Метемпсихоз - Борис Вячеславович Конофальский

- С человеком вообще никаких проблем, - отвечает отец Сергей. – Но вот с даргом… Мы долгое время добивались того, чтобы здесь, в городе, нас не воспринимали как секту опасных сумасшедших, понимаете; и местные стали доверять нам… Ну, относительно недавно, - он показывает на Веронику, - вот Вера не даст соврать. Вероника работает в библиотеке для города бесплатно, и некоторых людей лечим тоже бесплатно… Мы сотрудничаем с властями… И вроде всё неплохо… У нас в приюте часто останавливаются разные люди, идущие к пророку, местные к этому уже, кажется, привыкли…

«Жертвователи через вас проходят, их немало, и местных это напрягало. С этим понятно».

-… но вот дарг… Если кто-то вдруг узнает, что мы тут дарга приютили… Вы же понимаете.

Горохов понимает, ему и самому хочется избавиться от Гупы, и побыстрее. И тогда он говорит:

- Хорошо, сообщите в Обитель, что со мною нужный пророку проводник и самка дарга, увязавшаяся за ним. Спросите, могу ли я приехать с ними в Обитель.

- Понял, а… а от кого должно… от кого передать это сообщение? – уточняет священник. – Как вас назвать?

Как назвать? Андрей Николаевич на секунду задумывается…

«Как назвать, как назвать?».

Бывший оперуполномоченный не находит ничего лучшего:

- Ну, скажите, что от человека со знаком паука, – он лезет в тайный карманчик и достаёт оттуда монету. Показывает её отцу Сергею. Этого оказывается достаточно, тот кивает и быстро уходит.

А Андрей Николаевич остаётся с Вероникой, и она спрашивает, убирая за ним грязную посуду:

- Может, ещё чая? Или поесть хотите? Я сейчас же закажу еду из столовой, там неплохая еда, у них всегда хорошая каша из кукурузы с тыквой.

Но он уже перебил аппетит чаем с хлебом, и теперь интересуется:

- Курить у вас можно?

Да, он знал, что адепты будущего не курят, так как это неуважение к жертвователям и творениям пророка, но ему сейчас всё равно. И она на удивление легко соглашается с его желанием:

- Конечно, я только дверь закрою, - женщина уходит и возвращается из своей комнаты с пепельницей. Конечно, сама она не курит, но её посетители…

- Твои клиенты в основном не местные? – спрашивает он, закурив и глядя на неё, а женщина тем временем усаживается напротив него.

- Да, это шофёры, торговцы и удачливые охотники, что ходят за вараном, – отвечает она и соглашается с ним: – Скорее не местные.

- А местным ты не по карману? – догадывается Горохов.

- Ну, местные тоже есть мужички зажиточные, но они заскакивают нечасто, тайком, - она усмехается, и в её усмешке чувствуется уверенность в своих женских чарах, - жён боятся.

Седина её вовсе не портит, он помнит, как она выглядит без одежды. И первый раз он посчитал её привлекательной, но тогда он был напряжён, слишком всё было непросто. Теперь всё по-другому. А женщина словно чувствует это. Или она всегда так себя ведёт с мужчинами? В общем-то быть привлекательной, подавать себя – это часть её профессии.

«Сколько ей лет… она говорила… Кажется, пятьдесят восемь, - но его к ней тянет. В этом нет никаких сомнений. – Пятьдесят восемь – отлично, значит, опытная».

Горохов тушит сигарету в пепельнице и встаёт, подходит к ней… Она ждёт, смотрит на него, улыбается, а он берёт её за грудь. Вероника не носит лифчика, он ей не нужен…

«Пятьдесят восемь, а грудь по ощущениям как у Эллы».

Женщина подаётся к нему, она не против, чтобы он прикасался к ней. А Андрей Николаевич и говорит:

- Дойду до машины, сейчас вернусь.

- Хорошо, - сразу откликается Вероника.

Он доходит до своего «Термита». Шубу-Ухай и Гупа рады его появлению. Видно, им тут, в большом посёлке, среди множества людей, даже в закрытой машине не по себе.

- Ну что, тут остаёмся или едем куда? – сразу спрашивает охотник.

- Нет, пока никуда не едем, нужно подождать. – отвечает бывший оперуполномоченный. – Сидите тихо.

Убедившись, что всё в порядке, он возвращается в библиотеку, а Вероника встречает его почти раздетая, на столе пара рюмок, половина бутылки водки, она даже успела помыть пепельницу.

Андрей Николаевич, идя за нею, не удерживается и берёт женщину за ягодицу, уж больно зад у Вероники красивый…

Но и в этот раз у них ничего не получилось: едва они отошли от дверей, только она взялась за бутылку, как в дверь снова постучали.

Женщина, как была, без одежды, в одних трусах и босиком, подошла к двери и почти сразу её открыла. Это пришёл отец Сергей. Он не обратил внимания на голую Веронику – очевидно, такой её вид и для священника был не в диковинку, – и сообщил бывшему оперуполномоченному:

- Из Обители ответили сразу: приказано человека, которого вы привезли, приютить нам, а вам и пленному даргу ехать в Обитель.

- Понятно, - ответил Андрей Николаевич и сел в кресло. – Ну, значит, отвезу туда дарга.

А отец Сергей взглянул на Веронику и, повернувшись к Андрею Николаевичу, сказал:

- Тьютор Всеблагого просил, чтобы я максимально содействовал вам, а также ускорил ваше прибытие в Обитель.

Глава 49

Ну что тут будешь делать? Ладно. Андрей Николаевич взглянул на Веронику и сказал:

- Человек, которого нужно здесь оставить… У него вши.

Библиотекарша уже надевала свой комбинезон.

- Ничего, не первый раз у нас такое, – и она оборачивается к священнику. – Тогда разместим его в наших кельях?

Отец Сергей продолжил её мысль:

- У нас есть за чертой селения несколько построек, там обычно живут наши паломники, там есть средства для обеззараживания.

«Паломники? Скажи уж, жертвователи, вам их привозят сюда со всей пустыни, а у вас тут отстойник, где вы их моете и от паразитов избавляете, прежде чем пустить их в баки для переработки, - и тут в голову ему приходит ещё одна неприятная мысль: – Как бы они Шубу-Ухая не пустили на белкѝ, Бог их знает, что они там придумали».

И поэтому он говорит священнику:

- Этот человек мне будет нужен, с ним ничего не должно случиться.

- Не волнуйтесь, не волнуйтесь, - заверил его руководитель общины. - Мы всё понимаем, мы знаем, что он нужен пророку для важного дела.