Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

— Не всегда полезное благоухает. Чаще всего, оно как раз такое — зловонное! — расхохотался староста.

Он приблизился к Аннару и стал осторожно, чайной ложкой, вливать горький отвар ему в рот. Тот поначалу глотал машинально, но, когда в склянке осталась лишь половина, его веки дрогнули и глаза открылись.

— Едва не упорхнул! — прохрипел он.

Схватив ослабевшими пальцами склянку из рук дракона, он допил зелье залпом и поморщился. Поставив склянку на стол, Аннар обвёл взглядом комнату и встретился глазами с Сатаном.

— А вот ты мне и нужен! — спокойно произнёс Аннар.

Но за показным спокойствием скрывалось нечто, от чего по спине задержанного пробежал ледяной озноб. В интонации мужчины ощущалась какая-то зловещая многообещаемость. Аннар словно кошка, играющая с мышкой, не торопился, не угрожал, а лишь смотрел на брата короля с хищной, многозначительной усмешкой.

— Я не стану тебя резать на куски или выбивать признание кулаками. Ты сам мне сейчас всё расскажешь.

Сатан злорадно усмехнулся, гордо вскинув подбородок.

— Что ж, не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. У меня осталось от силы минут пять.

Аннар склонился к пленнику и что-то прошептал ему на ухо. Сатан отшатнулся, словно от удара, и умудрился вскочить на ноги, несмотря на связывающие его верёвки. Верёвки врезались в запястья, острая боль пронзила всё тело, но адреналин затмил её. Ярость, до этого тлевшая где-то глубоко внутри, вспыхнула ярким пламенем, поглощая разум. Сатан рванулся вперёд, неловко перебирая ногами, подобно марионетке, чьи нити дергает неумелый кукловод.

— Ты не посмеешь! — зарычал он.

— Я защищаю свою любимую! — отрезал Аннар, в его голосе не было ни капли сочувствия. — Неизвестно, где она сейчас. Я чувствую, что ей грозит опасность. И мне наплевать, что станет с тем, кто так близок тебе…

— Если я скажу, где она может быть, ты не посмеешь его тронуть. Дай магическую клятву!

— Вот ещё, я дам клятву, а ты мне в ответ: «Иди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что»? Нет уж, проходили…

— Она должна быть на территории людей. Я хотел открыть портал ближе к столице, но меня прервали, и я успел лишь подумать об Алмазных горах, что на границе.

— Ты хочешь сказать, её могло забросить в любую точку Алмазных гор?..

— Да, но это не моя вина… Мне не дали закончить… Дай клятву!

Аннар произнёс магическую клятву, что не причинит вреда незаконнорождённому сыну Сатана. Мальчику было десять лет, и он не знал, кто его отец. Сатан подготовил документы об усыновлении, но не успел завершить все формальности. О ребёнке он узнал год назад, когда к нему пришла няня мальчика и сообщила, что мать умерла после родовой горячки, оставив ей младенца. Перед смертью она призналась, кто его отец. Деньги, оставленные погибшей женщиной, закончились, а ребёнка кормить было нечем.

Как позже выяснил Аннар, Сатан провёл ритуал на крови и убедился, что мальчик — его родной сын. Эту информацию сотрудник отдела узнал случайно и решил пока придержать, словно предчувствуя, что она может пригодиться.

В глубине души Аннар не был подлецом и не стал бы причинять боль невинному ребёнку, но Сатан не знал этого и отчаянно пытался защитить сына.

— Ддрад, выручишь?

— Если расскажешь, на чём ты его подловил?

— Давай позже, мне срочно нужен портальный камень. Девочка может быть в беде.

— Ловлю на слове. Сейчас принесу камень. Своих ждать не будешь?

— Нет, боюсь, я уже опоздал. Что-то на душе очень тяжело!

Аннар успел переместиться в тот самый миг, когда на горизонте в небе показались чёрные силуэты драконов.

Глава 28

Солнце, словно щедрый художник, расплескивало багрянец и золото по пыльной дороге, уходящей за горизонт. Старая повозка, скрипучая и тряская, выводила свою жалобную песню, вторя горьким судьбам пленников, запертых в ее чреве.

Дорога, словно змея, извивалась между полей, неумолимо приближая птиц к городу, где их ждала незавидная участь. Кого-то ждали золоченые клетки богатых домов, чтобы своей трелью услаждать слух пресыщенных хозяев. Другие попадут в цепкие лапы торговцев, готовых на любую низость ради звонкой монеты. И лишь единицы, отмеченные печатью редкой удачи, сумеют вырваться на свободу, воспользовавшись случайностью, ошибкой, просчетом. Но такие чудеса случаются крайне редко.

Внезапный топот копыт разорвал тишину. Браконьеры, словно подкошенные, метнулись с дороги в лесную чащу, припадая к земле, стараясь раствориться в жухлой траве. Сердца их колотились в груди, словно пойманные птицы, а кровь стучала в висках, отбивая тревожный ритм. Они знали: это дозорные хозяина замка, выискивающие в деревнях запрещенный товар. Встреча с ними не предвещала ничего, кроме беды.

Шум нарастал. Сквозь просветы между стволами показались всадники. Трое, облаченные в зеленую форму, лихо скакали по лесу, держа наготове мечи и магические артефакты. Браконьеры затаили дыхание, надеясь слиться с тенью, стать невидимыми. Но надежда таяла, словно дым.

Один из всадников, заметив примятую траву, резко осадил коня. Короткий крик, взмах руки — и вот уже все смотрят в их сторону. Бежать было поздно. Самый молодой, дрогнув, попытался вырваться, но его тут же свалила с ног липкая магическая сеть. Остальные, понимая бессмысленность сопротивления, покорно подняли руки.

Лишь Луис, мгновенно оценив ситуацию, понял, что несет в себе пленение Радужной. Пока остальные застыли в оцепенении, он подкрался к повозке и сорвал плотную ткань. Открывая одну клетку за другой, он выпускал на волю перепуганных птиц, а Радужная лежала без сознания. Целый день зноя, жажды и голода обессилили ее. Неумелое использование новообретенной силы оборотня, благословение озера — все это истощило ее запасы. Сил на сопротивление не осталось.

Луис бросил взгляд на клетку с Радужной. Тяжелое, прерывистое дыхание выдавало ее мучения, но спасать пленницу в его планы не входило. Прежде всего, нужно было спасти себя. Поднять тяжелую клетку он не мог: огромная птица весила не меньше пятидесяти килограммов, да и деревянная клетка добавляла веса. Магии воздуха у него не было, лишь жалкие крохи водной магии… И тут его осенило.

Волоча клетку вглубь леса, он тщательно укрыл ее ветками, маскируя от случайного взгляда. Услышав крики погони, понял, что их обнаружили, и бросился бежать, оставляя едва заметные засечки на деревьях, чтобы потом вернуться за пленницей. «Повезет — выживет, не повезет — значит, судьба такая!» — подумал Луис, петляя по лесу и заметая следы.

Через два часа магия, сковывающая оборот, иссякла, и лес