Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 13 - Сергей Алексеевич Евтушенко

Увы, этот слабый мотив тоже услышали не одни мы. Шаркающие шаги позади застыли, что не означало совершенно ничего хорошего.

— А вот теперь мы должны ускориться, Виктор Игнатьевич, — вежливо сказал Бенедикт. — Очень важно, что бы ни происходило — не останавливайтесь и не оборачивайтесь. Помните о том, кто вы и зачем вы здесь.

— На этот раз постараюсь не забыть. Ходу!

В отличие от нас, наш враг не ускорился — ему попросту было незачем. Его неизмеримая сила постепенно просачивалась за пределы тесной оболочки, влияла на пространство выстроенной наспех клетки. Пол коридоров впереди начал смещаться в сторону, сворачиваться в невозможную спираль. Потолок выгибался дугой, растягивался, пытаясь заполнить собой как можно больше пустого пространства. Старая техника плавилась, плыла, обращаясь в смесь жидкого бетона и мазута, сковывая каждое движение. Стены отрастили чавкающие рты и большие белые зубы.

И всё-таки, мы не останавливались ни на миг.

— Налево, здесь налево. Позвольте, я слегка расчищу проход — вот так, теперь нас не будут жевать. А здесь выбирайте сами, где звучит громче, туда и пойдём. Это лишь выглядит, как тупик, надо немного подтолкнуть.

Окружающее безумие становилось всё хуже, всё активнее преграждало дорогу, но оно не могло заглушить зов музыки высших сфер. Теперь я понимал, что она тоже не была равнодушным соучастником Пожирателя. Ей давным-давно надоело оставаться под боком вселенского чудовища, и уж тем более не хотелось играть роль в тотальном поглощении великой паутины. Моё появление принесло шансы на свободу, на участие в по-настоящему интересных вещах!

Оставалась сущая мелочь — обойти на повороте того, кто совсем не хочет её отпускать.

— Привык, болезный, под колыбельную засыпать, так теперь никак не отучится, — пропыхтел я, перепрыгивая через огромную смоляную лужу, из которой торчали насадки пылесосов. — Но ничего, мы ему поможем, да, Бенедикт? Бенедикт?..

Вежливый голос с неизменными нотками издёвки ничего не ответил — поскольку его владелец больше не шёл рядом. Я не заметил, как он отстал, то ли завязнув в липкой луже, то ли сжатый челюстями стен. Или же всё было гораздо проще — Шар'Гот постепенно догонял, и кто-то должен был задержать его, пусть и ненадолго.

Пусть и ценой собственной жизни.

У меня не было даже времени как следует осознать, что произошло. Не было времени скорбеть.

Не останавливаться. Не оборачиваться.

Добраться до цели.

Не помню и не уверен, как я преодолел последний участок. Можно сколько угодно твердить, что всё это — у меня в голове, но боль и усталость ощущались совершенно реальными. Иначе правила будут нарушены, иначе стены падут, а враг предстанет в своём истинном могуществе.

Моя правая рука повисла плетью, левая лишилась трёх пальцев. Правое колено еле гнулось, левая ступня подворачивалась при каждом шаге. Левый глаз попросту не видел — возможно, его больше не было. Раны на теле я предпочитал не считать — кишки не выпадают, и на том спасибо. Я всё ещё оставался жив, я всё ещё мог двигаться. Я нашёл то, что искал.

Музыка по определению была тем, что воспринималось на слух, а не глазами — но ничто в обители Пожирателя не предназначалось для человеческих глаз. Вот и теперь, божественная мелодия получила зримый облик: небольшое существо, сотканное из чистого света, напоминающее сказочную фею. Она была заперта в птичьей клетке из того самого уродливого мрака, ранее составлявшего «тело» Пожирателя — и отчаянно заметалась, когда я появился из-за поворота. Но звучать не перестала, придавая мне сил дойти до неё, пусть и уже не так быстро. Шаг за шагом, осторожно, не позволяя себе упасть.

И лишь остановившись возле цели, я позволил себе устало обернуться.

Шар'Гот нагнал меня — не мог не нагнать. Забавно, но он не выглядел как-то чудовищно, никаких тебе щупалец и даже фирменных ртов по всему телу. Элегантный, подтянутый бизнесмен в дорогом костюме, со стильной стрижкой и разве что совсем чуточку неприятным лицом. Его снисходительная полуулыбка раздражала куда сильнее, чем жуткая ухмылка Бенедикта. Он стоял на расстоянии не более двадцати метров, заложив руки в карманы. Пристально меня разглядывая, но не пытаясь раздавить, как в прошлый раз. Оценивая.

А затем дружелюбно кивнул на клетку и произнёс одно-единственное слово:

— М-О-Ё.

— Да, мужик, над маскировкой под человека тебе ещё работать и работать, — проворчал я, проморгавшись после первого впечатления. — Внешность удалась нормально, а вот голос…

— М-О-Ё, — повторил он всё тем же искажённым, вибрирующим, невыразимо чуждым гласом. — М-О-Ё!

— С первого раза услышал. Нет, то, что ты научился худо-бедно болтать — уже большой плюс, но этого недостаточно. Кстати, должен тебя расстроить — этой музыке тысячи, если не миллионы лет. Она давным-давно в общественном достоянии.

— М-О-Ё! М-О-Ё!! М-О-О-О-О-Ё!!!

Вот теперь я перестал его развлекать и начал злить — снова. Тщательно выверенный человеческий облик пошёл трещинами, рот с каждым новым криком открывался всё больше, пока не растянулся до комичных — и ужасающих размеров. Мой невольный собеседник решил наконец перейти от слов к делу, и шагнул вперёд в попытке сократить расстояние и войти в близкий контакт.

И грохнулся на пол, ноги вплоть до пояса намертво спутаны цепкими побегами лиан.

— «Трава, что крушит камни», сволочь, — спокойно сказал я. — Раз ты нарушаешь правила и применяешь свои трюки, то пора и мне.

«Незримое касание». Недостаточно, чтобы распылить клетку — она не была артефактом в прямом смысле слова, но слегка «остудить» энергию Пожирателя. Клеткой, к слову, она тоже не являлась — лишь ненадолго нацепила этот образ в рамках отдельно взятой головы. Но в совокупности правдоподобие становилось истиной — и принимало правила реального мира.

Ключ от всех дверей ткнулся туда, где у чёрной птичьей клетки находилось подобие дверцы.

Дверца распахнулась, и сияющее создание вырвалось на волю! Музыка высших сфер, притихшая с появлением Шар'Гота взвилась и грянула, затапливая всё вокруг своим присутствием! Мелодия творения и освобождения, мелодия чистейшей радости! Тысячи ртов распахнулись на стенах вокруг, заходясь в безумном крике, но не могли заглушить музыку.

Несколько мгновений я с отстранённым любопытством наблюдал за тем, как обезумевшее чудовище рвёт на части моё тело, столь же изувеченное в реальности, как и в ментальном пространстве. Но моя душа уже уносилась прочь вместе с музыкой высших сфер, оставляя далеко позади бесконечную плоскость и поселившегося на ней представителя инвазивного вида. Он всё ещё сохранял своё немыслимое могущество и катил дальше пожирающий миры ад, но уже понимал, что