Оставленная у алтаря - Ивина Кашмир

Словно почувствовав мой взгляд, Риан резко оборачивается.

Смоляные брови взмывают вверх, на его красивой физиономии проступает неподдельное удивление. Замедляется он лишь на секунду, а потом идёт прямиком ко мне. Лёгкий кивок остальным: мол, разбирайтесь сами.

А мне показалось, будто стены оранжереи придвинулись ближе.

— Решила облик сменить? — нахально спрашивает, кивая на мои волосы.

Ни приветствия, ни намёка на вежливость.

С трудом сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

— А босая почему? — переводит взгляд вниз.

Мне становится дико неловко. Я кладу одну ступню на другую, чувствуя, как от его пристального взгляда бросает в жар.

— Неужели жизнь покатилась в бездну, Ари? — насмешливо добавляет, наклонив голову вправо. — Стоит женишку бросить у алтаря, так всё, из сильных и независимых моментально превращаемся в уличных бродяжек.

Моё терпение лопается. Хотела быть вежливой и учтивой, не, видимо, не сегодня. Что ж…

— Не твоё собачье дело, Риан! — прорычала я.

— Какая экспрессия… — хрипло протягивает, делая шаг ближе. — Не страшно так разговаривать с будущим императором? Я ведь могу сделать твою жизнь невыносимой. Хотя… — он усмехнулся, вновь посмотрев на мои ноги, — ты, кажется, прекрасно справляешься и без моей помощи.

Меня затрясло от ярости, но я нахожу в себе силы спокойно выдавить:

— Иди куда шёл. Не хочу с тобой разговаривать.

— Ах, не хочешь? А я хочу. Нет, жажду.

И прежде чем я успеваю возразить, Риан резко оборачивается к ведущему и громко заявляет:

— Аривия Ноланд первый этап прошла. Засчитайте.

Глава 10

— Ты что творишь? — потрясённо шепчу, поймав завистливый взгляд одного из конкурсантов.

— Пошли.

Меня бесцеремонно схватили за локоть и поволокли в сторону дверей.

— Ты… я… — от возмущения давлюсь воздухом. — Отпусти! — рычу, пытаясь отлепить его пальцы. — Совсем ополоумел?

— Повежливее, Ари, — цедит, больнее впиваясь пальцами в руку. — Моё терпение не безгранично.

— Не сокращай моё имя, ты, наглое животное! — со всей силы упираюсь ногами в мраморный пол.

— Животное? — Риан останавливается. — Что-то новенькое.

Вздыхаю, вдруг вспомнив всё, что мне довелось испытать из-за него. Риан мой кровный враг с детства, но тогда его проделки были безобидные по сравнению с тем, что он вытворял со мной в академии.

— Отпусти меня! Или я закричу.

— Кричи, — усмехнулся, обнажая идеально ровные, белые зубы. — Могу даже громкоговоритель выдать. Хочешь?

— Что тебе от меня надо? — мой голос звенит от ярости. Свободной рукой провожу по лицу в жалкой попытке взять себя в руки.

— Дело есть.

— Какое?

— Важное.

— Риан…

— Ари.

Сцепив зубы, на несколько секунд прикрываю глаза. Этого наглеца не переспорить, проходила, знаю.

Продолжая тащить меня, словно козу на поводке, принц начинает спускаться по ступенькам.

Я делаю пару шагов, наступаю на что-то колючее и, зашипев, теряю равновесие. В следующее мгновение меня подхватывают за талию, не давая грохнуться вниз.

— Я и забыл, что ты ходячая катастрофа, — со вздохом говорит враг, поудобнее перехватывая за талию.

В нос тут же бьёт его запах — терпкий, с нотками хвои и чего-то пряного, до обидного приятный.

— Отпусти, — бурчу, дёргаясь и пытаясь коснуться ногой земли. — Я сама справлюсь.

Я готова лопнуть от злости. Хватаюсь за его пальцы и отчаянно пытаюсь их отцепить, но его хватка становится ещё крепче.

— Бесполезно, Ари, — яростно шепчет у самого уха, от чего внутри всё холодеет. — И потом, мы уже пришли.

С этими словами Риан толкает плечом тяжёлую дверь и заносит меня внутрь.

Я дёргаюсь, пытаясь вырваться, но вдруг замечаю стены, увитые… чёрной плесенью, и застываю, забыв о сопротивлении.

Принц ставит меня на пол, и холод каменного пола обжигает босые ступни. Я морщусь, но даже это ощущение меркнет перед зрелищем.

— Знаешь, что это? — Риан облокачивается на стол, скользя по мне внимательным взглядом.

— Трогать нельзя, — сиплю, — можно получить ожог. И долго находиться рядом тоже нельзя. Пары ядовиты… — я осеклась. — Чёрт. Здесь что, тёмные ритуалы проводили?

Риан молчит, продолжая пристально смотреть.

— Плесень появляется, когда пар от зелья смешивается с тёмной энергией, — торопливо говорю, вспомнив учебник по ритуалам за четвёртый курс. — И разрастается быстро. Очень быстро. Максимум трое суток, и весь дворец затянет.

— Сможешь убрать? — лениво осведомляется принц, будто мы говорим о погоде.

— Пусть императорские зельевары убирают, — протягиваю, прищурившись. — Это ведь их работа.

— Один у целителей: натрогался в процессе «убирания» и получил ожог. Другой в отрубе и тоже у целителей.

Поднимаю на него потрясённый взгляд.

— А что, кроме них больше никого нет?

Риан замешкался.

— Ну… мы держим это втайне.

— А мне тогда зачем говоришь?

— Ты ведь дочь Ноланда. А с учётом, что благодаря его стараниям возникла плесень, ты болтать не станешь.

— Этой плесени от силы сутки, — отрицательно качаю головой. — А мой папа… он… — в носу защипало.

Хочу сказать, что он умер, но слова застревают в горле.

— Знаю. Но плесень расползлась из подвала, в котором, как выяснилось, были банки с её образцами. Возможно, кто-то намеренно выпустил эту заразу. Разбираемся.

Я закусила губу, вновь посмотрев на стены, увитые ядом.

Чёрные кляксы шевелятся, напоминая змей, крутящихся в гнезде. Вид пугающий.

— Ладно, я помогу, — раздражённо выдыхаю.

— Осчастливила, — с сарказмом выдавливает Риан, подходя ближе.

— Но это разовая акция. Понял? — задираю голову, смотря в его жёлтые глаза.

— Носки дать? — кивает на мои ноги. — Но не новые. Не заслужила. Могу свои дать, — с улыбкой добавляет.

Какой же он всё-таки гадкий… Ему согласились помогать, а он вместо того, чтобы поблагодарить, ещё и издевается.

— Нет, — буркнула я, отворачиваясь.

Внезапно дверь открывается, и в проёме показывается светлая макушка лакея.

— Ваше Высочество, обед начался. Все только вас ждут.

Риан тяжело вздыхает, будто ему сообщили о том, что его любимая игрушка сломалась.

— Сейчас явится мой помощник, скажешь ему, какие ингредиенты тебе понадобятся, чтобы устранить эту гадость. Как закончишь, отчитаешься.

— Угу, — выдавливаю, отворачиваясь.

— Повторяю, как закончишь, отчитаешься передо мной. Ясно, Аривия?

— Да ясно, — вспылила я, обернувшись. — Уходи уже!

На его губах возникла улыбка, и мне дико захотелось стереть её с его холёной морды.

Как же он меня бесит…

Зачем я вообще согласилась помогать врагу?

Через несколько минут после его ухода заявился долговязый парнишка в ливрее с коробками в руках.

— Здесь обувь. Выберите, пожалуйста, — говорит, начав открывать коробки с туфлями на любой вкус и цвет.

Мне стало стыдно.

Неужели я действительно выгляжу как бродяжка? Наверное, да… Но принять подачку от врага… это выше моего достоинства.

Стискиваю зубы и отрывисто говорю:

— Заберите. Обувь я не надену.

Парнишка вскидывает брови.

— Но Его