Газлайтер - Григорий Володин

Я вмешиваюсь, аккуратно подправляя восприятие Храка. Усиливаю его понимание того, что он заслужил это наследство по праву. Его успехи — это результат его труда, его усилий. Он был опорой для отца и для всего семейного дела, тогда как его братья просто упустили свой шанс. Это не жадность и не воровство, это справедливость.

Процесс идёт быстро, но для Храка это настоящая внутренняя революция. Ещё несколько минут — и я чувствую, как его сознание освобождается от тяжёлого груза. Вина растворяется, как дым. Он смотрит на меня с облегчением, его глаза ясны, а плечи расправлены.

— Я больше не хромоножка, — с удивлением и недоверием произносит Храк, двигая ногой, словно проверяя, действительно ли всё изменилось. Его радость становится ощутимой — она словно пульсирует вокруг, заполняя всё пространство. — Великая кошка меня подери! Спасибо вам… огромное спасибо!

— Легкой поступи, господин Храк, —отвечаю я, наблюдая, как купец делает первые уверенные шаги. Светка с Настей тоже с удивлением смотрят, как пузатый «ягуар» теперь расхаживает так легко и уверенно, будто всю жизнь танцевал на носочках, как балерина.

Храк, сияющий от счастья, не может находиться, явно не до конца веря, что теперь его ноги свободны от боли и хромоты. А я возвращаюсь к девушкам. Пора уже ложиться. Впереди нас ждёт ещё один долгий день пути.

Когда подхожу к спальному мешку, вижу, как Настя со Светкой уже устроились по обе стороны от моего места. Каждая в своём мешке, но так, чтобы быть рядом. А Змейка, как всегда, отличилась: устроилась у меня в ногах, свернувшись в кольцо, как настоящая змея. Ну, хоть пяткам тепло будет. Усмехаюсь, мысленно вздыхая, и укладываюсь, чувствуя, что с таким «одеялом» можно даже обойтись без огня. Паленому, кстати, улыбнулась удача — он уединился с одной из «ягуарок». Сегодня наемнику точно не придется скучать.

Рано утром обоз снова отправляется в путь. Небо едва начинает светлеть, и всё вокруг окутано лёгким утренним туманом. Мы двигаемся с тем же упорством, как и накануне. Вскоре дорога приводит нас к границе со страной павлинари — Перьяндаром. Здесь наш общий маршрут заканчивается, и пришло время расставаться.

Храк расплачивается со мной щедро. В десять раз больше, чем было оговорено в самом начале. Я подкидываю в руке тяжёлый мешок с золотом. Неплохо, очень даже. Паленый с удивлением поднимает бровь.

— Ого себе щедрость! За одно сопровождение? Что-то слишком много, не находишь, шеф?

Я не придаю этому особого значения, убирая золото в седельную сумку и слегка усмехнувшись:

— Золото, Паленый, не бывает лишним, — замечаю. — Ты ведь наёмник, а значит, должен это понимать.

Паленый таращится на мешок.

— Офигеть купец расщедрился….Такое вообще бывает? А может, шеф, ты ему мозги взломал, а?

— Что за глупости, шрамомордый! — фыркает Светка, заступившись за мою честность. — Такое ляпнуть мог только ты! Мир не без честных людей! Уясни наконец! Даня вылечил пузатого торгаша от хромоножки, вот он и поблагодарил как полагается! А ты сразу «взломал»… Надо же такое сморозить!

— И ничего я не морожу, — обиделся наёмник. — Я вообще-то огневик, а не ледовик…

А я между тем мысленно прикидываю, сколько ещё удастся накопить в ближайшее время. Надо бы заглянуть к тем снежным великанам, может удастся договориться о новых телегах… Что-то они очень уж богаты и сами не понимают этого. Хороший повод сторговаться. Золото я теперь берегу. Тем более, что на чеканку монет больше не трачусь — Тавириния полностью перейдет на банкноты, и каждый грамм золота станет ценным сбережением.

Теперь золото будет не разменной монетой, а фундаментом для экономической стабильности моего конунгства. Использовать его для накоплений, не разбрасываясь на мелкие расходы, — вот ключ к прочной и надёжной финансовой системе. Банкноты будут в ходу, а золото — спрятано, накапливаясь в сокровищницах, создавая подушку безопасности для больших проектов и непредвиденных кризисов. Охо-хо, какой же я коварный телепат! Сам себе поражаюсь!

— Банкноты в обращении, золото — в резерве, — добавляю я, с усмешкой поглядывая на Паленого. — Вот так и строится настоящая империя, друг. Это я у пиндосов научился.

— У кого?

— Ай, неважно.

На шестилапках двигаемся по территории павлинари. К счастью, пограничные заставы пока не попались, но патрулей нам не миновать. Кроме того, «ягуары» предупреждали, что здесь частенько орудуют разбойники. И это большая удача на самом деле! Быстрее бы пересечься с бандитосами! Это бы сильно помогло нашей конспирации!

Я сканирую окрестности и скоро замечаю небольшую шайку бандитов, но они где-то в лесу сидят, за несколько километров от нас. Эх, мимо. Слишком далеко, чтобы тратить на них силы и время. Мы едем дальше, не замедляя ход.

Через некоторое время засекаю впереди троих павлинари. Хоть бы разбойники! Хоть бы! Хоть бы!

Велю спутникам остановиться и подождать меня.

— Я с тобой! — вдруг упирается Светка. — Не собираешься же ты снова всё сделать сам?

Упрямая девчонка, что с неё возьмёшь?

— Искра, ты не можешь пойти, — отвечаю я спокойно. — Твой мощный источник сразу их спугнёт.

— Мощный? — На лице Светки на мгновение вспыхивает гордость, — Ну ладно. Но с тебя стимуляция каналов, дорогой, — быстро добавляет она с хитрым прищуром. — И меридианов тоже.

Я хмыкаю.

— Договорились, — бросаю ей через плечо, скрываясь дальше за поворотом.

Скачу навстречу шайке, прихватив с собой только Змейку, которая уютно устроилась сзади меня, её руки обхватили меня за талию, а плащ развевается на ветру. Впереди замаячила небольшая встреча. Надеюсь, она не будет дружелюбной.

Вот и павлинари на горизонте. Трое. Этих ребят сложно не заметить — вроде бы похожи на людей, но с яркими павлиньими перьями на голове и плечах.

Перед тем как подъехать, я «включаю» Васю-Василиска. Животина помогает скрыть мой источник, так чтобы павлинари не смогли меня сразу «считать». Вдруг среди них есть сканер? Подстраховка лишней не будет. Главное — не спугнуть.

Пока мы приближаемся, чувствую, как за моей спиной Змейка шипит что-то раздражённое под нос. Неудивительно — её, вечную нудистку, заставили натянуть плащ. А это ей, мягко говоря, не по душе.

Трое павлинари приближаются ко мне и Змейке, слегка окружая нас полукругом. Ага, не хотят просто разъехаться. Надежда есть!

В их глазах — насмешка и превосходство. Самый яркоголовый, фыркнув, заглядывает нам под