Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

девушка. Она все понимала, но не могла говорить, что меня очень напрягало. Мне так и не удалось ничего выяснить! Кстати рана к тому времени уже была вылечена магией…. А вечером того же дня в мою комнату, которая больше напоминала камеру, вошел Арсэль. Не знаю, настоящее ли это имя или вымышленное, но он представился именно так. Похититель не был многословен. Лишь задумчиво посмотрел на меня и произнес несколько слов:

— Радужная нужна мне самому, поэтому через час будь готова. Мы уезжаем.

— Куда? — растерянно спросила я, совершенно не ожидая подобного поворота.

— Поедем в храм Создателя. Через час ты станешь моей женой. Надеюсь, любящей! — он окинул меня взглядом с ног до головы, словно уже раздевал мысленно к первой брачной ночи, затем хмыкнул и вышел… Мне подобрали это платье, затем он наложил временную привязку, чтобы я не могла далеко от него отойти. После чего остановил карету, и мы отправились в храм. Не знаю, какое заклинание он произнес, но я не могла никого позвать на помощь, даже предупредить. Стоило мне об этом подумать, как горло сжималось так, что становилось трудно дышать…

— И все же вы нашли выход?

— Да! Я вспомнила, что после первого похищения перерыла сундучок, подаренный водными жителями, и нашла там браслет Анора. На запястье он становился невидимым, поэтому Арсэль его не заметил. Это была моя последняя надежда… Мы стояли возле служителя храма, который проводил обряд. Когда он стал спрашивать наше согласие, я взяла похитителя под локоть и правой рукой нажала на камень браслета, мысленно представив перед собой Аннара. Так мы и оказались у вас….

— Неужели это тот самый древний браслет Анора, для которого не существует никаких преград? — восхитился Ррикард.

— Вместе с артефактами мне досталась книга, в которой были описаны свойства каждого артефакта и его название.

Рассказав свою историю, Татьяна почувствовала, как напряжение отступает, и расслабилась в объятиях любимого мужчины.

Глава 36

Гостиная в доме Аннара являла собой не просто комнату, а оду достатку и утонченному вкусу. Каждый предмет здесь, казалось, шептал о благородном происхождении и высоком положении хозяев. Высокие потолки, словно кружевом оплетенные лепниной, устремлялись ввысь, подчеркнутые величием огромных окон, щедро разливавших дневной свет. Тяжелые бархатные портьеры, цвета выдержанного вина, одним движением руки превращали зал в обитель уединения и интимности.

Сердцем гостиной был монументальный камин из мрамора, над которым, словно солнце, сияло зеркало в витиеватой позолоченной раме. Живые языки пламени танцевали на его отполированной поверхности, даря ощущение тепла и уюта, вопреки холодной неприступности камня. Перед камином, словно в ожидании гостей, расположились изящные кресла и диваны, облаченные в шелк, украшенный вышитыми фамильными гербами. Они манили присесть, утонуть в мягких объятиях и насладиться неспешной беседой.

— Неужели все это твое? — выдохнула Татьяна, не в силах скрыть восхищение.

— Пока еще нет, осталось внести последние два платежа, — с улыбкой ответил Аннар. Ему было приятно видеть, как дом покорил сердце его избранницы, именно на это он и рассчитывал, когда заключал сделку о рассрочке с одним весьма уважаемым адвокатом. Этот дом предназначался в приданное его дочери, но внезапная болезнь оборвала ее жизнь. Стены эти напоминали семье о невосполнимой утрате, поэтому они решили продать дом, а вместе с ним и остальную недвижимость, и навсегда покинуть город.

— А дальше? — с любопытством спросила Татьяна.

— Бальный зал, затем коридор, ведущий на второй этаж, и библиотека.

— Покажешь?

— Все для тебя, любимая. Это наше будущее семейное гнездо. Как только я осмелился просить твоей руки, я тут же сговорился с хозяином. Что не понравится, говори, и мы заменим.

— Хорошо! — Татьяна, одарив жениха легким поцелуем, не дала ему возможности обнять себя и, словно птица, упорхнула вперед.

Бальный зал поражал своим размахом. На стенах, подобно окнам в прошлое, висели картины прославленных мастеров, приобретенные предками на протяжении веков. Пейзажи, портреты и исторические полотна отражали историю рода, подчеркивая его неразрывную связь с ключевыми событиями минувших лет. Это была запечатленная жизнь тех, кто обитал в этих стенах задолго до них.

— Думаю, не стоит хранить здесь их портреты, оставим только пейзажи и натюрморты, — задумчиво предложила Татьяна.

— Как скажешь, родная, ты здесь хозяйка, — услышав эти слова, она одарила жениха лучезарной улыбкой.

Неотъемлемым атрибутом зала был белоснежный рояль, чья лакированная поверхность, словно зеркало, отражала свет, льющийся из хрустальной люстры. На изящных столиках красовались вазы с благоухающими живыми цветами, привнося в строгий интерьер нотки свежести и природной красоты.

Татьяна, ведомая неудержимым любопытством, прошла дальше и оказалась у входа в библиотеку. Распахнув двустворчатые двери, она словно шагнула в уютный мир, созданный для истинных ценителей чтения. Вдоль стен, от пола и до самого потолка, возвышались книжные шкафы, заполненные старинными фолиантами в кожаных переплетах. Они стояли, как каменные стражи, оберегая молчаливое величие заключенных в них историй. Старые, потрепанные временем тома соседствовали с новыми, пахнущими типографской краской изданиями, создавая пеструю мозаику знаний и эпох.

Татьяна глубоко вдохнула воздух. В нем витал едва уловимый аромат старой бумаги, кожи и типографской краски — запах, который невозможно спутать ни с чем другим. Но, к ее удивлению, не было и намека на пыль. Словно прочитав ее мысли, Аннар пояснил:

— Здесь установлен артефакт, который не позволяет пыли скапливаться. Вон за той нишей находится специально отведенное место, откуда я потом убираю все, что он собрал за это время.

Татьяна обернулась, но подходить не стала, сейчас ее больше всего манили сами книги.

— Талия, я подумал… ради твоей же безопасности нам стоит поспешить со свадьбой. Если мы магически освятим союз, никто не сможет причинить тебе вред, тем более похитить.

— Серьезно? А как ты узнаешь, что меня похитили?

— Каждый раз, когда ты отдалишься от меня на значительное расстояние, я буду точно знать, где ты.

— И только поэтому мы должны пожениться? — Татьяна заглянула в бездонные глаза любимого.

— Нет! Не только поэтому! Я безумно люблю тебя и мечтаю, чтобы ты стала моей женой, а со временем подарила мне маленьких птенчиков.

Он нежно коснулся ее губ, но Татьяне этого было мало. Она обвила его шею руками, слегка прикусывая нижнюю губу. Аннар словно сорвался с цепи. Лишь остатки рассудка удерживали их от того, чтобы оказаться в постели. Мужчина с трудом прервал поцелуй, но не выпустил ее