Джейн Эйр – охотница на оборотней - Андрей Олегович Белянин

да там его и завалило! Бревно вышибло ему один глаз, раздавило руку, так что, когда его вытащили, руку пришлось отрезать. А другой глаз хоть и остался цел, однако ж перестал видеть. Так вот и вышло. Лучше уж умереть, чем жить таким калечным уродом. Ни обслужить себя бедняга не может, ни по приемам поездить. Он-то привык к женскому вниманию, а какая женщина теперь на него взглянет?

– Где он живет сейчас?

– На своей усадьбе в Фердене, миль за тридцать отсюда. Уехали с ним садовник Джон и его жена. А других он разогнал. Говорят, совсем одичал и того и гляди сойдет с ума.

– Прикажите заложить для меня экипаж до Фердена.

– Да вам-то что там делать? Местечко глухое. Это вам не Торнфилд в лучшие свои времена, добрая мисс. К тому же развелся там оборотень да жрет кого попало. Может, и мистера Рочестера нашего как-нибудь сожрет на его счастье, чтоб упокоился он да уповал на Божий суд…

Через час я выехала в Ферден и приехала туда еще засветло – в мокрый и холодный вечер. Отпустив извозчика, я немного прошла пешком и увидела перила, а за ними дом, проглядывающий среди деревьев. Подойдя ближе, я услышала шорох. Дверь отворилась, и на крыльцо осторожно вышел мужчина среднего роста с непокрытой головой. Остановившись на ступенях, он протянул руку, чтобы проверить, идет ли дождь. Я узнала его.

На лице мужчины отпечатались следы горьких дум и страданий, волосы явно давно не расчесывались, так что он походил скорее на дикого зверя, чем на человека. Он сделал еще несколько неуверенных шагов и встал, скрестив руки на груди, поливаемый каплями дождя. Сзади к нему подошел старый садовник.

– Сэр, не желаете ли дать мне руку? – сказал он. – Дождь разошелся. Не лучше ли вернуться домой?

– Оставь меня!

Тот развернулся и ушел, не заметив моего присутствия. Через несколько минут мистер Рочестер поднялся на крыльцо, вошел и затворил дверь.

Я постучала спустя четверть часа. Жена садовника открыла дверь.

– Здравствуй, Мэри.

Она отскочила назад от неожиданности.

– Вы ли это, мисс Эйр?! В такой поздний час?!

Я прошла с ней на кухню и объяснила, что приехала навестить мистера Рочестера, но Мэри возразила, что он никого не желает видеть. Она зажгла две свечи, налила стакан воды и поставила на поднос, объяснив, что мистер Рочестер требует, чтобы каждый вечер у него горели свечи, хоть он ничего и не видит. И я упросила ее разрешить мне самой отнести поднос.

Мэри проводила меня до гостиной и отворила дверь. Я вошла. Поднос дрогнул в моих руках, и вода расплескалась из стакана.

Комната была мрачной, но чисто прибранной. В камине горел огонь. У каминной решетки сидел однорукий мистер Рочестер.

Пилот, свернувшись в клубок, лежал поодаль от хозяина, словно опасался, что тот может наступить на него. Когда я вошла, пес поднял голову, навострил уши, вскочил и, залаяв, подбежал ко мне, едва не сбив меня с ног. Я поставила поднос на стол и принялась гладить верную собаку.

– Лежать, – тихо сказала я.

Мистер Рочестер тут же повернул голову, желая увидеть, кто говорит, но, конечно, ничего не увидел.

– Кто это сказал? Мэри, это ты? Дай мне воды.

Я поднесла ему стакан. Пилот увязался за мной, радостно прыгая и кружась.

– Да что такое?! – возмутился хозяин комнаты. – Мэри, это ты?

– Мэри на кухне.

Он быстро протянул правую руку вперед, но не ощутил ничего, так как я стояла в стороне.

– Кто это? Кто вы?! – закричал он, отчаянно пытаясь разглядеть говорившего слепыми глазами. – Отвечайте!

– Не желаете ли еще воды, сэр?

– Да кто это?!

– Пилот узнал меня. Джон и Мэри знают, что я здесь. Я приехала этим вечером.

– Господь всемогущий! – громогласно вскрикнул он. – Какой обман чувств! Сладостное безумие! Наваждение! Наваждение! Где же она – та, что говорит?! Неужели здесь только голос?! О, я не вижу тебя, ангел, но должен прикоснуться к тебе, иначе мое сердце немедленно разорвется! Подойди ближе! Подойди, пока моя кровь не вскипела, а дыхание не остановилось!

Что ж, мистер Рочестер остался таким же многословным, каким и был. На мгновение мне показалось, что ничего в нем не изменилось. Но вот он вновь выставил вперед руку, вслепую пытаясь ухватить меня. И я подошла к нему. И сжала его руку своими ладонями.

– Да, да, это ее пальцы! – признал он. – Тоненькие, маленькие пальчики – сожми посильнее, и переломишь их, как тростинки, все до единого!

Он высвободил свою руку и ощупал мои голову и плечи.

– Это Дженни? Дженни Эйр? Неужели это Дженни Эйр?! Это точно ее фигура!

– И ее голос, – сказала я. – И ее сердце, и ее душа, и вся она здесь, рядом с вами. Я отыскала вас и вернулась к вам. Я знаю, какая трагедия произошла в Торнфилде. Мне очень жаль, сэр.

– О да! Конечно, это Дженни Эйр! – говорил он, словно сам с собой. – Конечно, это ее руки, это ее голос, ее запах! Но все это мечта, наваждение, сладкий сон – такой же, какой снится мне почти каждую ночь, – в котором я целовал Дженни и прижимал к сердцу! И тогда я тоже верил, что она вернулась ко мне, что она любит меня и никогда не оставит!

– Сэр, с этого дня я никогда вас не покину.

– Да?! – капризно возразил он, крепко держа меня за талию. – Коварная Дженни всегда так говорит во сне! А потом я просыпаюсь один – и ее нет рядом! Так и проходит моя жизнь: я счастлив во сне, но несчастен и жалок наяву! Душа моя истомлена горечью, страдающее сердце напрасно ищет отрады!

Мистер Рочестер говорил, говорил и говорил, жаловался и жаловался, и потоку этому не было конца. Поэтому я поцеловала его в лоб. Он на мгновение замер.

– Так это не сон? Это правда моя Дженни? Ты вернулась ко мне? Не умерла где-нибудь в канаве? Не бродяжничаешь где-то, побираясь по чужим домам?

Хорошо же он думает обо мне. Разумеется, он переживал за меня, однако почему пророчил мне именно такую судьбу? Я ощутила укол обиды.

– О нет, сэр, я теперь независима. От моего покойного дяди на Мадере мне досталось пять тысяч фунтов.

– Пять тысяч?! Ну это в корне меняет дело! Вот это уже не похоже на сон! Дженни – богачка! Такого ни в одном сне не увидеть! – саркастично заметил он. – И неужели ты захочешь остаться со мной?!

– Если вы позволите. Я буду вашей сиделкой.

– Но, Дженни, мне не нужна сиделка! Мне