Фантастика 2025-168 - Сергей Леонидович Орлов

— Ну, раз ты так считаешь…- вздохнул я.

— Я в людях разбираюсь, вашество. Вы только придумывайте для него заботы, чтобы старик ощущал себя полезным. Хотя, раз у меня будет кусок его зеркала, то я стану об этом беспокоиться.

— Может он к тебе и заглядывать не станет, — предположил я.

— Уж поверьте, у меня Козырев будет бывать часто, — хохотнул Фома.

Спорить я не стал. Питерский и впрямь хорошо разбирался в людях. По крайней мере в живых. А призраки чаще всего продолжали хранить привычки, которые имели до смерти.

У ворот дома обнаружилась знакомая машина, у которой стоял Гришаня. При нашем приближении он снял кепку в приветствии.

— Какой франт нарисовался, — беззлобно фыркнул Фома и кивнул парню в ответ.

Тот подошел, когда машина притормозила, и заговорил, наклонившись к приоткрытому окну:

— Здравы будьте, господа. Я привез вашего целителя. Вы уж ему скажите, что меня бояться не стоит. И я его тут обожду и отвезу назад.

— Хорошо, — ответил за меня Питерский и протянул парню купюру.

— Незачем, барин, — нахмурился Гришаня.

— За заботу и простой, — пояснил Фома с металлическими нотками в голосе.

Водитель взял деньги и поклонился.

— Спасибо за доброту, ваше благородие.

Машина вкатилась во двор, и я только там выразил свое удивление:

— А ты, оказывается, умеешь быть важным.

— И щедрым, — добавил за меня шаман и тяжело вздохнул. — Я давно знаю, что нельзя экономить на людях. Можно найти дешевле продукты, а человеку, который их принес, надобно дать немного на чай. Чтобы окупить его усталость.

— Ты прав, — кивнул я и вышел из салона.

И только в этот момент заметил лекаря, сидящего на лавке между розовых кустов. Он выглядел немного сонным.

— Лаврентий Лавович, а чего это вы в дом не вошли? Неужто вас не впустили?

— Доброго денечка, господа, — улыбнулся нам целитель. — Я просто решил присеть ненадолго, подышать воздухом. И немного задремал…

Парень внезапно замолчал, уставившись на меня. Его лицо посерьезнело, а затем на нем появилось что-то вроде недовольства.

— Кто с вами работал, Павел Филиппович? Что за коновал?

— Придворный лекарь, — ответил за меня Фома. — И призраки ему уже отвесили пенделя.

— Что случилось? — обеспокоенно уточнил я, невольно поправляя на плечах чужую куртку.

— У вас ожоги, которые обычных глаз не заметит. Ощущение, что вас хотели спалить.

Я вспомнил, что призрак именно так назвал поступок целителя в резиденции.

— Будут последствия? — вместо этого уточнил я.

— Я все уберу, — деловито пояснил Лаврентий и указал на дверь дома. — Входите. Не во дворе же мне исправлять то, что натворил какой-то неопытный мальчишка.

Я не стал говорить, что человек, который меня обжег, не был юнцом. Мне стоило поразмышлять об этом без свидетелей. Потому как выводы напрашивались не самые радужные.

— … додуматься, темного прожечь, как шашлык, — бормотал Лаврентий, сбрасывая пиджак прямо на пол.

Он развел руки в стороны, и за его спиной возник ангел. Хоть я и привык к его виду, но все равно в очередной раз восхитился тотему семейного лекаря. Тот внимательно посмотрел на меня и нахмурился, прямо как его хозяин.

Фома стянул с меня куртку, которая умудрилась прилипнуть к рубашке.

— Как же вас так угораздило? — охнул лекарь, обходя меня.

Питерский вскинул голову, словно услышав что-то наверху. И извинившись, быстро поднялся по лестнице.

Мы же прошли в приемную, где Лаврентий принялся причитать.

— Чем вам разворотило спину? Ощущение, что кто-то ковырнул ее ножом для консервных банок. Дважды! Шрамы останутся…

— Думаю, что это не самая большая проблема, — попытался пошутить я. — Главное, чтобы вам было с чем работать.

— Так вы не скажете, что произошло? — сурово отозвался лекарь.

Я прикрыл дверь, опасаясь, что нас может услышать случайный гость, и вернулся к целителю.

— У меня появились крылья, — тихо сообщил я.

— Это как корона, которую надо иногда поправлять? — криво усмехнулся Лаврентий Лавович, а потом улыбка съехала с его лица. — Вы серьезно?

— Я бы подумал, что это иллюзия. Но пиджак оказался разорван. Как и рубашка, я полагаю. Кожа была повреждена. Фома решил, что мне нужна срочная помощь и до дома я не дотяну.

— Учитывая рану… — произнес лекарь себе под нос. — Но края запеклись. Тот юнец нечаянно оказал вам услугу, остановив кровотечение. Вы же ему не продемонстрировали раны?

— Решил, что не стоит афишировать такое. Не ровен час, кто-то надумает сделать меня своим тотемом.

Ангел лекаря приподнял бровь, словно оценил иронию. А потом принялся за работу. Тело окутало мягко тепло, и каждый нерв отозвался острым уколом боли.

— Потерпите, — велел Лаврентий. — Ожоги надо обработать. Иначе вы не сможете полноценно взывать ко тьме несколько дней. А быть может и дольше.

— Меня это не устраивает, — прошипел я.

— Вы контролировали крылья? — между делом поинтересовался парень.

— Мне казалось, что да, — признался я. — Но я не могу быть уверенным. Они пропали довольно быстро, когда я переместился на иную сторону.

— Вы оказались там, куда стремились?

Я открыл рот, чтобы ответить и замер. Потому что только теперь понял, что мог оказался не в чертогах Мары из-за крыльев. Вероятно, именно они переместили меня немного не в то место.

— Нет, — запоздало ответил я и устало улыбнулся. — Давайте я вам все расскажу в другой раз. Я сейчас хочу отдохнуть ото всего произошедшего.

— Конечно, — кивнул лекарь.

— В ближайшее время я отправлюсь в резиденцию императора. Полагаю, что смогу взять вас с собой.

— Он пустит меня в библиотеку? — восторженно прошептал Лаврентий Лавович.

— Уверен, что вам не откажут в таком малости. Приготовьте список нужных вам книг.

— Спасибо, Павел Филиппович! — воскликнул парень.

Воздух вокруг нас засверкал миллиардами искорок, которые, впрочем, не жгли меня.

Лекарь закончил с целительством за считанные минуты и уверил, что смог исправить работу нерадивого ученика придворного коновала. Я поблагодарил гостя и добавил:

— Вас привез Гриша.

— Я вызвал на ваш адрес машину, и пришлось ждать минут десять. Обычно транспорт подают быстрее. Этот человек показался мне подозрительным. Он спрашивал, куда я тороплюсь и что случилось с моим