Тени во времени - Кристофер Руоккио

Нима на мгновение замолчал, рассматривая сложенные пополам габардиновые брюки в своих мягких руках. «Возможно, вы правы, хозяин».

«Ты знаешь, что я прав, Нима», — улыбнулся я.

«Я далек от того, чтобы критиковать вас, хозяин».

Я приподнял брови.

Нима повернулся, чтобы вернуть стопку одежды в отсек, ворча о недостатке места, чтобы развесить вещи должным образом. «Сколько времени осталось до возвращения на «Демиург»?»

«Около трех недель», — ответил я. «Потом мы будем ждать Тавроси и Стратига Лина».

«Вы действительно думаете, что их корабли поместятся на этом огромном, ужасном судне?»

«О, с запасом», — ответил я. «Ты не видел главные трюмы, Нима».

«Я стараюсь как можно меньше видеть корабль, доми».

Я молча кивнул, подперев голову рукой. На столе, приставленном к стене, лежал раскрытый фолиант с наполовину нарисованным портретом на одной из черных страниц.

Это была икона Двуликого Времени, одно лицо смотрело вперед, другое — назад.

Традиционно на изображении был показан мужчина, его постаревшее лицо было обращено назад, через плечо, символизируя прошлое, а лицо на затылке — лицо молодой женщины — смотрело вперед, когда ноги мужчины ступали в будущее, которого он не мог видеть. Я перевернул изображение, так что теперь это было тело женщины, и лицо женщины смотрело назад, а мужчина — вперед.

Женщиной была Селена. Мужчиной — Александр.

«Признаюсь, я не понимаю ваш план», — продолжил щебетать Нима. «Вы думаете, что сьельсины намерены напасть на Землю — Старую Землю, точнее сказать. Или что они намерены атаковать Форум. Но вы не знаете, что защищать... и вместо того, чтобы делать что-то одно, вы не делаете ни того, ни другого. Мы идем совершенно не в том направлении».

«Мы не знаем, что они планируют», — ответил я. «Но знаем, что им нужно питаться. Им придется атаковать ряд систем во внешних провинциях, чтобы подготовиться к тому, что запланировал Дораяика. Наша цель — остановить их, прежде чем они начнут окончательное наступление. Если я прав — если у нас есть эта единственная возможность перехватить их, — то мы должны это сделать».

Слуга-немрутти заерзал. «Доми, простите меня, я... а что, если вы ошибаетесь? И давои приступят непосредственно к тому, что они запланировали?»

«Тогда мы проиграем», — произнес я, откинувшись назад так, что стул закачался под мной. «Но мы не проиграем. Я...» Как я мог сказать это, чтобы не показаться безумным, хотя, конечно, Ниме все, что я мог бы сказать, показалось бы безумием. «Я чувствую их, Нима. Наблюдателей. Они ищут меня, всегда ищут... если до этого дойдет, мне нужно только показаться им, и они придут». Я улыбнулся. «Если гора не придет к Магомету...»

Последнюю фразу я произнес на классическом английском, цитируя Бэкона.

«Доми?»

«Ничего, Нима», — отмахнулся я. «Я...»

Все, что я хотел сказать, было прервано ужасным грохотом, за которым последовал крик из коридора снаружи. Я мгновенно вскочил на ноги и схватил свой меч, висевший на поясе у двери. Без обуви, без щита, я крикнул Ниме, чтобы он оставался на месте, и нажал на кнопку управления дверью. Джаддианский гомункул вскрикнул и позвал меня, но я уже выскочил в коридор.

Один из ирчтани сражался с пустотой. Его огромные крылья махали, когти царапали пустоту, а перья заполняли узкое пространство. Он, казалось, боролся с чем-то, его когтистые лапы сжимали что-то, чего я не мог видеть. Холден стоял чуть поодаль, сжимая в руке пистолет, не зная, что делать.

Мой клинок замерцал в руке, разум пытался понять, что я вижу, уверенный, что здесь происходит какое-то злодеяние, покушение на убийство. Пока я наблюдал, сбитый с толку, какая-то невидимая сила схватила ирчтани и швырнула его тело о переборку. Существо с черными перьями заскользило вверх по стене, словно поддерживаемое какой-то невидимой рукой. Одно из крыльев-рук вытащило нож и ударило им по воздуху. Я услышал звон, словно керамика ударилась о керамику.

«Что это?» — крикнул Холден.

Мне показалось, что я понял.

«Отпусти его!» — зарычал я, поднимая клинок. «Тебе нужен я!» Ирчтани все еще был прижат к стене. «Я сказал, отпусти его!»

Ответа не последовало.

Мой меч был направлен прямо в пустоту.

«Покажись!» — произнес я, встретившись взглядом с Холденом. В воздухе возникло слабое возмущение, рябь, мерцание. Через мгновение ирчтани с грохотом упал на палубу, и воздух задрожал, когда невидимый враг повернулся — должно быть, повернулся — лицом ко мне.

«Верус!» — раздался знакомый голос. «Хватит! Хватит!»

Дверь каюты справа открылась, и в этот момент существо — рыцарь, стоявший в холле, вышел из состояния невидимости. Он был полностью покрыт хромированными доспехами, его зеркальная одежда мерцала, а лицо скрывалось за маской спокойного человеческого лица.

Холден вздрогнул и отступил на шаг. «Экскувитор!»

«Стой!» — сказал я.

Рыцарь-раб не держал оружия. Его меч из высшей материи находился на поясе. Активный камуфляж, используемый рыцарями-экскувиторами, был разработан таким образом, чтобы его не мог увидеть человек. Ирчтани — хотя и не так чувствительные к красному свету, как сьельсины — обладали масляной мембраной в своих фоторецепторах, которая делала их гораздо более чувствительными к различиям в цвете и движении, чем нас. Экскувитор мог быть невидим даже для моих глаз, но для птицелюдей?

На мгновение я подумал, что это убийца, что существо пробралось на борт, пока Александр разговаривал со мной на крепостной стене. Но голос из открывшейся каюты развеял мои опасения.

«Вы ранены?» Женщина, одетая в белое, вышла из каюты, встревоженно протягивая руки.

«Селена!» Кассандра появилась рядом с Холденом в конце коридора, сжимая в руке незажженный клинок.

Принцесса Империи обернулась на звук своего имени. «Кассандра!»

Улыбка озарила лицо моей дочери, и, проскользнув мимо Холдена, который упал на колени при виде Ее Высочества, она бросилась обнимать другую женщину. Увидев радость дочери, я погасил свой клинок.

Экскувитор Верус отступил и встал у стены.

«Бедная твоя рука!» — выдохнула Селена, когда они отстранились друг от друга. «Что случилось?»

«Я все тебе расскажу!» — ответила Кассандра. «Что ты здесь делаешь? Ты...»

«Селена».

Лицо принцессы помрачнело при звуке моего голоса. «Милорд».

Исчезла украшенная драгоценностями принцесса, которая приветствовала меня на крыльце своей башни. Исчезли рубины и бриллианты, полупрозрачное платье. Вместо них на ней были высокие сапоги, брюки и короткая куртка. Все было имперского белого цвета. Единственной уступкой ее рангу и положению был пояс: яркая золотая лента вокруг ее стройной талии, с позолоченным генератором щита.

Несомненно, она послала рыцаря-раба разыскать меня, но не