Зов Юкона - Роберт Уильям Сервис

кто денег хотел,

Кто золото здесь искал;

Тут въявь и всерьез въелся в жилы мороз —

Сказанья полярных скал.

Но поди, опиши ночь в полярной глуши —

Господи, помоги —

Ту ночь, когда средь Лебаржского льда

Сжег я Сэма Мак-Ги.

Перевод Е. Витковского

Моя Мадонна

Я с улицы девку привел домой

(Хоть шлюха – но краше нет!),

На стул посадил ее перед собой,

Ее написал портрет.

Сумел на картине я нрав ее скрыть,

Ребенка ей в руки дал…

Писал ее той, кем могла она быть,

Коль Грех Чистотою бы стал.

Смеясь, на портрет поглядела она,

И – скрыла ее темнота…

Явился знаток и сказал: «Старина,

Да это же – Мать Христа!»

Добавил я нимб над ее головой,

Картину сумел продать;

Вы можете холст этот в церкви святой

Илларии увидать.

Перевод С. Шоргина

Незабываемое

Я знаю сад под сенью старых крон,

И ту, что там сидит в погожий день;

Она свежей и краше, чем сирень,

И взор ее мечтою озарен!

Унылую мансарду знаю я,

Того, чей труд – бумага и стило;

Ночами, глядя в мутное стекло,

Он ищет звезды, горечь затая.

И странно: океанская волна

Их разделяет яростью своей;

Но он в саду сегодня рядом с ней,

И вместе с ним на чердаке она.

Перевод Ю. Лукача

Плата по счету

Как славно взять да завернуть в шикарный ресторан,

Где дразнит нюх приятный дух, где вина разных стран,

Где все приветливы с тобой, где бабы хороши,

Сигары, музыка, цветы – вот праздник для души!

Коль можно вволю пить и жрать, приятно жизнь течет,

Но трудно слезы удержать, когда приносят счет.

Прекрасно ночи все подряд резвиться и гулять,

И пороскошнее наряд, а денег не считать;

Плыть по теченью, каждый день искать одних забав,

То куш сорвать, то сесть на мель, удачу потеряв;

Но вот Природа скажет: «Стоп!» – и денег не возьмет.

Придет пора – здоровьем ты оплатишь этот счет.

Мы все у времени в плену – берись за ум скорей,

Чтоб не пойти тебе ко дну, в стараньях преуспей;

Не совершай бесчестных дел, о долге не забудь —

Ты должен будешь заплатить за все когда-нибудь.

Так ешь и пей, и веселись, и пусть тебе везет,

Но помоги тебе Господь, когда получишь счет.

Перевод И. Голубоцкой

Катрены

Жизнь, говорят, дана, чтобы рискнуть —

Мерцать ли слабо иль звездой сверкнуть.

Ты сам решаешь – выбор твой, да, твой —

Пешком пойти, в машине ли махнуть.

Ей отвечал я: «Выбор мой? Навряд!

За нас рискнули много лет назад,

Раздали роли; отовсюду крик:

“Кто правит сей гигантский маскарад?”»

Слепые дурни, жалкие рабы,

Мы пляшем дружно под дуду судьбы.

Из тьмы, где над свободой воли глум:

«Хотя бы шанс дай!» – слышатся мольбы.

Шанс? Нет его! Пустая сцена ждет.

Вот занавес поднялся. Кукловод

Людишкам-куклам уготовил роль.

О, на ура спектакль наш пройдет!

Ведь все уж решено – годины бед,

Извечный, непрерывный ход планет,

Империй взлет и гибель, натиск войн —

И то, что приготовишь на обед.

Случайностей не встретишь под луной.

Причина, следствие – король двойной.

Он правит всем (король законный пал,

Когда пришел ко мне туз козырной).

Из этой западни нам путь закрыт.

Творим не что хотим – что надлежит.

Наследственность нас в угол загнала

(Что утешает средь других обид).

Чу, слышишь? Благозвучный хор изрек:

«Причины нет – отсутствует итог».

С ума сойти! К чертям музыку сфер!

Столы накрыты. Ужин ждет, дружок.

Перевод В. Вотрина

Неприкаянные

Есть порода людей – им немил уют,

    Им на месте сидеть невмочь;

И родню, и друзей они предают,

    И бродяжить уходят прочь.

По степям бредут, по горам ползут,

    Переходят стремнины рек;

В их крови проклятье – цыганский зуд,

    И покою им нет вовек.

Пройдут весь путь до края земли —

    Правдивы, храбры, сильны;

Но и там не осядут, куда пришли —

    Снова хочется новизны.

«Случись по душе мне дело найти —

    О, как бы я мог блеснуть!»

Колеблется миг – и снова в пути,

    Не зная, что ложен путь.

И всегда забывает тот, кто идет

    Из Откуда-То в Никуда,

Что победу в жизни одержит тот,

    Кто приложит много труда.

И всегда забывает идущий в путь,

    Что расцвет его – позади,

Что осталось лишь правде в глаза взглянуть,

    И мертва надежда в груди.

Проигрался. Удача ушла, как дым.

    Весь свой век провел кое-как.

И жестоко жизнь подшутила над ним —

    Он всего лишь смешной чудак.

Имя им, неприкаянным – легион,

    Им осанну не воспоют;

Что бродягой рожден – неповинен он,

    Не по сердцу ему уют.

Перевод А. Кроткова

Музыка в глуши

Над тёмным лесом – серебро луны.

Мерцают звёзды. С поля за рекой

Коровьи колокольчики слышны —

Их сладкий звук приносит ей покой.

Закончен день, исполненный забот.

Устало глядя на вечерний свет,

Она свою любовь за солнцем шлет,

В тот край, куда возврата