Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

— Я безумно тебя хочу, но все должно быть правильно! — выдохнул он, собираясь с мыслями. — Создатель может разгневаться и не обручить нас, такие случаи бывали.

— Как думаешь, сколько времени нам понадобится на подготовку? — поинтересовалась девушка, немного успокоившись.

— Максимум две недели. Но я не хочу рисковать тобой, поэтому свадьбу сыграем прямо здесь.

— Тогда нужно предупредить родителей, чтобы они приехали пораньше и начали готовиться к торжеству. И мне все же нужно переместиться. Хочу забрать свои вещи и запасы — консервированные грибы.

Заметив его нахмурившийся взгляд, она успокоила его, демонстрируя браслет, мгновенно проявившийся на ее запястье.

— На сколько перемещений его хватит? — спросил Аннар.

— В книге об этом ничего не сказано. Думаю, все зависит от магической наполненности. А раз он постоянно на руке, то периодически подпитывается магией.

— Вполне возможно, это же древний артефакт. Пойдем, уточним время торжества, и я передам письмо матери. И дам тебе артефакт перемещения на всякий случай.

Зайдя в кабинет, он сделал все то, о чем говорил.

— Аннар, можно вопрос?

— Конечно, любимая! — ответил он и вновь прижал ее к своей груди.

— Почему, когда меня схватил Сатан, вы не переместились, а прилетели?

— Это связано с особенностью всех оборотней. Портал искажает ауру при переходе, поэтому его использование опасно. Только если мы уверены, что на нас никто не нападет. Если бы Сатан не попал вовремя в руки Ддрада и применил магию или боевые артефакты против сотрудников тайного отдела, они бы ничего не смогли сделать. Магия при изменении ауры на какое-то время блокируется. Он бы просто всех уничтожил и скрылся.

— Я вхожу в мир, где предстоит вспомнить и увидеть еще немало чудес. Но сегодня я возвращаюсь домой, иначе отец и бабушка решат, что я пропала.

Аннар замолчал, борясь с желанием удержать Талию рядом. Разум твердил, что ей пора, но сердце противилось разлуке.

— Завтра к вечеру буду ждать тебя здесь.

— Договорились! — Она обняла его и, мимолетно коснувшись губами, отстранилась. — Мне пора.

Прикоснувшись к камню на браслете, она мысленно представила бабушку и перенеслась в знакомую гостиную.

Бабушка Габриэль стояла в объятиях Ддрада, утопая в его поцелуях. Ее руки нежно блуждали по его спине, перебирали черные пряди, а дракон отвечал тихим мурлыканьем, похожим на рокот дремлющего вулкана.

— Ну наконец-то помирились! — радостно воскликнула Татьяна.

Они, словно пойманные с поличным, резко отпрянули друг от друга.

— Не обращайте на меня внимания, продолжайте, — смущенно пробормотала она и, пулей взлетев по лестнице, скрылась в своей комнате.

Минут через двадцать в дверь постучали.

— Бабушка, входи! — крикнула Татьяна, увлеченно перебирая содержимое гардероба. Нужно было решить, что взять с собой завтра.

Габриэль, словно тень, застыла в дверном проеме и молча наблюдала за внучкой. Наконец, неожиданно спросила:

— Ты меня осуждаешь?

— Да чего ты, ба? С чего мне тебя осуждать, если вы любите друг друга? Каждое существо в этом мире заслуживает счастья.

— Но у меня такой возраст… пора думать о внуках, а не о личном счастье! — она грустно вздохнула.

— Брось, не говори ерунды. Каждый человек… — она запнулась на секунду, подбирая слова, — оборотень или дракон, достоин найти свою половинку, и возраст здесь ни при чем.

— Ты правда так думаешь? — она с надеждой посмотрела на внучку.

— Вы красивая пара! Оборотни живут долго, а если вы с ним пройдете обряд, то твоя жизнь станет еще длиннее. Вы сможете нарожать папе сестренок и братишек, а мне — любимых теть и дядей.

— Да ну тебя, болтушка! — всплеснула руками бабушка. — Рано тебе об этом рассуждать!

— Видимо, поэтому через две недели я выхожу замуж! — сообщила Татьяна, улыбаясь, глядя на обескураженное лицо бабушки.

— Погоди, птенчик, что-то я совсем запуталась.

— Бабуля, я выхожу замуж за Аннара через две недели. Надоело, что меня все, кому не лень, похищают.

— Кто похищает? Когда? — голос отца заставил их обеих вздрогнуть. Он возник в комнате совершенно неожиданно.

— Вы только не волнуйтесь, все уже в порядке!

Пока родные не нарисовали в своем воображении самые мрачные картины, Татьяна вкратце пересказала им свою историю и рассказала о встрече с женихом. Там же, на семейном совете, и решили, что свадьбу нужно сыграть как можно скорее.

— Птенчик, когда ты собираешься обратно?

— Обещала завтра вечером, но надеюсь, что кто-нибудь из вас отправится со мной через портал. Во-первых, у меня много вещей, а во-вторых, мне неприлично одной находиться в доме жениха. Здесь же оставаться я боюсь! После первого похищения до сих пор не могу прийти в себя.

— Матушка, что ты думаешь?

— Отправляйся ты, а я предупрежу Амару. С Ддрадом придумаем, как к вам добраться, — предложила Габриэль.

— Я могу оставить вам портальный камень, а мы с папой отправимся с помощью моего браслета, правда, много вещей с собой взять не сможем.

— Тогда так и сделаем.

Глава 37

Отец Талии отлучился ненадолго, умчавшись к председателю совета спросить разрешения на отъезд на свадьбу дочери, и поклялся вернуться довольно быстро.

Наконец, Алас и Татьяна замерли во дворе, готовясь шагнуть в портал, ведущий в особняк Аннара. Габриэль и Ддрад, вопреки всем ожиданиям оставшийся ради любимой и уснувший в гостевой, провожали их. Два рюкзака и две сумки с собранными вещами стояли поодаль, а Татьяна давала последние, полные заботы наставления.

— Пожалуйста, не забудьте соленые грибы, жареные — отдельно, они для жюльена, и сыр!

— Не тревожься, птенчик, все возьмем, тем более ты оставила портальный камень, да и у меня есть свой, — басовито заверил Ддрад, нежно прижимая к себе зардевшуюся Габриэль, которая и не думала вырываться из его объятий.

«Как я рада, что у них все сложилось, что чувства не угасли в серой пыли повседневности!» — подумала Татьяна и вдруг передёрнулась от странного ощущения, будто по телу пробежала стайка мурашек. Ей показалось, что кто-то пристально наблюдает за ней. Подняв глаза, Петровна вгляделась в раскидистую яблоню и увидела, притаившегося в листве, Черса. В его взоре плескалась такая тоска и боль, что Татьяна, не выдержав, отвернулась. Ей было немного жаль мальчишку с его детской влюбленностью, но помочь она ничем не могла. Да и сам виноват, вечно задирал девчонку, да