Владимир Путин и СВО - Рой Александрович Медведев

С самого начала спецоперации президент четко обозначил главный принцип ведения боевых действ с противником: не торопиться, не подверстывать достижение тех или иных успехов на поле боя к каким-либо событиям или датам, чтобы беречь людей. Когда в конце апреля 2022 года министр обороны Сергей Шойгу доложил Путину, что мариупольская «Азов-сталь» блокирована и на ее зачистку потребуется три-четыре дня, президент ответил: «Предлагаемый штурм промышленной зоны считаю нецелесообразным. Приказываю отменить. Это тот случай, когда мы должны думать — мы всегда должны думать, но в данном случае тем более — о сохранении жизней и здоровья наших солдат и офицеров. Не нужно лезть в эти катакомбы». Но при этом надо сделать «так, чтобы муха не пролетела» из блокированной промзоны.

Точно так же Путин всегда стремился уберечь мирное население, больше всего рискующее при любых военных конфликтах, и предпочитал нейтрализовать противника, взяв его в плен, а не уничтожив. Через несколько дней после отказа от штурма «Азовстали», на встрече в Кремле с Генеральным секретарем ООН Антониу Гутеррешем, президент затронул вопрос об эвакуации мирного населения из Мариуполя, освобождение которого к тому времени еще не завершилось. Он отметил, что, вопреки заявлениям украинских властей, российские военные не препятствуют эвакуации из блокированного комплекса «Азовстали» гражданских лиц, а этому мешают сами засевшие там военнослужащие ВСУ, которые прикрываются мирными жителями. При этом сдавшимся в плен противникам оказывается необходимая медицинская помощь. В самом Мариуполе действуют гуманитарные коридоры, по ним из города вышли порядка 130–140 тысяч человек, которые «могут ехать куда угодно: кто-то хочет в Россию, кто-то хочет на Украину». Такое же гуманное отношение российские военнослужащие проявили и к сдавшимся в плен последним «сидельцам» подземелий «Азовстали» — представителям националистических формирований.

У всякой войны есть свои причины, своя логика и даже своя философия. Во всяком случае, известный военный теоретик Карл Клаузевиц называл свои концепции философией войны. Сегодня имеется большая и разветвленная система военных наук, и каждая современная война дает большую пищу для научных исследований военных специалистов и ученых, генералов и конструкторов.

Военные действия на Украине здесь не исключение. И для этого имеется много оснований. В какой-то степени это первая большая война в XXI веке с применением всех почти видов оружия, кроме ядерного. Ни война в Афганистане, ни война в Сирии не идут ни в какое сравнение с продолжающимися боевыми действиями на Украине. Вследствие массового применения беспилотников изменились функции и способы использования таких зарекомендовавших себя в войнах минувшего столетия видов вооружения, как танки и артиллерия. Меняется сама картина боя: вместо фронтального наступления большими войсковыми соединениями используется тактика просачивания малыми группами через линию боевого соприкосновения. Появление планирующих фугасных авиабомб позволяет использовать их без захода самолета в пространство, контролируемое противовоздушной обороной противника. Безэкипажные катера оказываются способными поражать не только надводные, но и воздушные цели. Многократно возросла роль космической разведки. Перечень новшеств, апробированных и доказавших свою эффективность в ходе противостояния Вооруженных сил России и ВСУ, можно продолжить.

Для США и других натовских стран эта война также имеет колоссальное значение. Высшему командному составу, военным специалистам и научно-техническим кадрам этих государств приходится спешно перестраиваться и учитывать все эти перемены. Следует признать, что такое перестраивание происходит со скрипом: натовская военная машина оказалась на редкость консервативной, что, естественно, нам только на руку. Западные спецслужбы также пытаются усвоить уроки войны на Украине, например, технологии проведения информационно-психологических операций. Украина для них — это одновременно и испытательный полигон, и источник ценного опыта подобных мероприятий.

Наконец, важнейшим аспектом любого силового противостояния является психология его участников. Так, двадцатилетняя война Соединенных Штатов в Афганистане закончилась унизительным уходом американцев из этой страны, фактически бегством и победой талибов. Произошло это во многом именно вследствие комплекса факторов, так или иначе связанных с психологическим состоянием американских военных, а также всего общества США. На этом фоне эффективные приемы этноконфессиональной мобилизации талибов сделали бессмысленным дальнейшее пребывание американцев в этой стране.

На Украине воюют не талибы и не американцы. Но психология армии очень важна и здесь. Вооруженные силы России с переменным успехом, пусть медленно, но верно продвигаются вперед. При этом всё крепче и сильнее становится то, что принято называть силой духа. У ВСУ противоположная ситуация. Если в первый год войны и особенно после сентябрьского контрнаступления в Харьковской области украинские военнослужащие были готовы сражаться и дальше, то впоследствии такой настрой существенно ослаб. Их боевой дух не поднимался, а падал.

Сила духа армии не менее важна, чем ее вооружение. История знает на этот счет много примеров. В 1812 году русская армия долго отступала, но ее сила духа непрерывно росла. Великая армия Наполеона наступала и даже заняла Москву. Но ее сила духа непрерывно падала, русская армия вскоре погнала французов обратно в Европу, и Великая армия вернулась во Францию, потерпев фактическое поражение в подходе на Россию. Так было и во время Великой Отечественной войны. Тем более это произойдет и на Украине, где ВСУ даже по-настоящему и не совершали массированных наступлений.

Контрнаступление в сентябре 2022 года было остановлено, а впоследствии если украинские части и имели успех, то лишь ограниченный.

Есть много поговорок о нерасторопности русских людей. Например такая: «Пока гром не грянет, мужик не перекрестится». Или другая: «Русские долго запрягают, но быстро едут». Раньше считалось, что одновременно быстро запрягать и быстро ехать особенно хорошо умеют немцы. Неслучайно стратегия блицкрига была одной из основных в германской армии. Однако Первая и Вторая мировые войны, развязанные Германией, кончились ее полным поражением.

Россия при Путине доказала, что она способна и быстро запрягать, и быстро ехать. Его энергия, быстрота реакции, решительность и смелость неоспоримы. Но это не немецкие, а русские качества. Германский политолог Александр Рар посвятил Путину книгу и назвал его «лучшим немцем в Кремле». Но Путин не немец. Он русский человек. И мастер своего дела. Бывший американский разведчик и русист по образованию Скотт Риттер назвал Путина «мастером побеждать». «Иногда победа требует терпения, но самое главное — это избегать ловушек и не совершать опрометчивых поступков», — подчеркнул Риттер и отметил, что мастерство Путина как раз и заключается в обладании этими умениями.

С началом СВО в адрес и Путина, и России в целом постоянно раздаются многочисленные обвинения. Но это голоса проигравших, причем не только в сугубо военном, но и в психологическом отношении. Ставки в этой войне очень велики. И совершенно очевидно, что такое психологическое противостояние продолжится