Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход - Эльхан Аскеров

вздохнул, не зная, что и сказать. Впрочем, в данном случае все слова были бессмысленны. В очередной раз вздохнув, парень решил отвлечься и принялся рассматривать проходящих мимо людей, снова пытаясь угадать их сословность и род занятий. Занятие вроде и не особо нужное, но оно помогало научиться, как следует определять, кто есть кто. В этом времени это было важно.

Неожиданно взгляд парня наткнулся на знакомый профиль. Человек, одетый не богато, но добротно, с интересом рассматривал товары у соседа напротив, но Матвей почему-то был абсолютно уверен, что сюда он пришёл совсем по другой причине. Прикрыв глаза, парень старательно перебирал в памяти всех, с кем сталкивался на ярмарках в прошлые разы. Особенно тех, кто имел хоть какое-то отношение к криминалу.

От воспоминаний парня отвлёк крепкий купец средних лет, остановившийся у прилавка. Внимание его привлекли разложенные замки. Задумчиво взвесив на ладони навесной замок, купец подёргал дужку и удивлённо хмыкнув, уточнил:

– Языки у них кованые или просто литые?

– Кованые, да ещё и подкалены. Так просто не сковырнёшь, – едва заметно улыбнулся Матвей в ответ. – И пилить не получится. Напильник впустую скользить станет.

– Хитро, – одобрительно проворчал купец.

– Так ведь знаем, для чего товар, потому и делаем так, чтоб на него хоть какая надёжа была.

– Славно, славно, – закивал купец. – А эти замки для чего? – Ткнул он пальцем в язычок врезного запора.

– Для дверей. В кабинет там, кладовую, или ещё куда.

– Это как? – насторожился купец.

– А берёте замок этот и в дверь его врезаете. А после запираете, как вам потребно будет. Только плотник толковый нужен, чтобы замок посадил крепко. Иначе, болтаясь, он и косяк разобьёт, и получится не запор, а сплошное безобразие.

– Погоди, это не ты в прошлом годе у старшины базарного спор выиграл, когда он по замку кувалдой колотить принялся? – вспомнил купец.

– Я и есть, – чуть усмехнулся Матвей, вспомнив тот эпизод.

– Ага. Вот значит, откуда он те запоры брал, – непонятно чему обрадовался купец. – А сколь всего запоров привёз?

– По дюжине тех и других.

– И почём торговать станешь?

– Двадцать пять рублей на ассигнации. Серебром, само собой, дешевле встанет.

– А ежели я половину серебром, а половину ассигнациями дам?

– Так это сколько сразу брать станете, – задумчиво протянул Матвей.

– Все заберу, – решительно заявил купец.

– Ну, тогда серебром я по двадцать рублей возьму, а ассигнациями по двадцать три.

– Двадцать два, и по рукам, – решил оставить за собой последнее слово купец.

– Всё заберете, значит, – сделал вид, что задумался Матвей.

– Всё, – тут же кивнул купец.

– Добре. Забирайте, – махнул парень рукой.

– От и славно, – засуетился купец, жестом подзывая из толпы какого-то крепкого парня.

Подойдя, тот с грохотом выложил на прилавок небольшой, обитый железными полосами сундучок.

– А я-то думаю, откуда он серебро в таком количестве доставать собирается, – проворчал про себя Матвей, удивлённо рассматривая этот переносной сейф.

Купец ловко отсчитал нужную сумму монетами и, ссыпав их в широкий кожаный кисет, подвинул его к парню. После, вытянув из внутреннего кармана лопатник, он отслюнявил нужное количество местных портянок и, не говоря ни слова, тут же начал укладывать купленные замки в подставленную помощником корзину.

– В расчёте? – закончив, иронично уточнил купец.

– В расчёте, – спокойно кивнул Матвей, уже успевший пересчитать деньги. – А дозвольте спросить, почтенный. Чего это вы серебро в таком сундуке носите.

– А как его ещё носить? – удивился купец.

– Нет, то, что в сундучке, это верно. Не разрежешь и не порвётся, а вот человек ваш, он-то не защищён. Дадут злодеи кистенём по затылку, и поминай, как звали. Рука-то сама поневоле ослабнет.

– Так что ж ему, в шишаке ходить? – растерялся купец.

– Шишак, оно бы и неплохо, да только, всё одно не поможет. Тут другое потребно. Цепочку к сундучку, а на другом конце кольцо кандальное, как у полицейских. Замкнул на руке, и хоть по голове, хоть по морде, всё одно сундучок не унесёшь, потому как он к руке прицеплен.

– Это выходит, только ключом или руку рубить? – моментально сообразил купец.

– Верно.

– И кто такое сделать может? – озадачился купец.

– Так любой толковый кузнец сделает, – удивлённо развёл Матвей руками.

– Где б их ещё взять, толковых? – удручённо проворчал купец. – Вот ты можешь сделать?

– Могу. Я ж и придумал. Но мне прежде надо до станицы добраться. Кузня-то у нас там.

– Вот ведь, – скривился купец, огорчённо сгребая бороду в горсть.

– Да и сундучок можно из тонкого железа сделать. Плоский, чтобы носить удобнее было, – принялся развивать парень свою идею.

– А заказ на такое возьмёшь? – помолчав, поинтересовался купец.

– Да взять-то не долго. А вот как вы его, почтенный, забирать станете? Я ж только в станице работаю. А сюда, даст бог, только через год приеду. И что получится? Случись со мной чего, вы заказа и денег лишитесь, а не приведи бог, с вами я впустую работать стану. Ну и к чему это всё?

– Умён, бес, – одобрительно хмыкнул купец. – Добре, думать стану, как лучше будет. Бывай здоров, мастер.

– И вам здоровья, почтенный, – блеснул Матвей ответной вежливостью.

– Ох, и удачлив ты в торговле, Матвейка, – проворчал кузнец, одобрительно хлопая сына по плечу. – Который уж раз со мной сюда приезжаешь, и завсегда первым свой товар отдаёшь.

– Брось, бать. Одним миром живём, – отмахнулся Матвей. – Лучше сходи, про хлеб узнай. Даст бог, нам этого на всё хватит, – шлёпнул парень себя по ладони свёрнутыми купюрами. – На ярмарке всяко дешевле будет, чем у купцов брать.

– Это ты верно сказал, – кивнул мастер, забирая деньги. – Пойду тогда.

– Ага, ступай. Я присмотрю, – улыбнулся парень, возвращаясь к прилавку.

Он заметил, что пока шёл торг с купцом, тот мужик, на которого Матвей обратил внимание, продолжал торчать у прилавка напротив. Это насторожило парня, но предпринимать что-то сейчас было неправильно. Ведь мужик никому ничего не сделал. Ну, стоит человек у прилавка и стоит. Может, товар выбирает или никак решить не может, что именно в первую голову купить. Но где-то Матвей его точно видел. Только где именно, он никак не мог вспомнить.

Перекладывая товар на освободившееся место, парень старался держать заинтересовавшего его мужика краем глаза, одновременно пытаясь вспомнить, где его видел. От напряжения даже голова болеть начала. Тем временем мужик, медленно смещаясь, отодвинулся к следующему прилавку и, сделав длинный шаг, стремительно скрылся в толпе. Это стало последней каплей, убедившей Матвея в том, что его опасения не разыгравшаяся паранойя, а реальная опасность.

Честному человеку нет необходимости применять подобные ухищрения, чтобы избежать даже случайной встречи с кем-то. Но преследовать его парень сейчас не мог. Сам отправил отца