Львы и розы ислама - Владимир Дмитриевич Соколов

что гурии в раю никогда не придираются к мужьям, в отличие от земных жен. Этим неуживчивым и крикливым особам ислам противопоставлял мусульманский женский идеал – «благочестивую жену», всегда покладистую, скромную, не перечащую мужу и не ссорящуюся с другими женами. Пророк говорил, что благочестивая супруга стоит больше целого мира и всего, что есть в нем. Уже из этого можно заключить, насколько редко встречались такие жены.

Совсем другое отношение к женщине было в арабской культуре. Арабы видели в женской красоте сладчайший дар жизни, неотразимо притягательный, но полный опасности и скрытого коварства. Вероломство женщины, ее тайная власть над мужчиной – излюбленная тема многих арабских сказок, стихов, прозаических историй и философских наставлений. Арабы говорили, что Сократ, увидев на дереве повесившуюся женщину, якобы воскликнул: «О, если бы все деревья могли приносить такие плоды!» Другой философ упрекал человека, обучавшего девушку грамоте: не заостряй оружие, направленное против тебя!

Порочные, соблазняющие и норовящие изменить, способные причинять мужчине боль, заставлять его страдать и сводить с ума, женщины становятся причиной неисчислимых бед. Никакая сила, никакое могущество не может устоять перед женским очарованием и хитростью. Взгляд красавицы побеждает целые армии, любовь – это проклятие и судьба, от которой нет никакой защиты.

Зато и блаженство, даруемое женщиной, ни с чем не сравнимо. Арабы были очень чувствительны к женской красоте и чрезвычайно влюбчивы. Сам Пророк среди своих любимых вещей назвал благовония и женщин. Араб мог без ума влюбиться в красивую служанку, которая отказывалась с ним общаться, или в невольницу, которую он не мог купить, потому что за нее дорого просили. (Потом какой-нибудь великодушный халиф тайно покупал ее для него и клялся, что не видел даже ее лица, потому что сберег ее для него). Вельможи сохли по рабыням и певицам, тратили на них состояние, и все относились к этому с пониманием и сочувствием. Один араб влюбился даже в отпечаток руки, оставленный женщиной на стене.

В поэзии культ любви достигал своего пика. Стихотворные сборники тех лет пестрят заявлениями: «Если ты не любил и не знал страсти, то ты – один из камней пустыни». «Все люди – влюбленные создания! Пропащий тот, кто не любил и не был любим». «Не быть любимым – значит быть ослом!» Поэт Джамиль дошел до того, что объявил всех умерших от любви шахидами. Удивительно, но примерно такого же мнения придерживался сам Пророк, сделав, правда, упор на целомудрии: «Кто влюбится и умрет, сохранив себя от греха прелюбодеяния, приравнивается к шахиду».

Для арабов женщина была как бы существом иной природы, чуждой и загадочной. Мусульмане всерьез задавались вопросом, могут ли женщины получать удовольствие во время плотской любви, а если могут – дозволено ли им кричать от наслаждения? С другой стороны, на войне женщины считались такой же законной добычей и трофеем, как любая другая собственность, захваченная у врага. В этом арабы недалеко ушли от античного Ахилла с его Брисеидой. После штурма города женщин наряду с золотом и тканями распределяли в соответствии с их достоинствами между воинами, начиная со старших военачальников и кончая рядовыми.

Девушка в розовом. Силу женщин иногда использовали как оружие. Халиф аль-Махди подозревал своего вазира Йакуб ибн Дауда в связях с враждебными шиитами-алидами. Чтобы выяснить, так ли это, он прибег к помощи женщины. Однажды он пригласил Йакуба в прекрасную комнату, где все было розовым: ковры, шелк на стенах, мягкие подушки, даже цветы яблонь и персиков в саду. В комнате сидела молодая рабыня необыкновенной красоты, тоже одетая в розовое. Халиф спросил вазира, нравится ли ему все это, и когда тот ответил восторженной похвалой, заявил, что дарит ему все, в том числе и девушку, «чтобы твое удовольствие было полным». Приняв дар, вазир поселился в розовой комнате, и его удовольствие действительно было настолько полным, что он никуда из нее не выходил, наслаждаясь роскошью обстановки и любовью рабыни. Девушка присутствовала при всех его разговорах с гостями и посетителями (разумеется, сидя за занавеской), а потом докладывала о них халифу. Вскоре вазир был арестован за измену и вышел из тюрьмы только дряхлым стариком.

Любовь к мальчикам в халифате была распространена не меньше, если не больше, чем в Греции и Древнем Риме. В арабской любовной лирике об однополой любви пишут так же охотно, как о двуполой. Репутацию какого-нибудь авторитетного факиха вроде ан-Нафтавайхи ничуть не портил роман с сыном школьного учителя. Рассказывали трогательные истории о безответной любви уважаемых людей к прекрасным юношам, вроде воздыханий грамматика Ибн Кулайба по прекрасному, но жестокому Асламу, который не навестил его даже перед смертью, или о безумной страсти торговца Сада к юному христианину Исе, затворившемуся в монастыре (после чего Сад сошел с ума, сжег свой дом и умер от горя). В Басре какой-то торговец жареным рисом воспевал однополую любовь, и перед его лавкой всегда толпились любопытные слушатели, а местные юноши гордились, когда он упоминал их в своих стихах. В любой багдадской таверне вместе с ночевкой предлагали девушку или мальчика, и стоило это всего два дирхема. Мальчики для утех должны были выглядеть изящно, вести себя манерно и приятно шепелявить.

В халифате благополучно существовала проституция. Любой религии, если она хочет быть массовой, приходится мириться с человеческими слабостями. Несмотря на то, что ислам строго запрещал проституцию, в некоторых мусульманских городах имелись официальные публичные дома, а гостей в знатных домах развлекали гетеры, оказывавшие свои услуги и днем, и ночью (ночью стоило дешевле). Танцовщицы, певички и рабыни разнообразили сексуальную жизнь арабов.

Евнухи в халифате были также распространены, как в Византии. В Коране прямо запрещено кастрировать людей и животных, поэтому мусульмане покупали евнухов, но кастрировать их предоставляли иноверцам. Операция по холощению была тяжелой и болезненной, многие умирали, поэтому евнухи стоили дорого, в три и в четыре раза дороже обычного раба. Евнухи не только служили в гареме, среди них были знаменитые правители и военачальники, такие как Мунис или адмирал Салим. Считалось, что характер евнухов похож на женский: они так же неуравновешенны, плаксивы, болтливы и склонны с сплетням.

Одежда

В халифате знали толк в одежде и ценили хороший наряд. Один придворный даже много лет спустя вспоминал роскошную риду и джуббу, которые однажды видел на халифе Абу-ль-Аббасе: он говорил, что в жизни не встречал ничего лучше.

Традиционная одежда арабов была многослойной: чем богаче костюм, тем больше в нем слоев. Бедняки ходили в одних штанах и подпоясанной рубахе, а богатые