Город богов и монстров - Кайла Эдвардс

Ивиана вздохнула.

– Знаешь, для такого умника, как ты, ты умеешь быть на удивление безмозглым, Дарьен.

Дальнейшее Лорен не слышала. Она не вполне понимала, что чувствовала или чего ожидала, когда увлеклась таким парнем, как Дарьен.

Но, видимо, она просто надеялась, что все будет иначе.

* * *

– И куда это ты собрался?

Услышав голос сестры, Дарьен замер у подножия широкой лестницы в холле. Обернувшись, он увидел, что Ивиана наблюдает за ним – руки скрещены на груди, одна нога отставлена, брови вопросительно подняты.

Он развел руками, давая понять – будь он проклят, если сам понимает.

– Иду поговорить с Лорен.

Ивиана помрачнела.

– Смотри не сделай хуже, Дарьен.

Не то чтобы он совсем не понимал женщин – напротив, но довольно долго намеренно игнорировал все признаки, указывающие, что Лорен испытывает к нему не просто легкое влечение. Этого не могло произойти, он бы не допустил ничего подобного. И не потому, что не хотел, а потому, что это было небезопасно – для нее.

Для нее был небезопасен он сам.

Словно прочитав его мысли, Иви заговорила:

– Мне всегда казалось, что ты знаешь, что делаешь, когда речь заходит о женщинах, но если ты даже не понял, как сильно влюблена в тебя Лорен, значит, ты безнадежен, Дарьен. – Не дождавшись от него ответа, Иви вдруг ахнула, по ее лицу прошла тень осознания, узкие плечи поникли. – О боги, так ты знал? И пытался оттолкнуть ее.

Дарьен по-прежнему молчал.

– Ну, братец, так низко ты еще не падал…

– Ей нельзя влюбляться в меня, Иви, – перебил Дарьен. – Ей – нельзя.

Отчасти именно поэтому он сегодня вышел на связь с Джессой, поэтому сам первым написал рыжеволосой Аспиде, а не наоборот. Он надеялся, что Лорен, услышав о его встречах ради секса, испытает такое отвращение, что перестанет смотреть на него, как раньше. Беда заключалась в том, что ему нравилось, как она смотрела на него, – словно он чего-то стоил. Слишком сильно нравилось.

Судя по виду, Ивиана ожидала услышать от Дарьена нечто подобное и была немало разочарована.

– Это еще почему?

Из них двоих она всегда была наиболее здравомыслящим близнецом, понимающим, как справляться с затруднениями, которые не решатся, если что-нибудь разбить. Даже в те времена, когда их мать была еще жива, друзья семьи называли Дарьена «проблемным близнецом».

У него в ушах до сих пор звучал шепот, словно услышанный лишь вчера, – все эти «когда-нибудь этот мальчишка здорово влипнет» или «похоже, Эмберли на беду себе родила дьяволенка». Справедливости ради, их отец вплотную занялся воспитанием Дарьена гораздо раньше, чем Ивианы.

Дарьен сам этого добился.

– Потому что… – у него сжались кулаки. – Ты же видела, что случилось с мамой и отцом. С Лорен я так не поступлю. Я отказываюсь погубить ее, как отец погубил маму.

Взгляд Иви смягчился. С каждым днем ее лицо становилось все больше похожим на то, которое было вытатуировано у него на руке, – на лицо Элси Кассель, женщины, которая их вырастила, потерянную душу, которая взяла себе новое имя, сбежав с любимым.

– Ты не наш отец, Дарьен. Ты не он. – Она окинула его взглядом. – Нельзя вечно отказывать себе в счастье…

– Нет, можно, – тихо перебил он. – Я это могу и сделаю. Если с моим счастьем связана вероятность ранить кого-то вроде Лорен, тогда я с радостью останусь несчастным навечно.

Увидев не допускающее возражений, категоричное выражение его лица, она вздохнула. Но вскоре ее лицо снова ожесточилось.

– Но почему Джесса? – потребовала она ответа. – При чем тут она? Ты же чуть ли не год с ней не виделся.

Он пожал плечами. Провел пятерней по волосам, зачесывая назад пряди.

– Просто хотел забыться, – шепотом объяснил он. – Пусть даже на одну ночь.

Он говорил правду: Лорен пробудила в нем чувства, каких прежде он не знал. И честно говоря, это его пугало. Планируя встречу с Джессой, он главным образом рассчитывал оттолкнуть Лорен, но вместе с тем надеялся, что Аспида заглушит в нем непривычные чувства хотя бы на несколько часов. Заставит его вспомнить, почему до появления Лорен ему не требовалось ничего, кроме холодного и жесткого, ни к чему не обязывающего секса.

Прочитав его мысли, Иви высказала их вслух:

– Ты думал, что сможешь забыть про Лорен, устроив встречу ради секса с одной из своих фанаток?

Он невесело фыркнул, заметив, как пошло это прозвучало и каким пошлым заставило его почувствовать себя. Еще одно непривычное и чуждое для него чувство.

– Понимаю… глупо, да? Но это удается мне лучше всего, – да, потрахушки, убийства, драки, – вот в чем он хорош. – И совсем не даются… – он безнадежно махнул рукой. – Неважно, что бы то ни было.

Иви подавила улыбку.

– Чувства – да, братец?

– Ага, – он выдохнул. – С ними я не в ладах.

Она кивнула в сторону лестницы.

– Иди, поговори с ней, – она круто повернулась на каблуках и направилась обратно в подвал. – И ради Звезды, позвони ты этой треклятой Аспиде и объясни, что отныне ты вне доступа – навсегда. Потом еще спасибо скажешь.

* * *

Лорен швыряла свои вещи в чемодан, когда в ее дверь постучали.

Она сама не понимала, что делает, но оставаться здесь не желала, по крайней мере, этой ночью. Внутренний голос тихо твердил ей, что она ведет себя нелепо. Даже по-детски. И то, чем и с кем Дарьен занят в свое свободное время, ее вообще не касается. Но сердце настойчиво советовало ей бежать и не проявляло ни малейшего желания действовать здраво и разумно. Впервые попав в Адские Врата, Лорен надеялась лишь вернуть Сабрину. Но вовсе не строила планы на… в общем, на что-то такое.

Влюбиться в Дарьена в ее планы никогда не входило.

– Открыто, – буркнула она.

Ручка повернулась, вошел Дарьен. Его взгляд остановился на почти уложенном чемодане на кровати. Лорен не могла бы поручиться, что это ей не привиделось, но, кажется, он изменился в лице при виде пустых ящиков комода. А Лорен и не подозревала, сколько ее вещей перекочевало сюда за последние недели.

– Что происходит, Лола?

Он пытался задать вопрос небрежным тоном, но его голос прозвучал низко и сипло, в нем прорывались чувства, дать определение которым Лорен не смогла.

– Ничего, – она выхватила из ящика еще одну майку и сложила ее. – А тебе разве не надо было куда-то?

Повисла тишина. А потом прозвучало тихое:

– Я все отменил.

Она схватила еще одну майку