Фантастика 2025-168 - Сергей Леонидович Орлов

— Призрак Павла Петровича начал буянить, и угомонить его у меня не было никакой возможности, — проговорил я. — Поэтому я решил доставить его на суд. Правда, я предполагал, что попаду на территорию Мары. Она коллекционирует такие вот экземпляры, но оказался почему-то у вас.

Незнакомец вздохнул и закатил глаза.

— Самопожертвование ради спасения императорской семьи, потом самоубийственный поступок ради спасения Империи, — протянул он. — Чего ждать от вас дальше, Павел Филиппович?

Я только пожал плечами и произнес как можно более проникновенно:

— Так вышло.

— То есть, вы признаете нарушение законов? — весело уточнил мужчина.

— Я такого не говорил, — поспешно ответил я.

Незнакомец удивленно поднял бровь, и я продолжил:

— Я сказал, что вел на суд буяна, который мог стереть мою родину с лица мира. А кто кроме владыки межмирья может рассудить спор с призраком?

— Он говорит логично, — послышался голос Вихо. — Нам нравится.

— Но закон четко гласит, что… — начал было человек с тростью, но я его перебил с нарастающей уверенностью:

— Любой закон должен защищать права. Этот закон имеет изъян, которым могут пользоваться такие вот сверхсильные призраки. Они нипочем не хотят уходить, а развоплотить их нет возможности. Один такой вот призрак может чужими руками уничтожить целый мир. И на него нет решительно никакой управы. Как быть в таком случае? Ведь выходит, что права многих живых, да и неживых, в мире будут нарушены.

За спиной незнакомца послышался хриплый смех, который расслаивался, эхом разлетаясь над пустой платформой. Мужчина с тростью обернулся к Вихо и сухо уточнил:

— Что именно тебя развеселило?

— По всему выходит, что малец прав, — сквозь смех произнес Вихо. — Этот мертвый император мог уничтожить мир, если бы не вмешался некромант.

Мой собеседник кивнул:

— Выходит, так. Ловко выкрутились, Павел Филиппович.

— Благодарю, — коротко поклонился я.

— Но впредь прошу вас не просить суда в зале для отправки душ в другой мир. Их пришлось эвакуировать, чтобы направленные на перерождение не пострадали. А вот движение поезда мы остановить не успели. Так что все одно без неразберихи не обошлось.

Мужчина махнул рукой в сторону тоннеля, из которого доносились чьи-то голоса.

— Но я учту вашу поправку в закон о переводе в межмирье.

Он подошел ко мне и положил ладонь на мое плечо. И от этого прикосновения тело скрутило от резкого болезненного спазма. Такого сильного, что мне с трудом удалось сохранить на лице невозмутимый вид. Виски заломило, словно кто-то мешал содержимое черепа большой ложкой. А затем боль отступила так же резко, как и накатила.

— Для вызова на суд пользуйтесь этими вратами, — произнес незнакомец, указывая на мое запястье. — И не злоупотребляйте данным вам правом. Я не всегда такой добрый. Поверьте мне на слово.

— Спасибо, — с трудом прохрипел я, рассматривая странную отметину на коже, походящую на татуировку в виде черепа.

— А теперь прошу меня простить. У меня еще много дел. Да и вам пора, — продолжил собеседник.

Я собирался ответить что-то вежливое. Но не успел. Мужчина резко выдохнул мне в лицо и перед глазами заплясала зеленоватая пыльца.

Через мгновение платформа под ногами исчезла, и я провалился в черное ничто.

Глава 20

Домой

Я рассчитывал, что просто перемещусь в особняк. В ту же комнату, из которой отправился в межмирье. Однако мой путь оказался немного сложнее и дольше, чем хотелось. Черное ничто, в которое меня отправил незнакомец с тростью, принялось бросать меня из стороны в сторону, словно я летел по трубе водного аттракциона. Желудок сжимался и отзывался тупой болью. Оставалось лишь радоваться, что я отказался от плотного завтрака. Спина горела, словно ее окатили кипятком. Или с нее срезали кожу.

Я потерял счет времени, пока летел, пока наконец над головой забрезжил свет, который быстро приближался. Скорость моего полета замедлилась, пока я не завис в черноте. Густой воздух не позволял упасть вниз, обняв плотным одеялом. Вокруг была упругая тишина, которую можно было резать ножом.

Мне бы стоило испугаться. Потому как полного безмолвия в природе быть не должно. Как и тьмы, которая окружала меня коконом. Но внутри меня не отозвалось ни одной эмоции. Словно их что-то выжгло. Быть может, сказалась усталость. Я на секунду прикрыл глаза и подумал, как было бы здорово остаться тут ненадолго. Просто заснуть и какое-то время не выбираться в реальность.

«Выходи», — раздалось в моем сознании настолько отчетливо, что я встрепенулся и резко дернулся, пытаясь понять, откуда исходит звук.

Но я все еще продолжал висеть в темной пустоте. Рядом никого не было. Только внутри моей головы все еще звучал отзвук голоса, который я почти забыл.

«Пора домой», — продолжил очень знакомый голос. Голос женщины, которой здесь быть не могло. Потому что судя по видению, которое даровала мне Мара когда я гостил у нее, эта женщина начала все с чистого листа в новом мире. Забыла все, что было здесь и была счастлива. Наверняка мое сознание создало этот голос, чтобы я пришел в себя.

Запрокинул голову, и увидел над собой портал, через который просматривалась часть интерьера какой-то ветхой комнаты. Призрачный свет покачивался, словно между мной и выходом висела вода.

Портал был достаточно высоко, чтобы до него дотянуться. Пришлось несколько раз подпрыгнуть, чтобы наконец ухватиться за край. Пальцы обожгло лютым холодом. И я закусил губу до крови, чтобы не отдернуть руки. Я подтянулся и выбросил наружу руку до локтя. Ухватился за что-то раскаленное. И едва не закричал от дикой боли. Но все же заставил себя выбраться в материальный мир. Что-то сильно дернуло меня, вырывая из тьмы. Сустав в плече влажно щелкнул, и я сдавленно простонал. Звук ударил по ушам, давая понять, что вокруг меня был настоящий мир.

Я выпал на пол того самого заброшенного крыла императорского особняка. Это стало понятно потому, что вокруг меня лежала разбитая мебель и ощущались мои миньоны, которые только что отправились в межмирье. И лег на спину, раскинув руки и рассматривая затянутые паутиной потолочные балки. Пол был жестким, под лопатку впилось что-то вроде гвоздя. Но вставать не хотелось. Вместо этого мне стало нужно