Девятая стрела Хаоса - Алексей Анатольевич Рудаков

– Нашла! – Широко раскрыв глаза, Тина наклоняется над поверхностью своего рабочего места и сильно втягивает воздух носом: – Чуть тёпленькая и орехом пахнет.

– А показать можешь? Эшшах? – Киваю ему на штурманский пост: – Тут, визуализация – ну хоть какая, возможна?

– Возьми звезду в руку, – подаётся он вперёд, нависая над девушкой: – И тащи наружу. Не бойся, – и, видя её нерешительность добавляет: – Это можно.

Несколько секунд спустя я уже любовался тёмно красным шаром, вокруг которого вращались сразу три планеты. Ничего особенного – система как система и пролетай я мимо, даже не обратил бы внимания на неё. А что тут искать? Первые две, оказавшиеся слишком близко к старому светилу, представляли из себя кучи шлака, пропечённого насквозь ещё во временя юности этой звезды. Третья же, избежав участи своих соседей, была слишком далеко, чтобы вызвать интерес любого, оказавшегося поблизости, исследователя. Покрытый льдом шар с тонкой атмосферой из нейтральных газов – ну что тут может быть интересного?

Прокладка курса, как и бывшее в самом начале определение нашего места, так же не отличалась зрелищностью. Следуя подсказкам Эшшаха, Тина просто сжала в руке шарик третьей планеты и он, подчиняясь ей, немедленно вырос в размерах, позволяя всем нам осмотреть его поверхность.

– Сюда, – металлический палец завис над ничем особо не отличающимся участком поверхности: – Тина? Увеличь.

Тонкий пальчик быстро обвёл выбранный район и немедленно исчез из виду – можно сказать, что Тина выполнила его просьбу молниеносно, не желая демонстрировать отсутствие маникюра – деталь, досадную для любой женщины. Но, в данном случае, ей беспокоиться было не об чем – гораздо больше её пальчиков нас интересовала поверхность планеты, таившая в себе цель нашего похода – то самое Окно.

И, надо заметить, наш интерес был вознаграждён. Выбранный им, и увеличенный девушкой участок разительно отличался от остальной поверхности. Прежде всего – здесь не было льда. Вместо него почву планеты покрывали густые гроздья кристаллов, временами почти сраставшиеся меж собой.

– Посадить корабль можно тут, – палец Эшшаха указал на средних размеров площадку неподалёку от центра кристаллического поля: – Тина?

– А ты сам не можешь? – Перевожу взгляд с изображения поверхности на некрона: – Чего девчонку гоняешь?

– Да мне не сложно, – палец Тины быстро обводит пустой участок: – Так?

– Да, – кивает Эшшах и, повернув голову ко мне, добавляет: – Я не могу. Корабль примет указание только от живого. Я – мёртвый. Для него.

– Понятно. И мёртвый и пассажир, не член команды.

Не ответив мне, он снова приближает палец к увеличившейся в несколько раз поверхности, на которой теперь различима поросль мелких кристалликов.

– Просто воткни палец по центру – это задаст точку посадки, – кивает он девушке, и она, сделав как сказано, вздрагивает.

– Командир? – В её взгляде смешано и удивление, и радость: – Курс проложен. Ой, просто-то как!

– Проложен?

– Да, – кивает она: – Я… Я чувствую это. Странное чувство, – продолжает она задумчиво: – Словно я раздвоилась – одна половинка тут, другая там, – её голова наклоняется над увеличенным участком.

– Когда долетим – соединишься? – И, не давая её ответить, продолжаю: – Лететь-то долго?

– Вот, – Руки Тины, вынырнув из чёрной массы, раздвигаются сантиметров на тридцать.

– Эээ… Тина? Это ты в чём сейчас показала?! Я про время полёта туда, – киваю на поверхность планеты: – Сколько дней, или часов лететь?

– Так вот же! – Её руки обрисовывают в воздухе нечто вытянуто-округлое: – Я время и показываю.

– Так она воспринимает время, – поясняет Эшшах, видя моё непонимание: – Каждый из нас его представляет по-своему. Кто-то – тонкой линией, бегущей вперёд, кто-то – рекой, или дорогой под своими ногами, а она – вот так. Объёмно.

С минуту молчу, пытаясь понять, как сам представляю четвёртое измерение, но быстро бросаю эту затею – времени, будь оно хоть рекой, хоть линией-графиком, мне терять не хочется.

– Ну столько, так столько, – киваю Тине, соглашаясь с её шкалой восприятия: – Хорошо. Будем лететь пока не долетим. Эшшах? Как нам движение начать? Мне тягу выжать?

– Нет, – от отрицательно качает головой: – Твои рычаги нужны для управления кораблём в бою, или при нештатной посадке.

– Тогда как?

– Просто согласись. Корабль выбрал тебя капитаном – достаточно твоего подтверждения и команды.

– Хм… Эй? – Оглядываюсь по сторонам, смотрю вверх, вниз и, не заметив ничего примечательного, пожимаю плечами, возвращая взгляд на проекцию планеты: – Кхм. Корабль! Я согласен с прокладкой. Начать движение.

Рисунок звёзд остаётся прежним, но меня немедленно начинает тянуть, и я понимаю о чём говорила Тина, пытаясь описать свои чувства. Ощущения странные – не болезненные, но непонятные, словно моё тело вдруг стало резиновым и сейчас растягивается, одновременно оставаясь на месте. Вместе с этим приходит ощущение времени – оно тоже словно растягивается как резиновый жгут, что мы, мальчишками, использовали в своих рогатках. Растягивается, истончается и когда напряжение становится невыносимым – лопается, оглушая меня раскатистым треском, звеня и перекатываясь внутри пустого черепа.

Оглушённо трясу головой, пытаясь разобраться – я жив, или уже всё? Лопнул, разорвавшись на множество кусков.

Вроде нет… Цел.

Да – я – это по-прежнему я и осознание своей целостности вызывает вздох облегчения.

– Мы прибыли, – бесстрастный голос Эшшаха прерывает мои самокопания: – Пора идти.

– Прибыли? – Смотрю на него, но металлический истукан неподвижен, и я перевожу взгляд туда, где только что чернела пустота, расцвеченная туманностями и усыпанная звёздами.

– Да. Прибыли, – выдавливаю сквозь резко пересохшее горло – снаружи, едва не касаясь экрана, торчат бледно синие иглы кристаллов перечёркивая серое, налитое свинцом, небо.

Запись 123

Пространство Империума. Аномальный мир. Продолжение.

Руку Эшшаха, метнувшуюся к вспыхнувшему в воздухе колечку я успел перехватить за миг до того, как она его коснулась, отправляя всех нас на поверхность.

– Стой! – Дремавшие во мне подозрения вспыхнули с новой силой и я, продолжая удерживать его руку потянулся за пистолетом: – Убить нас захотел? – Щелчок предохранителя прозвучал излишне громко, выдавая мои намерения, но мне было плевать:

– Или думаешь я забыл? – Взлетевшее оружие целит ему в глаз – с такой дистанции никакой живой метал не сдержит увесистую пулю, чьё тело украшено аквилой Империума: – Там же нейтральный газ! Снаружи, – отпускаю его руку и перехватываю пистолет двумя руками, переводя ползунок режима стрельбы на очередь:

– Тебе это без разницы – ты мёртв и не дышишь, а вот нам нет!

– Дышать там можно, – его руки, неприятно скрежетнув, скрещиваются на груди:

– Это – аномальная планета. В зоне Окна атмосфера формируется по потребностям прибывающих. Огонь в его глазах спокоен, давая понять, что некрон совершенно уверен в своих словах. Или, этого тоже нельзя не допускать, он играет с нами, оказавшись в паре шагов от финишной черты.

– Это мы сейчас проверим. Тал-ка! – Бросаю я, не отводя ствол: – Проверь атмосферу. Если хоть минимум опасности – немедленно на борт!

– Принято, командир.

Слышу щелчки замков шлема, короткий всхрап транспортной системы и, спустя несколько долгих секунд, его голос, слегка, самую малость, искажённый системами связи:

– Атмосфера пригодна, командир. Примесей, бактерий – нет. Здесь стерильно.

– Услышал тебя, – отступив на шаг, ставлю пистолет на предохранитель, но не спешу убирать его в кобуру: – Ты прав, – киваю, не сводя взгляда с металлического лица: – Но учти, некрон! Если мне хоть что-то не понравится – предупреждать не буду! Пошли!

– Я. Вас. Услышал, – его голова чуть склоняется, а ещё через миг я уже вдыхаю безвкусный, словно консервированный, воздух планеты Окна.

– Учитывая ваше предупреждение, – голос Эшшаха по-прежнему полон равнодушия: – Считаю необходимым предупредить. Видите, вон там, прозрачные объекты?

Поднявшаяся рука указывает на нечто едва различимое в стороне от нас. Напрягая зрение разбираю что-то навроде толстой кишки из идеально прозрачного стекла.

– Это концентрат времени, – продолжает некрон: – Настоятельно не рекомендую прикасаться – нарушение целостности структуры приведёт к тому, что ваш объем будет им поглощён, удаляя вас из текущего континуума.

– Мог бы и проще сказать, – киваю ему, поняв лишь то, что касаться стеклянных кишок нельзя: – Опасность мол, не касаться. Без всех этих заумностей.

– Я только хочу избежать недопонимания. Следуйте за мной.

Следующие минут десять мы двигались след в след, точно повторяя все его движения. Пригнулся, проходя под кишкой – хорошо, делаем так же. Перепрыгнул, торчащий из плотного грунта зародыш кристалла – прыгаем за ним, стараясь попасть точно в его следы.