Джейн Эйр – охотница на оборотней - Андрей Олегович Белянин

В доме царило веселье. Диана и Мэри, взявшись за руки, уже весьма поддатые, счастливо кружились по кухне.

– Уехал, уехал, от нас Сент-Джон уехал!

– Уехал, уехал, наш добрый брат уехал!

Они со смехом подхватили меня, вовлекая в свой маленький хоровод.

– Теперь можно вволю пить виски, а не только чай!

– Теперь можно читать не только религиозные и исторические книги, но и фривольные французские романы!

– Теперь можно вдоволь поспать в субботу!

– И строить глазки широкоплечему мяснику! Ты видела его, Дженни? О-о, он тако-ой!

– Мы так любим нашего доброго брата!

– Пусть миссия Сент-Джона сложится как можно лучше!

– Да-да, пусть он подольше распространяет Слово Божие в далекой Индии!

Через несколько дней за завтраком я сказала Диане и Мэри, что уезжаю дня на четыре, чтобы собрать известия о своем друге, и в три часа пополудни оставила тихий, милый Мортон…

Глава 4

Дождавшись дилижанса у Белого Креста, я заплатила за проезд и села поудобнее, ведь мне предстояло ехать тридцать шесть часов. Когда в четверг утром экипаж остановился на водопой для лошадей, я мгновенно узнала местность.

– Далеко отсюда до Торнфилда?

– Две мили, мисс.

Я вышла из дилижанса, оставила в трактире свои вещи на хранение, уплатив названную сумму, и бодро пошла вперед. Мне не терпелось еще раз взглянуть на Торнфилд-холл в лучах утреннего солнца. Но то, что я увидела, уже не было тем Торнфилдом, который был оставлен мной несколько месяцев назад, – меня встречали почерневшие развалины!

Я вышла из-за каменного столба, за которым пряталась: в этом больше не было никакого смысла, все вокруг было мертво, ни единой живой души. Почерневшие камни красноречиво говорили, что замок сгорел. Но что стало с обитателями замка?! У меня не было ответов.

Побродив вокруг стен и внутри опустошенного здания, я поняла, что пожар случился уже давно. Развалины заносило снегами и заливало дождями, тут и там пробивалась трава. Но где же мистер Рочестер?

Я решила вернуться в трактир, в котором оставила свои вещи, чтобы пообедать и расспросить старого трактирщика о случившейся трагедии. И он рассказал мне все.

– Странная леди, которую в Торнфилде держали взаперти, подожгла замок. Сиделка ее заснула, а леди выудила у нее ключи от комнаты да и побежала. Зажгла занавесы в ближайшей комнате, потом спустилась на нижний этаж да сожгла там постель одной скандальной гувернантки, с которой ранее случилась интрижка у мистера Рочестера, но, к счастью, гувернантка та давно покинула Торнфилд-холл, – довольно хмыкнул трактирщик, словно бы он сам помог мне бежать. – И хотя мистер Рочестер искал ее, разослав погони по всем четырем сторонам света, девчонки и след простыл. Из-за этого мистер Рочестер одичал. Перестал следить за собой, все рычал и сидел угрюмый, словно отшельник, да скорбно подвывал, рыдая по ночам при полной луне: известно ведь, что полная луна приносит бессонницы и расстройства. Ключницу свою, мистрис Фэйрфакс, он отправил куда-то к родственникам.

– А девочка? Была здесь еще девочка, Адель.

– Да, мисс, была такая. Воспитанница мистера Рочестера, – покачал головой старик. – Ох и беда же приключилась с этой девочкой! Как-то ночью возвращался пьяный охотник соседней деревни домой из кабака. Никто не знает, что он там пил. Да только испугался он ворон, которые несколько лет как облюбовали Торнфилд и частенько летали по округе. Бежал от них, как от злобных демонов, да то ли не увидел девчонку, непонятно как там оказавшуюся среди ночи, то ли вдруг принял ее за эльфа – а только взял он ружье да и застрелил несчастную. Вот и сказке конец.

Я зажала рот рукой, чтобы не закричать.

– Не сказать, что мистер Рочестер сильно горевал. Но, конечно, был раздосадован. А через три дня пьяницу того нашли, растерзанного оборотнем.

– Так что же теперь мистер Рочестер? Он, должно быть, уехал из Англии?

– Нет, куда там! Он почти не выходит за порог, сидит взаперти. Во время того пожара он влез на чердак, когда внизу все полыхало, разбудил людей, помог им спуститься, да потом пошел выручать ту странную леди, которая оказалась его женой. А она-то забралась на крышу дома, стояла там, орала да хохотала. Когда мистер Рочестер подошел к ней, она взвыла, бросив ему в лицо проклятия, да и кинулась вниз! Голова ее так и лопнула, разбившись о камни! И мозг вытек! Я сам видел! А еще, – трагическим шепотом добавил он, – видел я у нее хвост. Да уши волчьи и клыки появились на мгновение. Бедный мистер Рочестер! Мало ему, что жена была умалишенная, так она к тому же оказалась оборотнем!

Он суеверно перекрестился.

– Что же было дальше? Говорите!

– Известно что: дом сгорел дотла! И хоть никто не погиб, пожалуй, было бы лучше кое-кому и погибнуть…

– Кого вы имеете в виду?

– Мистера Рочестера, конечно! Бедный, бедный мистер Эдвард! – Старик покачал головой и поцокал языком. – В страшных кошмарах я не видел такого! Говорят, что Господь послал ему такое наказание за то, что он скрывал свою жену-оборотня да мутил шашни с той гувернанткой, желая при живой жене вступить во второй брак!

– Да что случилось? Вы же говорили, что мистер Рочестер жив и никуда не уехал из Англии!

Я готова была пристукнуть старика рядом стоящим табуретом. Он настолько долго тянул интригу, каждый раз вытягивая из меня по монетке, что на стойке оказалась уже целая горка шиллингов, которая продолжала расти, в то время как мое терпение почти совсем истаяло.

– Да куда ж ему ехать?! Он, надо полагать, теперь будет неподвижен всю жизнь. Он же слеп, добрая мисс! Слеп как крот! – Трактирщик рассмеялся своей удачной шутке, а потом резко вздохнул и пустил горькую слезу. – Бедный, бедный мистер Рочестер! Уж лучше бы он сиганул вслед за своей полоумной звериной женой да размозжил себе череп!

– Но отчего же он ослеп?

– Да все от храбрости его, что сродни дурости! Да-да, так у нас и поговаривают: храбрец часто никакой не храбрец, а дурак! Ради чего надо было спасать эту дурную бабу, которую он прятал столько лет? Радовался бы, что она сгорит в пожаре, ан нет! Полез за ней! – Трактирщик в упоении стукнул кулаком по стойке, но так, чтоб не задеть монеты. – А когда она спрыгнула вниз, он побежал назад по лестнице,