Хозяйственный романс для попаданки - Лора Лей

Мария приняла себя там, вряд ли что-то помешало бы и здесь жить так, как хотелось… Конечно, учитывая местные традиции и ментальность, особенно, если не лезть далеко, например, не стремиться на сцену или не внедряя неприемлемые для данной эпохи прогрессивные тезисы типа феминизма или демократии… Ну как-то так, тихо и размеренно, как описывали классики: домашние хлопоты, вечера за книгой или рукоделием, короткие путешествия, музицирование для души… В общем-то, она к такому раскладу уже привыкла, фактически. А натуру, при желании, можно и приструнить — жить-то ей нравится больше, чем рисковать положением ради призрачного шанса прославиться в веках!

Да… А он возьмись и появись, этот необычный, зацепивший душу и тело, товарищ! И всё изменилось… И захотелось неиспытанного, неизведанного, невкушенного… И, закономерно, поперло: «А почему бы и нет?» Фантазии разыгрались, мечты поманили, сущность затрепетала… Свадьба перестала казаться миражом, а следом за ней и прочие составляющие союза мужчины и женщины подтянулись. Это ведь нормально?

И на фоне анализа событий последних месяцев в голове попаданки четко выстроилась идея: она хочет иметь место, в котором жизнь пойдет по её правилам! Прошлое Мэри Барнет станет частью истории, настоящее и будущее будет принадлежать Мэри Уайт! Дело за малым — стать ею как можно скорее.

* * *

Прием в честь именинников Барнет в Литлл-хаусе прошел в атмосфере позитива, за обильным столом, в приятной компании единомышленников, весело и непринужденно беседующих на самые разные темы и расслабленно наслаждающимися прекрасным музыкальным сопровождением торжества «из рук» молодой хозяйки дома.

Гости и домочадцы радовались общению и еде, а Мэри подтвердила для себя правильность принятого решения — ускорить смену своего социального статуса. Наблюдая за племянниками, отцом, приглашенными гостями, она спокойно констатировала свою отчужденность от них.

«Они справятся без меня, определенно! Люси, несмотря на юность, вместе с Энни сможет управляться с домашними делами, Лиам станет правой рукой сквайра в делах, ему даже на пользу пойдет такое, да и батюшка будет чувствовать себя иначе в компании молодежи, наставляя их и направляя, делясь опытом и мудростью…» — думала Мэри, подспудно готовясь совершить каминг-аут в первоначальном смысле фразы (coming out of the closet — букв. «выйти из чулана», из тени), то есть, сделать созревшие в голове планы о «самоопределении вплоть до отделения» достоянием общественности. Но пока не знала, как осуществить это наилучшим способом.

* * *

Толчком к действию стал разговор с женихом, случившийся через несколько дней после приезда Фолкэна в Литлл-хаус. Молодой человек вернулся заметно уставшим, похудевшим и показался Мэри немного расстроенным, несмотря на позитив в словах и тепло во взглядах на обитателей дома Барнетов. Он был как обычно сдержан, вежлив, уравновешен, но попаданка отметила про себя, что жених часто задерживает на ней взгляд, в котором сквозит грусть. Это тревожило женщину, но поговорить у них наедине как-то не выходило: то отсыпался Сокол, то беседовал с племянником, тестем и его гостями, то Мэри суетилась по хозяйству… Между ними не то, чтобы пробежала черная кошка, но некая неловкость ощущалась…

Она уж было подумала… Оказалось, причина была в другом, и это другое очень резонировало с ее собственными размышлениями, что вызвало в душе попаданки облегчение и поставило точку в сомнениях относительно маячившего на грани сознания решения.

* * *

Осень в этой Британии за прошедшие четыре года с перерождения Мэри была разной, но больше дождливой, туманной, ветреной, хотя порой радовала погожими солнечными днями и даже целыми неделями прохладной, но комфортной погоды вплоть до конца ноября — начала декабря. Попаданка отмечала, что в отличие от прошлой, московской, местная «унылая пора» оказалась более мягкой и как бы растянутой в плане сохранения разноцветья листвы, зелени травяного покрова и синевы неба, что делало её не столь соответствующей вышеприведенным словам великого поэта.

Мэри нравилось такое затяжное «умирание» природы, когда оголившиеся кроны деревьев наблюдались меньшее количество времени и приходились именно на зиму, чтобы уже в конце февраля начать покрываться почками и готовиться к возрождению красок вместе с пробивающейся новой зеленой порослью на земле.

В прогулках в этот период она находила особую прелесть: свежесть влажного воздуха заставляла двигаться активнее, дышалось легко, возвращение в теплый дом воспринималось как благодать, отчего хотелось улыбаться и благословлять Господа за малые радости жизни.

Поездка в Истон-корт, который Мэри полюбила прежде всего из-за леса и тишины, вместе с Кларксонами, слава Богу, не состоялась, иначе вся прелесть заповедного уголка была бы испорчена неприятными воспоминаниями об этих родственниках. Поэтому, когда молодежь заявила о желании прокатиться верхом до усадьбы Бёрли, в которой Фолкэн не был, Мэри с энтузиазмом подхватила клич, к тому же день выдался на удивление солнечный и безветренный.

Племянники рванули вперед, а взрослые всадники предпочли неторопливую конную прогулку, совместив её с разговором о том, о сем, незаметно вырулив на тему хандры мистера Уайта, что Мэри волновало больше повествования о достижениях слуг маркиза в отлове кабанов, расплодившихся в Шервуде в этом году, или предпочтениях шотландских гостей в выпивке.

Глава 71

— Вы заметили моё не совсем бодрое настроение? — грустно улыбнулся краешком губ полукровка. — И наверняка подумали, что я… изменил своё намерение жениться, так? — Фолкэн посмотрел на невесту.

— Признаюсь, мистер Уайт, приходили такие мысли… — не стала отрицать попаданка. — За время нашего …необщения, я, честно скажу, так увлеклась домашними разборками, что про помолвку вспоминала редко… А когда Вы приехали и …ведете себя… прохладно… Тут любая задумается, не находите? Даже если и у самой рыльце в пушку… В том смысле, что на шею не бросаюсь, на свидание не зову, не пристаю… — Мэри немного смутилась, что вызвало тихий фырк у жениха.

— Из того, что я узнал, Вам тут не до свадьбы было… Но платье Вы шили, значит, от брака отказываться не собирались! — Фолкэн кинул на собеседницу довольный взгляд. — Мэри, я рад, что Вы не изменили мнение на этот счет, а еще, что Вас волнует мое состояние. Я постараюсь объясниться, прошу только не сердиться, если задену ненароком Ваши чувства… английской леди.

Попаданка с интересом глянула на едущего рядом мужчину и приготовилась слушать: по его виду было понятно, что Фолкэн пытается сформулировать непростые мысли, и интуиция подсказывала, что речь пойдет не об их взаимоотношениях, а о впечатлениях полукровки о Британии. Последовавший за короткой паузой монолог подтвердил догадку, заодно успокоив Мэри относительно планов и намерений жениха.

— Я …Черт, как сложно-то! — Белый Сокол провел рукой по