Скверная жизнь дракона. Книга 8. Часть 2 - Александр Костенко

— А ничего, что ксат пойдёт в дикие земли? — спросил я Илура.

— У лиги давние отношения с этими… перевозчиками. Нас заверили, что ты обязательно попадёшь на борт. Инструкции, как действовать, получишь уже к выезду. Ты говорил, что у тебя дела в академии?

— Да, но я управлюсь и точно уплыву, — я потряс пальцем, призывая Илура к максимальному вниманию. — Там, на северном материке, мне бы кто-нибудь помог сориентироваться. Куда ехать можно, где всё опасно после войны, какие правила нарушать вообще не стоит, и прочее.

— Обязательно в первом же городе свяжись с лигой. Но никто не знает, куда ты приплывёшь.

— Могут высадить и в диких землях, в неделе пути от города?

— Не так далеко, но не ближе трёх дней. Еду дадут в путь, это включено в оплату. Но лучше брать не больше рюкзака на одну спину. Сам понимаешь, идти придётся долго. Но за жизнь не переживай: перевозчики своей репутацией дорожат. По крайней мере, у нас, заказчиков.

Мы некоторое время ещё пообщались, обсуждая всякие новости. Первая заключалась в том, что длинноухие объявили о двадцатилетней закупке Юдской присадки и Малитарского концентрата: первая нужна при производстве оберегов, защищающих от скверны, а концентрат используют в изготовлении зелий от скверны. Притом все двадцать лет цена на закупку будет превышать среднерыночную. Вторая новость в том, что уже несколько раз государства южного материка, с Настрайской магической академией во главе, собирали группы авантюристов для добычи Ликтулкиского таракана скверны. Заллай с этого порождения в открытой продаже нет, но Илур точно уверен, что тварь удавалось убить несколько раз.

По дороге домой я прокручивал в голове всё услышанное о провозе на северный материк. Эти контрабандисты Южного мыса принесут мне только проблемы, ведь надо будет идти от портового города в дикие земли. Хотя, это будет подозрительно, да и за нами всяко увяжутся всякие мутные личности. Лучше сойти с каравана за полтора дня до города, или же вообще идти от соседнего города. Со слепой Затарой идти будем медленно, но иначе никак.

Стоило открыть входную дверь в дом, как меня чуть не сшибло мелкое наказание моей скверной жизни. Соя крепко обняла меня и принялась щебетать, что она рада моему возвращению и очень ждёт, когда мы пойдём гулять. Но сейчас мне вообще не до прогулок.

— Я понимаю. Хозяин говорил, что мы вечером будем гулять, — Соя игриво заулыбалась. — Я просто хотела сказать, что очень жду этого.

— Тогда посиди с Затарой, пока мы с Консервой не вернёмся, — я окрикнул девку, сидевшую с орчихой в гостиной. Консерва прибежала со скоростью голодной кошки к свежему куску мяса. Я окинул её изучающим взглядом с ног до головы. — Ты не представляешь, насколько тебе сегодня повезло.

— Вы о чём, господин? — девка насторожилась, рефлекторно чуть пригнувшись и поворачиваясь ко мне боком. Но она не узнает, что сегодня у неё — второй день рождения. Её так называемая «душа» пока что останется в теле.

— О том, что к сегодняшнему вечеру ты подготовишь список того, чего и сколько ты потратила за прошедшие года. И прикинешь, сколько монет потребуется содержать дом два, а лучше четыре года. На всякий случай. Вернусь с поездки и передам расписки на обозначенные суммы.

— Поняла, господин. Спасибо, я всё сделаю, — девка поклонилась, но я на это даже внимания не обратил. До обеда оставался ещё примерно час, и я хотел многое успеть. Поэтому вместе с Консервой помчался в гильдию свободных торговцев, чтобы притащить домой всё, что я отправлял в город. Кроме забитого соломой и запечатанного магическим сургучом продолговатого ящика. В нём — бедренная кость дракона-неудачника, полностью подготовленная к дальнейшему производству.

Потребовалось меньше часа, чтобы сходить до гильдии и вернуться домой. Когда я уходил — [Чувством магии] ощущал звёздочку Сои, сидевшую звёздочки Затары. К моему возвращению они так и не сдвинулись с мест. Я отправил Сою с Консервой накрывать на стол, а сам поднялся в кабинет, к комодам с защитными магическими рунами, к ящикам с трофеями и стеллажам с книгами и прочими вещами. На одной из полок лежал одноручный боевой молот, его мне передали длинноухие, когда я вёл за собой суицидников через их осквернённый лес. В нём спас-заклинание [Корка льда], а сам молот лёгкий, не больше килограмма, а Соя — девочка сильная. Он хорошо послужит малышке.

Я закончил складывать нужные вещи и убедился, что всё войдёт в небольшой ящик. С первого этажа донёсся топот. Соя с грацией гиппопотама вскочила по лестнице на второй этаж.

— Хозяин, Консерва говорит, что всё готово. Давайте есть пойдём, — прощебетала малышка, встав в дверном проёме. — Затара уже на кухне, вас ждём.

— С Затарой не ругалась, пока меня не было? — я опустил руку на голову девочки.

— Нет. Мы не разговаривали. Я хотела говорить, думала рассказать что-нибудь… Но не придумала, что именно, — Соя пожала плечами. Я потрепал бледно-жёлтую макушку и показал Сое спускаться по лестнице. Девочка только повернулась к лестнице, но остановилась. — О чём мне с ней говорить? Она надменная.

— А ты пробовала узнать, что ей нравится? Может, из этого что-то придумаешь.

— Ей ничего не нравится, — хмыкнула девочка. — Хотела о книгах говорить, но она ж не видит. Если что-то пытаюсь рассказать, то не слушает. Хотела о шитье поговорить, так она сказала, что руки себе исколола однажды, и больше ей это не интересно.

— А еда? — на мой вопрос Соя растерянно захлопала глазками. — Ей же нравилось есть с котелка, когда мы ехали. И в гостиницах, и прочем.

— Еда, значит, — девочка подпёрла кулаком подбородок и в раздумьях свела брови. Но грустно вздохнула. — Не знаю, о чём говорить. Не знаю.

Мы расселись в столовой, я во главе стола, Соя напротив Затары с Консервой. На обед девка сделала мясное рагу и салат из свежих овощей. И получилось у неё очень даже вкусно.

— Вчера вечером, и сегодня утром я уставший был. А сейчас распробовал вкус, — я потряс ложкой, смотря на Консерву. — Мясо, вчера и сейчас, это же баранина?

— Да, господин, вы правы, — Консерва для соблюдения рабского этикета посмотреть на меня, и вернулась к еде. Но почувствовала мой пристальный взгляд и одёрнулась. Девка вздрогнула и тяжело задышала, пытаясь понять причины моего пристального взгляда. Только через долгие секунды Консерва понятливо раскрыла глаза. — Мне нравится баранина. Она жирная, и нежная. Стоит дорого, но я не платила за жильё, как другие авантюристы. И могла себе иногда