Песнь Перна - Энн Маккефри

иметь королеву – ведь ты так часто странствуешь из одного конца материка в другой. Так что будем считать, случай сыграл нам только на руку. Не сомневайся – я несказанно доволен своим бронзовым мальчуганом. Какое, право, прелестное существо!

Робинтон облокотился на подушку, крошка-файр доверчиво прильнул к его груди. Арфист заботливо поддерживал его обеими руками.

– Прелестный юный богатырь…

Неожиданно голова Робинтона откинулась, глаза закрылись, и он уснул, не успев закончить фразу.

– Вот чудо так чудо, – тихонько проговорила Сильвина. – Глядите – в кои-то веки уснул сам, без сонного зелья. Ступайте все отсюда, да поживее.

Женщина замахала руками на толпящихся в дверях арфистов. Правда, жест, которым она предложила удалиться лорда Грожу, отличался чуть большей учтивостью. Толстяк понимающе кивнул и, преувеличенно осторожно, ступая на цыпочках, покинул комнату. Выходя, он своей широкой грудью оттеснил от двери любопытных.

Сильвина взяла у камина наполовину опустевшие миски и поставила одну из них рядом со спящим Робинтоном. Менолли сделала знак своей стае, и файры немедленно выпорхнули из окна.

– А ты их неплохо вышколила, – сказал девочке лорд Грож, когда Сильвина закрыла дверь в спальню мастера-арфиста. – Хотелось бы поболтать с тобой о повадках файров. Робинтон говорит, что твои приносят для тебя разные предметы. Скажи, ты тоже, как и он, полагаешь, что если один файр что-то узнает, это становится известно всем остальным?

Девочка смутилась, не зная, что ответить. Она беспомощно оглянулась на Сильвину и увидела, что женщина ободряюще кивает ей.

– Это похоже на правду, лорд Грож. К тому же… только так можно объяснить то, что случилось нынче ночью. А как иначе объяснишь? Разве что спросить у драконов…

– Спросить у драконов? – Лорд Грож оглушительно расхохотался, грозя девочке толстым пальцем. – Говоришь, спросить у драконов? Ха-ха-ха!

Менолли невольно улыбнулась – уж больно заразительный смех был у лорда Грожа. Да и что еще ей оставалось делать? А ведь она совсем не шутила. Сильвина по-хозяйски зашикала на них, грозно косясь на закрытую дверь спальни.

– Ладно, ладно, Сильвина, – примирительно сказал лорд Грож. – Ну и дела творятся у нас в холде! Я спал как убитый, и вдруг Мерга – мало того что разбудила меня, так еще и перепугала до полусмерти. Со мной в жизни не случалось ничего подобного. – Он сокрушенно покачал головой, а Мерга жалобно чирикнула. – Я тебя не виню, малышка. – Он погладил головку ящерицы толстым пальцем. – Ты просто делала то же, что и остальные. А к тебе, девочка, у меня просьба. – Теперь его палец почти упирался в Менолли. – Робинтон говорит, что ты здорово обучила своих файров. Поможешь мне?

– Сочту за честь, мой господин.

– Очень любезно с твоей стороны. А ты, оказывается, вполне учтивая девица, – лорд медленно повернулся в сторону Сильвины и смерил ее тяжелым взглядом, – вполне учтивая, совсем не то, что я ожидал. Разве можно верить тому, что болтают другие? Не зря я всегда полагался только на свое мнение, чего и вам желаю. Я еще переговорю с Робинтоном. Не сейчас, не сейчас, попозже. Но очень скоро. Прощайте.

С этими словами лорд-холдер Форта покинул комнату, кивая и улыбаясь арфистам, которые по-прежнему толпились в коридоре.

Менолли увидела, как Сибелл обменялся тревожным взглядом с Сильвиной, и подошла к ним.

– Скажи, Сильвина, что имел в виду лорд Грож? Почему я не то, что он ожидал?

– Не зря я боялась, что ты это услышишь, – сказала Сильвина, глаза ее сузились от сдерживаемого гнева. Она рассеянно похлопала девочку по плечу. – Просто пошли кое-какие слухи, которые тебе ничуть не повредили, а тем, кто их распускал, не принесли никакой выгоды. Но кое-кто у меня еще попляшет, вот увидишь…

Внезапно Менолли все поняла, и ее захлестнула волна гнева. Красотка чирикнула, в глазах ее сверкнули красные искры.

– Девочки, которые живут у Данки, пережидали Падение в холде, ведь так?

Сильвина пристально и твердо взглянула на девочку.

– Я тебе, кажется, сказала, Менолли: предоставь это мне. А ты, – женщина ткнула в нее пальцем, – займись делами, подобающими арфистам.

Было видно, что Сильвина возмущена не меньше самой Менолли – слишком уж энергично она отряхивала с юбки невидимые пылинки.

– Вы двое оставайтесь здесь и глядите в оба, чтобы никто не помешал мастеру-арфисту. Никто – поняли? – Она пронзила их суровым взглядом. – Он спит, и пусть себе спит, сколько позволит ему маленький непоседа. Может быть, хотя бы так ему иной раз удастся немножко передохнуть, пока он не загонял себя до смерти. – Она взяла поднос. – Камо принесет вам ужин. И им – тоже.

Она плотно прикрыла за собой дверь. Менолли долго глядела на закрытую дверь, все же ощущая, как все внутри у нее сжимается от бессильного гнева. Ведь она не сделала девочкам ничего плохого, почему же они постарались восстановить против нее лорда Грожа? Или все это интриги Данки? Менолли знала: толстуха возненавидела ее за унижение, которому подверглась из-за файров. Но теперь, когда Менолли больше не живет у нее, Данка могла бы и успокоиться… Она взглянула на Сибелла. Юноша внимательно наблюдал за ней, баюкая дремлющую королеву.

– Забудь об этом, Менолли, – тихо, но настойчиво сказал он и указал рукой на письменный стол. – Теперь тебя должны интересовать в первую очередь дела арфистов. Мастер Робинтон велел тебе переписать песню на бумажные листки.

Осторожно, стараясь не потревожить спящую малютку, он достал с полки стопку бумаги и положил на стол.

– Вот и займись этим.

– Не понимаю, чего они хотели добиться, наговаривая про меня лорду Грожу? Что бы он со мной сделал?

Сибелл ничего не ответил. Пододвинув ногой стул, он сел и снова указал ей на нотную запись.

– Сядь, Менолли, и начинай переписывать. Это гораздо важнее и для мастера-арфиста, и для всего цеха, чем мелкие уловки завистливых девчонок.

– Но ведь они могли причинить мне зло. А вдруг лорд Грож поверил бы им? Но я-то не сделала им ничего плохого!

– Все так, но арфистов это не касается. В отличие от песни! Переписывай немедленно! И попробуй сказать мне еще хоть слово…

– Тише, разбудишь свою ящерку, – сказала Менолли, но на всякий случай села за стол и принялась старательно переписывать ноты.

Не стоит ссориться с Сибеллом. Похоже, он действительно вышел из себя.

– Как ты собираешься назвать свою королеву? – примирительно спросила девочка.

– Как назвать? – удивился Сибелл.

Менолли с раскаянием подумала, что своими глупыми разговорами омрачила ему такой радостный день.

– Ты думаешь, я могу сам ее назвать? Да, правда, ведь она моя… – Взор его с нежностью остановился на новорожденной королеве. – Что ж, тогда я назову ее Кими.

– Красивое имя, – одобрила