Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

Сон, словно нерадивый котяра, неохотно размыкал объятия, позволяя реальности медленно просочиться в сознание Татьяны. Обрывки сновидений, яркие, словно осколки цветного стекла, ускользали, стоило потянуться к ним рукой памяти, оставляя лишь легкое, щемящее чувство радости. Луч солнца, дерзкий и настойчивый, продолжал свою игру, скользнув по щеке, коснувшись трепещущих ресниц и приоткрытых губ, вызывая сонную улыбку.

Наконец, Татьяна распахнула глаза, сонно потянулась, словно кошка, и села на кровати. Новый день робко стучался в окно, неся надежду на исполнение заветной мечты. Годы, проведенные во ВНИИКОП — а проще говоря, в исследовательском институте консервной и овощесушильной промышленности, — напичкали ее голову знанием о всевозможных способах хранения и консервации. Парадокс, но ни одного дня она не проработала по специальности. Все закатанные ею дома консервы с любовью передавались родственникам или оставались для ребят, часто заглядывавших к ней в гости. «Эх, если бы их можно было на работу приносить…»! — не раз сокрушалась Татьяна.

Быстро управившись с утренними делами, схватив плетеную корзинку и маленький, острый ножичек, Татьяна выпорхнула на улицу. Ребята уже маячили у калитки.

— Доброе утро, сорванцы! — улыбнулась она своим маленьким друзьям.

На этот раз все дружно пробормотали приветствие. Вчерашнее приключение явно принесло свои плоды: лица ребят светились от гордости за свою полезность и богатый улов.

Не доходя до озера, они свернули с тропы и направились прямиком к изумрудной стене леса. Через десять минут компания была на месте.

Лес встретил их буйством красок, пьянящим ароматом цветов и трав, и симфонией звуков: щебетание пташек, жужжание лесных тружеников и тихий шелест листвы создавали волшебную мелодию.

Татьяна огляделась. Сразу стало понятно, что местные жители не часто посещают эти места.

— Вы разве совсем не ходите в лес? — поинтересовалась она у ребят.

— Ходим, только сейчас рано, ягоды только в конце следующего месяца появятся, — ответил Ларик.

— А потом мама испечет вкусные пироги с ягодами! — маленький Лукас довольно зажмурился и улыбнулся. Он был старшим ребенком в семье, потерявшей кормильца, и старался изо всех сил помочь матери и бабушке выжить.

— Ничего, ребята, сейчас грибов насобираем, а я вам потом расскажу, что из них можно приготовить.

Татьяну больше всего волновало, найдутся ли в этом мире привычные ей грибы, но лес превзошел все ожидания своим разнообразием. Наряду со знакомыми лисичками, шампиньонами, подосиновиками и прочими, здесь встречались и такие, о которых она никогда прежде не слышала. «Обязательно нужно узнать о них побольше», — мысленно отметила она.

Петровна строго наказала ребятам собирать только те грибы, которые срезает она сама. Убедившись, что все поняли ее наставления, они дружно принялись за дело.

— Мамы ваши знают, что с ними потом делать?

Мальчишки переглянулись и пожали плечами.

— Думаю, первые лучше всего высушить и перемолоть. В голодный год их можно будет добавлять в овощные супы. Грибы заменят мясо, и еда будет очень вкусной. Если ваши родители не будут знать, что делать, пусть приходят ко мне, я все объясню.

— Талия, откуда ты все это знаешь? — прищурившись, поинтересовался рыженький Фарис.

— Фарис, я очень люблю читать, и все, что я знаю, — из книг.

— Что-то я не припомню, чтобы такие книги продавались в нашем королевстве? — недоверчиво протянул Ларик.

— Ты что, великий путешественник? Много ли стран повидал? А хоть в один магазин-то заходил?

— Магазин? — переспросил Лукас с искренним недоумением. — А что это такое?

— Торговая лавка, проще говоря! — Татьяна нахмурилась, коря себя за неосторожность. — Язык мой — враг мой! Совсем забыла, с кем говорю.

Так, обмениваясь краткими репликами, они неспешно возвращались домой с тихой охоты. Решено было завтра отдохнуть, ведь щедрый дар леса требовал скорейшей переработки.

Татьяна была уверена, что родители пацанов скоро появятся на пороге их дома. И точно! Первой возникла мать Лукаса, хрупкая женщина, в одиночку поднимавшая троих сыновей. Вскоре, с интервалом в десять-пятнадцать минут, пришли взволнованные матери Ларика и Фариса.

К счастью, девушка успела заручиться помощью бабушки и ловко управиться с грибами: ароматный суп уже источал аппетитный дух, пирог с луком и грибами румянился на столе, а остальной урожай, нарезанный сантиметровыми ломтиками, покоился на полотне под марлевым пологом, готовый к превращению в душистые сушеные припасы.

Прежде чем объяснять что-либо, Татьяна радушно пригласила всех к столу. И лишь когда гости утолили голод, она поделилась своими опасениями относительно припасов и открыла карты.

— Талия, все было невероятно вкусно! — произнесла мать Ларика, выражая общее мнение. — Можно ли нам в следующий раз отправиться с вами за грибами?

— Буду только рада! — искренне ответила Татьяна.

Лед тронулся, и в этом не было никаких сомнений. Девушка смогла пробудить интерес у этих настороженных женщин.

Проводив гостей, Петровна помогла Габриэль убрать со стола и собралась уже тихонько ускользнуть в свою комнату, как вдруг бабушка остановила ее.

— Талия, нам нужно поговорить!

Татьяна кивнула и опустилась на диван рядом с пожилой женщиной. Та пристально взглянула на девушку.

— Кто ты? — прозвучал вопрос, пронзивший тишину.

— Бабушка, это я, Талия, — улыбнулась девушка, стараясь скрыть панику, что мгновенно заполнила ее душу.

— Нет, ты не Талия! — проговорила старушка, нахмурив седые брови. — Где мой птенчик?

ВНИИКОП* – Всероссийский научно-исследовательский институт консервной и овощесушильной продукции, существовал с 1935 по 1968 год. В 1977 году был реорганизован. В сентябре 2014 года институт переименован во Всероссийский научно-исследовательский институт технологии консервирования (ВНИИТеК).

Справка. Не стоит удивляться, что птицы-оборотни ничего не знают о грибах, ведь и в России многие народы не употребляют их в пищу. Например, жители Крайнего Севера считают грибы пищей оленей, а не людей, и брезгуют ими, полагая, что они растут на оленьем навозе. Татары, башкиры и якуты стали употреблять грибы лишь во второй половине двадцатого века, до этого такая еда была под религиозным запретом.

Глава 6

Татьяна, застыв с широко распахнутыми глазами, безмолвно смотрела на Габриэль. Слова застряли в горле, лишь в груди настойчиво ныла тупая боль, словно предчувствие беды. «Она может догадаться… Понять, что её Талии больше нет. И тогда… Что она тогда сделает? — паническая мысль обожгла сознание. — Да что гадать! На всё способна! Вплоть до колдовского обряда, чтобы вернуть свою внучку, или, не сдержавшись, со злости придушит соседского мальчишку, из-за