Любить Палача. Обратный отсчёт - Ian luv

Его таймер мигал красным, как аварийная сирена.

00: 00: 45.

00: 00: 44.

Стресс. Погоня. Ярость. Всё это сожгло его скудный запас за считанные минуты. Его метаболизм пожирал время с чудовищной скоростью, когда он был на взводе.

— Ты... — прохрипел он, делая шаг ко мне. — Ты думала, что сможешь уйти? От меня?

Я попятилась.

— Не подходите! Я закричу! Тут люди!

— Кричи, — он шагнул ближе, загоняя меня в угол между бетонной колонной и стеной. — Кричи, Арина. Пусть смотрят. Пусть видят, как умирает самый богатый человек в этом городе и забирает тебя с собой.

00: 00: 30.

Он шатался. Его кожа серела на глазах. Нейротоксин, который убил его полгода назад, возвращался, как только время истекало. Его руки тряслись.

— Демьян, остановитесь... Вы умрете сейчас...

— Иди ко мне! — рявкнул он, и этот крик эхом отразился от стен парковки. — Дай мне руку!

— Нет! — я вжалась в бетон. — Я больше не хочу! Я не хочу стареть! Я хочу жить!

— Жить? — он был уже в двух шагах. — Ты не будешь жить без меня. Мы связаны. Ты не поняла? Я сдохну здесь, на этом бетоне, через двадцать секунд. А ты... ты останешься одна, старая, больная и никому не нужная, с долгами Киры и моими врагами, которые разорвут тебя на части, как только мое сердце остановится!

00: 00: 15.

Он рухнул на колени. Ноги отказали ему. Он пополз ко мне, протягивая руку. В его глазах исчезла ярость. Остался только животный, первобытный ужас. Ужас существа, которое заглянуло в бездну и видит, как она открывает пасть.

— Арина... — прохрипел он. Из носа у него пошла кровь. — Пожалуйста...

Я смотрела на него сверху вниз. Властелин мира. Чудовище. Сейчас он был жалок.

00: 00: 05.

Я могла просто отойти. Сделать шаг в сторону. И все закончится. Через пять секунд он будет трупом. Я буду свободна.

Я сделала движение, чтобы уйти.

И в этот момент мое тело предало меня.

Перенапряжение, бег по лестнице, холод, страх — все это наложилось на мою искусственную старость. Сердце кольнуло острой иглой, в глазах вспыхнул белый свет, и мир перевернулся.

Я потеряла сознание.

Последнее, что я почувствовала, — это не удар о бетон.

Я упала прямо на него. Моя безвольная рука коснулась его шеи.

Вспышка.

Сознание возвращалось медленно, волнами боли. Я чувствовала, что меня несут. Сильные руки прижимали меня к горячей груди.

Я с трудом открыла глаза.

Демьян. Он нес меня к лифту. Его лицо было совсем близко.

Над его головой горели цифры. Они росли, наливаясь густым, насыщенным красным цветом.

00: 05: 12... 00: 05: 13...

Он дышал тяжело, с хрипом. Но он был жив. Он получил контакт. Я упала на него, как манна небесная, подарив ему еще немного времени своей беспомощностью.

Он заметил, что я открыла глаза.

Он остановился перед дверьми лифта. Посмотрел на меня.

Я ожидала увидеть торжество. Злорадство. "Я же говорил".

Но там было нечто другое.

Его зрачки были расширены. Он смотрел на мое лицо, на мои посеревшие губы, и в его взгляде читалось отчаяние. Настоящее, глубокое отчаяние.

— Зачем ты побежала? — прошептал он, и его голос дрожал. — Дура... Какая же ты дура. Ты чуть не убила нас.

— Я хотела... свободы... — прошептала я одними губами.

— Свободы нет, — он прижал меня к себе крепче, словно пытаясь вдавить в себя, спрятать от всего мира. — Есть только мы. И время.

Он вошел в лифт. Зеркальные стены отразили нас. Высокий, мощный мужчина в разорванной рубашке и с окровавленным носом, держащий на руках хрупкую девушку в красном платье, похожую на сломанную куклу.

Я посмотрела на свое отражение.

В уголке глаза, там, где только что была гладкая кожа, залегла тонкая, но отчетливая морщинка.

Цена побега. Цена его спасения.

Я закрыла глаза, чувствуя, как лифт уносит нас обратно в небо, в нашу стеклянную тюрьму. Я проиграла. Но сегодня, на холодном бетоне парковки, я увидела то, чего не ожидала.

Он боится не только своей смерти.

Он испугался, когда я упала. Он испугался за меня.

Пусть даже как владелец боится за разбитую любимую вазу. Но это был страх потери. И это было единственное оружие, которое у меня осталось.

Глава 4: Отпечаток прошлого

Лифт поднимался в небо, разрезая шахту с тихим, почти неслышным гулом, который отдавался в моих висках грохотом товарного поезда. Я лежала на руках у Демьяна, чувствуя, как его рубашка, пропитанная потом и кровью, липнет к моей щеке. Запах дорогого парфюма смешивался с металлическим привкусом стресса и озона — запахом, который всегда сопровождал его, когда таймер подходил к черте.

Зеркала кабины множили нас до бесконечности. Бесконечная вереница мужчин, несущих полумертвых женщин.

Я скосила глаза вверх.

00: 05: 15.

Цифры над его головой больше не мигали аварийным стробоскопом. Они налились густым, тяжелым бордовым цветом, пульсируя в такт его бешеному сердцебиению. Пять минут. Я купила ему это время, просто упав на него без сознания. Моя слабость стала его силой. Мой обморок — его завтраком.

— Держись, — его голос звучал глухо, словно через толщу воды. — Лев уже готовит капельницу.

— Отпусти меня, — прошептала я, но в этом не было требования. Только констатация факта. У меня не было сил даже поднять руку, не то что сопротивляться.

— Никогда.

Это прозвучало не как угроза, а как клятва. Двери лифта разъехались, открывая панораму нашего стеклянного чистилища. Огни ночной Москвы расстилались внизу ковром из электрических угольков, но здесь, на девяносто пятом этаже, царил холод.

Лев уже ждал нас. Начальник охраны, бывший спецназовец с глазами цвета выцветшего брезента, стоял у входа в гостиную. Рядом с ним, на хромированной стойке, уже висел пакет с прозрачной жидкостью, от которого змеилась тонкая трубка.

— Состояние? — коротко бросил Лев, не задавая лишних вопросов. Он не выглядел удивленным тем, что босс выглядит так, словно прошел через мясорубку.

— Критическое истощение, — рявкнул Демьян, пронося меня мимо диванов, стоивших больше, чем моя квартира. — Она отключилась на парковке. Сердце сбоило.

Он уложил меня на широкий диван, и я почувствовала, как мягкая кожа холодит мои оголенные плечи. Я попыталась сфокусировать взгляд на люстре — сложной конструкции из хрусталя, напоминающей застывший взрыв. Свет резал глаза.

— Убавь свет, — скомандовал Демьян.

Комната погрузилась в полумрак. Лев подошел ко мне, его движения были быстрыми и профессиональными, лишенными суеты. Он закатал