Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

Волна воспоминаний нахлынула, и по телу девушки, словно ледяной ветер по обнажённой коже, вновь пробежал озноб. Схватив плед, небрежно брошенный на кровать, она укрылась, хотя в комнате было довольно тепло. Событие сегодняшнего дня терзало её, словно заноза, впившаяся глубоко под кожу, оставляя после себя лишь дрожь и сосущую пустоту. Ей не хотелось знать, о чём думают люди, не хотелось чувствовать их боль, их настроение, их правду и ложь. Она видела в этом что-то неправильное, неестественное, пугающее.

— Деточка, ментальная магия была у твоей матери, но очень слабая, едва заметная. Тебе же удалось с первого раза, даже не настраиваясь, прочитать мысли. Многим это не удаётся и после многих лет обучения, да и то лишь через прикосновение…

Алас, видя ее удрученное настроение, с тяжким вздохом твердил, что в ней горит искра таланта, дара, столь редкого и драгоценного, что закопать его в землю — преступление…

— Отец, мне не нужен этот дар! — с упрямой твердостью парировала Татьяна.

— Если бы мы могли выбирать дары, словно лакомства на ярмарке, мир, вероятно, погряз бы в однообразии. Но этот дар — от самого Создателя! Кто мы такие, чтобы сомневаться в Его выборе? Как только дороги освободятся от сели, нам предстоит поездка в столицу, для определения истинного масштаба твоего дара…

В этот момент в окно легонько стукнул камешек. Татьяна выглянула и увидела силуэты своих верных друзей. Вспомнив об их уговоре отправиться на озеро за рыбой, она вопросительно посмотрела на отца.

— Мы собирались сегодня на озеро. Ребята ждут меня у калитки.

— Я совсем заморил тебя своими разговорами, да и ты, наверное, проголодалась, — виновато произнес Алас, но Татьяна обвила его шею руками и нежно чмокнула в щеку.

— Не переживай, я скоро вернусь и обязательно поем.

Словно предчувствуя голод подруги, Ларик достал из кармана румяное яблоко и протянул девушке. На ее немой вопрос он усмехнулся:

— Когда я голоден, мои глаза мечутся по сторонам в поисках чего-нибудь съестного. Ты сейчас мне напоминаешь меня, — ухмыльнулся он. — Особенно сильно это проявляется, когда я использую магию…

— А какая у тебя магия? — с любопытством спросила Татьяна, а ребята обменялись взглядами. Лишь позднее она поняла, что вопросы о магии задавать — верх бестактности, но мальчик все же ответил:

— Воздушная.

До озера оставалось совсем немного, когда Петровна заметила вдали едва различимые силуэты русалок.

— Ларик, тебе, пожалуй, стоит остаться здесь и не приближаться к озеру.

— Что это значит, Талия? В прошлый раз ты мне тоже не разрешила! — возмутился мальчик, нахмурив брови и обиженно поджав губы.

Таня подошла к нему ближе.

— Я не хотела рассказывать тебе, но, видимо, придется. Мне не нравится, как старшая русалка на тебя смотрит. Когда я спросила у отца об этих странных взглядах, он ответил, что она присматривается к тебе, Ларик, по двум причинам: либо хочет женить тебя на себе, либо на своей дочери.

— Но он же еще совсем маленький для женитьбы! — с детской непосредственностью воскликнул Лукас.

— Никто и не говорит, что это произойдет сейчас, а только когда он повзрослеет. Просто мы не знаем, на что способны водные обитательницы… Ты уверен, Лукас, что они не наложат на него какое-нибудь заклинание?

Тот энергично замотал головой.

— Вот и я не уверена! Поэтому придерживаемся плана — ты к воде не подходишь!

Разговор был недолгим, но все это время Никси не отрывала от Татьяны настороженного взгляда. Словно чувствовала, о чем они шепчутся в сторонке. Девушке становилось не по себе, казалось, что русалка просвечивает ее насквозь. Татьяне так и хотелось вжать голову в плечи.

После того, как корзины были полны рыбы, Никси все же спросила:

— У тебя пробудилась магия?

— Да, я приняла вторую ипостась, и у меня проявилась магия.

— Видимо, твое иномирное происхождение так повлияло, ведь у тебя должна была быть магия воды. Я это изначально чувствовала.

— Отец говорил, что у моей матери была такая же, но намного слабее. А вообще, какая бывает магия у радужных?

— Причем тут радужные? Сейчас речь не о них, — отмахнулась старая русалка.

— Почему же? Моя ипостась — радужная птица! — ответила Татьяна не без гордости.

Никси окинула её взглядом, пронзительным, словно луч лунного света, застыла на миг, оценивая сокровище, а затем в её глазах вспыхнуло неподдельное восхищение.

— Благослови наше озеро, радужная, и парень, которого ты так отчаянно защищаешь, останется нетронутым.

— Я… я еще не умею колдовать, — растерянно пролепетала русалка.

— И не нужно заклинаний, просто пожелай всем сердцем!

Татьяна смотрела на озеро, и из самой глубины души её поднялась волна светлых чувств. Она желала ему покоя и безмятежности. Пусть крики чаек не тревожат его зеркальную гладь, а лишь касаются её нежным трепетом крыльев. Пусть шелест камышей, играющих с ветром, нашептывает о далеких странах и диковинных существах. Пусть солнце, утопающее в его водах, дарит ему тепло и свет даже в самые хмурые дни.

Этого показалось недостаточно. Татьяна достала из кармана невзрачное колечко с лазурным камушком. Зажав его в ладони, она вновь мысленно обратилась к озеру, прося принять этот скромный дар в знак её искренней симпатии. И затем, с лёгким взмахом руки, бросила перстень в воду. Он невесомо коснулся поверхности, оставив после себя зыбкие круги, что медленно расползались во все стороны.

Ей почудилось, или по озеру действительно пробежала едва уловимая дрожь, словно тихий вздох. А потом воцарилась полная тишина. Татьяна вопросительно взглянула на Никси и заметила её довольную улыбку.

«Значит, я всё сделала правильно!» — с облегчением подумала попаданка.

Глава 11

Татьяна обвела взглядом женщин, собравшихся на ее сырный мастер-класс. На этот раз их было десять, и с каждой лекцией число страждущих освоить кулинарные диковинки росло, словно тесто на дрожжах. Собравшись с духом, она начала:

— Итак, мы уже научились правильно сушить грибы и перемалывать их в тончайшую муку. Ее можно добавлять в супы и вторые блюда, обогащая вкус. А в голодный год — просто развести водой и сварить пюре.

— Совсем ничего больше не добавлять? — выкрикнула одна из учениц.

— Почему же, если есть грибы, крупа или овощи — все сгодится.

—