Аббарр. Песок и пламя - Хельга Воджик

две кварты воинов, чтоб усмирить дартаутиру и бросить в темницу. Говорят, на шее его весело сердце Мэй – омэйру, Южная Звезда и раковина тёмного лунника. Но всякий, кто видел демона, повторял, что он был лишён сердца, а значит, не мог любить, верить и надеяться.

И вот сейчас, четверть оборота спустя, Стурион вновь вспоминал ту ночь, когда крик разорвал его сердце. И вновь гадал, что стало с Каршем. Он добавил его к тем душам, за которые каждый вечер зажигал свечу на окне, чтобы, блуждая в лабиринте тьмы, они нашли путь обратно. Зурри, Ашри, Вариол. Вторую свечу он ставил за тех, кого уже не надеялся увидеть. Дхару, Критару, Сиола, Гаруна. А третью за тех, кто был жив, чтобы лепесток огня согревал их душу, и этих имён, слава Богам, пока ещё было намного больше.

* * *

Стурион ждал лучей Орта. Ждал нового дня. Арпанлия почти стёрлась из памяти, и каждый новый рассвет покрывал её образ ещё одним слоем лака, погружая в туман. Ведь утром всё выглядит иначе. Каждый раз, какой бы тёмной ни была ночь, она отступает перед светом. И эта незыблемость вещей даёт надежду, наполняет силой и разгоняет сомнения.

Почуяв рассвет, Стурион раскрыл двери лавки, вынырнул из перезвона змеек-бусин и, к удивлению, обнаружил стоящего в нескольких шагах биста.

– Вэл Стурион? – низкий незнакомый голос раскатом грома разнёсся по улице.

Торговец прищурился. Северный бист направился к нему. Высокий, широкий в плечах, не молодой, но и не старый, с лицом, отмеченным шрамами. Длинный плащ, коих не носят в белом городе, и цепкий взгляд исследователя.

– Меня зовут Торден с острова Грома, – незнакомец протянул правую руку, и, пожимая её, Стурион заметил, что левая кисть у биста механическая. – Я ищу Эшу.

– Эшу? – удивлённо переспросил Стурион.

– Возможно, вы знаете её как Ашри, – нахмурился Торден.

Стурион покачал головой:

– Боюсь, я не смогу помочь.

Торден хмыкнул.

– Может, я ошибся. Но мальчишка Фрави сказал, что мне нужен торговец Стурион. Есть кто-то иной, носящий это имя?

– Выражусь яснее. Я знаю… знал Ашри. Но я не смогу помочь найти её.

– Всё, что мне надо, – это ваш рассказ о том, что произошло в этом проклятом городе.

Стурион задумался и кивнул:

– Хорошо, Торден с острова Грома, я расскажу, что знаю. Это хоть и не длинный рассказ, но лучше вести его в тени ближайшей чапры за кружечкой терпкой лимры.

Торговец запер дверь и развернулся к неожиданному гостю:

– Не сочтите меня за безумца, но знакомо ли вам имя «Арпанлия»?

По тому, как Торден сдвинул брови и стиснул зубы, старик понял, что попал в цель.

– Это философский камень любого искателя знаний: библиотека Древних, что связывает миры, хранящая свитки механизмов и заклинаний, легенд и изысканий. Но отчего такой вопрос?

Торговец ещё раз взглянул на механическую руку биста и понял, где уже видел подобную искусную работу – крыло кайрина, плоть, срощенная с магией, технология, внедрённая в живой организм, утраченное знание Древних.

– Похоже, вы тот, кого я должен уберечь от непоправимого. Вот только я не знаю, мой рассказ поспособствует этому или, напротив, подтолкнёт к обратному.

– К чему гадать? – Торден улыбнулся, обнажив клыки. – Скоро мы узнаем об этом.

Краткий путеводитель по мейтару. выпуск второй

(Сие издание и последующие выпуски

можно приобрести в лавке Вэла Мэйду,

что расположена в первом кварте торгового сектора Аббарра)

Времяисчисление на Мэйтару

На Мэйтару принято учитывать время по календарю первых бистов. Кто-то верит, что этот календарь был ещё у Древних, что в нём сокрыто тайное знание и зашифрована печать вечности. Если верить изысканиям Арнтхатара Искателя, то календарь этот был един для всего Тхару, но постепенно, как отделялись друг от друга народы и земли, так и менялся «дракон». Но неизменно бескрылый змей (Небесный Дракон) обвивал кольцом сияние Орта, хватая зубами свой хвост и символизируя бесконечность.

Если на Архипелаге чешуйки дракона были ракушками, в Империи – острыми клинками, а Северных землях – льдинками, то на Мэйтару – пластинами, сотканными золотым пламенем Мэй.

Структура календаря подчинена делению на кварту, которая представляет собой не что иное, как два смежных меж собой треугольника – Тхару и Дартау, соприкасающиеся и отражающие друг друга.

Оборот Орта состоит из четырёх сезонов, каждый сезон включает два периода, а каждый период – четыре кварты отрезков по восемь пробуждений светила.

Между четырьмя сезонами существует по шестнадцать дней пустоты. По поверьям, это время Дартау, когда границы миров наиболее тонки и нельзя точно понять, на какой стороне ты находишься. В середине между днями пустоты находятся главные праздники Орта, на каждый из которых отведено по четыре дня.

Итого полный оборот Орта занимает 336 дней: 256 дней сезонов, 64 дня пустоты, 16 дней праздников:

Сезон Бурь —

Орхан и Энха (период Песка и Клыков). Праздник Огня.

Сезон Пробуждения —

Мэйту и Найер (период Конца и Начала). Праздник Оборота.

Сезон Урожая —

Орма и Ортарий (период Восхождения и Сияния). Праздник Каравана.

Сезон Цветения —

Тарима и Инта (период Цветов и Жизни). Праздник Цветения.

Сейчас сложно сказать, почему цветению и урожаю уделено столь большое внимание в самом календаре и празднованиях. Относят это до Гнева Мэй, обратившего благоухающие долины в безжизненные пески. Однако и сегодня на дни Тарима и Инта приходится цветение садов Азура, привлекающее не только жителей Мэйтару, но и гостей из земель, лежащих за кольцом Энхар. Кроме того, в каждом из Оплотов найдётся кварта кварт своих местных традиций и великих дней, способных поразить даже самого взыскательного зрителя и искушённого путешественника.

А для тех, кто желает подразнить орхов, пощекотать нервы и воочию увидеть силу Золотоокой богини, на кромке белых песков во время Орхан и Энха воздвигаются моолонги из закалённого стекла и лунной стали, из камней белых клыков и холодовика. В этой цитадели смелые духом и крепкие сердцем получат не только незабываемый опыт созерцания орхмантиру, но и отведают лучшие блюда Южного Оплота в окружении роскоши, достойной Главных Домов Борумы.

Вы можете вдохнуть традиции песков Мэй вместе с великим караваном – Драконьим Хвостом, оформив тур в торговом секторе у вашего покорного слуги – Вэла Мэйду. Ваша безопасность и комфорт – наша забота!

Воины стали и носители Пламени

Многие впервые прибывающие в белый город находятся под особым впечатлением от псов, роняющих искры из глаз, воинов с золотым цветком на груди, или же пасуют перед суровыми, практически неотличимыми от ваймар наёмниками, что предлагают свои услуги, стоит лишь выйти из Золотых Ворот Аббарра.

Мы попросили книгочея Ситаара Мудроречивого, много оборотов служащего в Архиве Аббарра (второму в мире по величине открытому публичному собранию книг и документов), кратко рассказать о воинах стали и носителях Пламени. И вот что поведал нам почтенный тхару:

«Славен Орт, дарующий свет и разгоняющий