Странник и его спутники - Алексей Вячеславович Зубков

— Ты все слышал. Как тебе идея?

— Я бы такую бумагу не купил, — помотал головой верный спутник.

— Потому что у тебя слишком чистая совесть. За все, что мы с тобой натворили, отвечать перед Господом буду я, а ты ответишь ему, что честно служил своему господину. Сформулируй так, чтобы понял хилиарх Блохт. И без ереси.

— Блохт? — возмутилась Хелинда.

После того, как Блохт приговорил ее к четырем поединкам без перерыва, она его, конечно, недолюбливает.

— Ему понравится. Он достаточно умен, чтобы оценить потенциальную доходность этой идеи. Достаточно грамотен, чтобы добавить правильное духовное обоснование. Может быть, даже с цитатами из священных свитков. И он занимает достаточно высокое положение, чтобы продавить это решение для начала на уровне экзархов. Вы не можете по-дружески написать ему, а я могу.

— В чем ваша выгода?

— В дружбе с хилиархом Блохтом. Она и вам понадобится, когда Его Высочество поедет в Пайт-Сокхайлей на коронацию.

— Ох, точно! Храм же…

И Адемар, и Хель уже строили стратегии, исходя из предположения, что Артиго Готдуа непременно унаследует трон в обозримом будущем.

— Кстати, Блохт огорчился, что вы, как шампьон Господа не посетили Храм ради благодарственной молитвы. Я пообещал вас пристыдить.

— Сейчас все брошу и пойду молиться, — нахмурилась Хель.

— Я только что из Пустошей. Я, конечно, понимаю, что у вас там нет ни одной церкви, а все священники — беглые расстриги. Поэтому, конечно, хорошо, что вы не впали там в какую-нибудь местную ересь. С другой стороны, ваше нынешнее положение обязывает иметь хоть какую-то грамотность в богословских вопросах.

— Кто бы мне эту грамотность объяснил, чтобы меня не сожгли в процессе.

Почему «сожгли»? Жгут всё-таки не самих еретиков, а их сочинения. Подобное в Ойкумене практиковалось редко, потому что, как всем известно, жгут черти в аду грешников, и уподобляться нечистой силе — плохо. Церковь решала вопросы с еретиками по возможности тихо, не привлекая ненужного внимания к самому существованию еретиков.

Адемар подумал, что духовной грамотности он обязан вовсе не книгам. Всю сознательную жизнь он слушал нравоучения в пересказе священников и не прочитал ни одной духовной книги. Ни одного свитка из шестидесяти шести. Духовные книги читали священники и на проповедях адаптировали дух написанного в форме, доступной для прихожан. Книгу недостаточно прочитать. Надо ее понять, и понять правильно. Для правильного понимания священных книг священники учатся несколько лет в своих семинариях.

То есть, духовное сознание и мирян, и священников формировалось годами устной традиции передачи знаний. А книги выполняли важную роль неизменного первоисточника, с которым устная традиция сверялась, чтобы случайно не исказиться от пересказа к пересказу.

Как быстро привить правильное духовное сознание человеку из Пустошей, который про Пантократора знает только то, что тот обитает где-то в небесах, и это не совсем те небеса, которые видны над головой? Найти постоянного духовника.

— В свите Артиго Готдуа есть священник… — неуверенно предположил Адемар.

— Брат Кадфаль. Из Искупителей, — уточнила Хелинда.

Понятно. В порядке общей эрудиции Весмон знал, что при церкви есть некий Орден Искупителей. Туда принимают кающихся грешников, которые обязуются делать богоугодные дела до самой смерти. В том числе грязные и кровавые богоугодные дела, об которые не положено пачкать руки людям с духовным званием. Церковь даже не несет ответственности за деяния Искупителей. Формально у них нет статуса монахов или священников. Да и учеба в семинарии для них не обязательна. То есть, несмотря на то, что брат Кадфаль производит впечатление духовного лица, на самом деле он может оказаться кем угодно, хоть бывшим разбойником.

Думал Адемар быстро, и пауза не затянулась.

— Корбо. Пока мы тут, займись, — решил он.

— Да, господин.

— Корбо? — удивилась Хель с нотками недоверия, — Ты теолог?

— Я пока не нашел подходящего для путешествий духовника, — пояснил Адемар, — Корбо хотя бы прослушал два семестра теологии.

За те два дня, пока наследник трона собирался в путь, а это очень быстро, Корбо с задачей справился. Он несколько удивился предложению распродавать отпущения грехов кому попало. Но идею купить себе могучего союзника за чужие деньги счёл заслуживающей попытки.

Он аккуратно и в правильной терминологии изложил основные тезисы для хилиарха Блохта. Адемар приложил творчество «неизвестного теолога» уже к своему письму как «интересную идею, требующую оценки компетентного человека».

Артиго Готдуа хилиарха Блохта вспомнил. Встречались в Пайте.

— Священник как священник, — пожал плечами Артиго, — Не сказать, что святой. Но умный, вежливый, ненавязчивый.

Этих эпитетов хватило Адемару, чтобы не покривить душой в сопроводительном письме.

…Наш общий знакомый Артиго Готдуа был бы благодарен за ваше благословение и рекомендации для высшего общества Закатного Севера. Он по молодости и скромности до сих пор не посетил столицу и не представился королю. Но весьма умен и не забывает своих друзей. При встрече сразу вспомнил меня, и вас при мне помянул добрым словом.

Статус наследника все еще при нем, если, конечно, я не пропустил новость, что его выписали из очереди на наследование трона. Император Оттовио, дай ему Пантократор здоровья, насколько мне известно, до сих пор не женат и даже не помолвлен…

Обратный адрес он указал в Карфрай, столице Закатного Севера, Бриану Кастельману для Адемара Весмона.

Поехали покорять еще одну столицу. Получится? Да должно. Карфрай маленький и скучный город. Хотя по-своему красивый. Высшее общество там немногочисленное, но существенно более дружное по сравнению с Закатным Югом. С Ильдефингенами и Монвузенами могут возникнуть некоторые разногласия. Кастельманы должны быть за нас.

32. Глава. Дневник Тины

Добрый господин. Вы мне наказали записывать, что здесь происходит, я честно пишу. Вот мои записи.

Сегодня часовой на стене уснул. Госпожа приказала его высечь. Он ругался, что бабе не положено сечь мужиков и кто она такая. Госпожа приказала его повесить. Он сразу все осознал и просил прощения, но Госпожа его не простила, потому что в Наставлении Магистра так написано. В этой книге написано много умного, а много и всем понятного. Любой владелец замка бы за такое повесил, и вы тоже.

Сразу повесить не смогли, потому что палача нет, и никто в палачи не хочет. Палач грязная работа. Госпожа вспомнила, что в приличных городах как Малэрсид или Пайт-Сокхайлей палач шлюх опекает. Сразу шесть добровольцев в палачи нашлось. Жук сказал, что он лучше сам будет вешать, чем баб