды удавалось умыкнуть его из-под носа членов Теневой ложи. И сейчас что-нибудь придумает.

– Оставь попытки меня спасти, – сказал он ей. – Теперь моя очередь спасать тебя.

Чарли больше ничего не могла ему дать, поэтому не находила способа удержать его. Ред высадил ее у шикарного дома, в котором она теперь жила. Когда она наклонилась, чтобы поцеловать его мягкие губы, это было похоже на прощание.

Наступило Рождество, и Чарли поехала к матери. Причину отсутствия Винса она объяснять не стала, и о нем не упоминали. Мать всеми силами пыталась остаться с Чарли наедине, чтобы выманить у нее признание, но Чарли точно приклеилась к дивану и подносу с закусками. Ей даже удалось уговорить Боба научить ее играть в «Магию: Собрание», чтобы избежать нежелательного разговора.

– Дорогая, – обратилась к ней мать, когда Чарли собиралась уйти. – Нам нужно поговорить.

– Это ни к чему, – ответила Чарли. Стоя в дверном проеме, она поняла, что больше не хочет материнского прощения. Что под маской страха скрывалось пылающее пламя ярости. Возможно, она боялась не того, что скажет ее мать, а того, что может сказать она сама.

Лучшее в том, что ты больше не ребенок, – никто не заставит делать то, чего ты не хочешь.

* * *

Чарли отрабатывала свои смены в «Экстазе» механически и методично, чему Дон не мог нарадоваться. Но, будучи придирчивым по натуре, он все равно припоминал ей пропуски и донимал разными мелочами: вопросами о гарнирах, о том, какие напитки нужно взбалтывать и хорош ли вообще амаро. Во время перерывов Дон по-прежнему спорил с Эрин, шепотом крича в телефон.

Однажды вечером Одетта сидела за барной стойкой, пока Чарли смешивала апельсиновый биттер с простым сиропом для коктейля «олд-фэшн». С другой стороны расположился Бальтазар – он пил амаретто сауэр.

Дон нахмурился.

– Ты должна использовать кубик сахара.

Чарли закатила глаза.

– Я не пурист, да и осадок в бокале никому не нравится.

– Осадка не будет, если правильно размять, – возразил он.

– Я не только не стану использовать кубик сахара, – сказала она ему, – но и вишенкой украшу. А если будешь меня доставать, добавлю еще и дольку апельсина.

– Если ты намерена испортить…

– Я больше не могу на это смотреть, – раздраженно вздохнула Одетта. – Кто-то должен дать этому парню то, чего он хочет.

– Пощечину? – предположила Чарли, подняв брови.

Одетта скопировала ее жест.

– Очень смешно, – сказал Дон.

Чарли поставила готовый напиток – с вишней, но без дольки апельсина – перед Одеттой. Сделав большой глоток, та соскользнула со стула. Сегодня вечером на ней было платье-пальто с леопардовым принтом и широким поясом. Пройдя за барную стойку к Дону, она уперла руки в бока и посмотрела на него.

– Ну? Ты готов нам все рассказать?

Дон явно нервничал.

Одетта тяжело вздохнула от досады.

– Благотворительная работа – это не совсем мое, дорогуша, но приходится. Теперь слушай внимательно. Если хочешь, чтобы я прекратила, все, что тебе нужно сделать, это сказать мне об этом. Никакого риска ни для твоей работы, ни для твоих чувств.

С этими словами она протянула руку и сжала пальцами его шею.

Дон замер, что было вполне объяснимо, ведь его начальница, полуотставная доминатрикс, держала его за горло. Однако на его лице отразилось странное томление.

– Я… не…

– Правда, дорогуша? – Одетта улыбнулась ему. – Тогда вели мне остановиться.

Дон ничего не сказал.

– Хорошо, – продолжила она. – Ты хочешь, чтобы Чарли тебя шлепнула?

Дон по-прежнему молчал.

– О боже. – Как завороженный, Бальтазар наклонился вперед на своем барном стуле. – Тебе следовало показать это на главной сцене.

Одетта покачала головой, словно разочарованная и Бальтазаром, и Доном.

– Если не можешь высказать своих желаний вслух, ничего не получишь.

– Хорошо, ладно, – выплюнул Дон.

Чарли недоверчиво ахнула. Неужели Одетта права? Дон провоцировал окружающих, надеясь на какой-то специфический вид негативного внимания?

– Да, что? – голос Одетты был строгим.

– Я бы хотел, чтобы она меня ударила. – Дон потупился.

– Ты хочешь, чтобы она тебя ударила… – Одетта усилила хватку, хотя было ясно, что Дон может вырваться в любой момент: она была невысокой, с тонкими пальцами.

– Пожалуйста, – сказал он.

– Е-мое, – фыркнул Бальтазар.

Одетта повернулась к Чарли.

– Не окажешь ли честь? Это, конечно, не обязательно. Добровольное согласие – мой девиз для всех.

О, Чарли определенно хотела бы ударить Дона после всего, что он ей наговорил, хотя и была уверена, что это не вполне в духе игры. Подойдя к нему, она улыбнулась и провела открытой ладонью по его щеке, получая от этого необычайное удовольствие – хотя и не то, на которое рассчитывал он.

Щека Дона покраснела,