Владимир Путин и СВО - Рой Александрович Медведев

годах лиц из американских спецслужб в российском правительстве, добавив к сказанному в начале декабря — и «на объектах ядерного оружейного комплекса». Симптоматична сделанная президентом отсылка к переговорам Валентина Фалина с Эгоном Баром, госсекретарем кабинета Вилли Брандта, в контексте подготовки эпохального Московского договора 1970 года с ФРГ. Здесь важно не только то, что эти переговоры продемонстрировали возможность успешного диалога с ключевой западноевропейской страной. Знаковой видится и отсылка к Фалину, который в последние годы жизни много писал и говорил о проводниках внешних интересов в советском руководстве.

Что же касалось непосредственно самого обострения отношений с Западом, то эта тема в подаче Путина выглядела предельно простой и сводимой к формуле: нам обещали — а потом нас обманули. Гораздо интереснее другое: что нового сказал Путин про наш главный внешнеполитический «аллерген», который и явился поводом чуть ли не предвоенной риторики обеих сторон — и НАТО, и России, — то есть про Украину. Бросается в глаза, на какие вопросы «разрезали» украинскую тему, кто и как эти вопросы задал и что на них ответил президент.

О серьезных «партнерах» в связи с Украиной Путина спросила проверенная и входящая в ближайший околокремлевский медийный круг тележурналистка с НТВ (тогда) Ирада Зейналова. На то, что речь сейчас пойдет о важном, намекнул лично пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков, который назвал ее и добавил: «Можете не представляться». Процитировав не к месту горчаковское «Россия сосредотачивается», она, по сути, прямо спросила президента, надо ли нам уже готовиться к войне. Чрезвычайно важно, что Путин не ответил на этот вопрос однозначно отрицательно. Во-первых, он, говоря о возможной силовой операции ВСУ против Донбасса, заметил, что это один из сценариев, на который придется «реагировать», «думая об этом, что-то делать». Во-вторых, президент с тревогой заметил, что Запад превращает Украину в «анти-Россию», накачивает ее современным вооружением, меняет ментальность населения, готовит к агрессии против Донбасса и Крыма. «Как Россия должна жить-то с этим? Всё время с оглядкой, что там будет и когда “долбанут”?» — ответ на этот вопрос Путина напрашивался сам собой: не исключается «принуждения к миру» киевского режима с последующим расширением ЛДНР на новые восточные регионы Украины. Конечно, как дал понять президент, ему очень этого не хочется, и он рассчитывает на благоразумие Джо Байдена. Но в любом случае после 2014 года официальная позиция России в отношении Украины никогда не формулировалась столь жестко и однозначно.

На фоне реальной перспективы войны мог остаться незамеченным раскрытый Путиным факт из кулуарной дипломатии. По его словам, «партнеры» говорили: «Ну ладно, с Крымом всё, забыли». То, что Запад был готов принять вхождение полуострова в состав России, но только хотел сделать это, не потеряв лица, было понятно уже давно. Теперь Путин заявил об этом прямо. Да, его терпеливая и аккуратная политика дала свои результаты, мировое признание новых границ России вполне реально, и война тут всё может в одночасье испортить. Но если придется, Москва, тем не менее, не станет раздумывать по поводу «принуждения к миру» упрямого и недальновидного западного соседа. Однако в любом случае судьбу Украины и ее режима решает Вашингтон, поэтому Москва не намерена размениваться на переговоры с бессубъектным Киевом.

Был задан и вопрос о перспективах Минских соглашений и Донбасса. И здесь Путин сделал действительно сенсационное заявление: «…будущее Донбасса должны определить люди, которые живут в Донбассе <…> по-другому быть не может». Эти слова означали, что Москва после многочисленных нарушений Киевом Минских соглашений считала себя свободной от взятых на себя в рамках этих договоренностей обязательств и уже официально давала понять, что не станет считаться с территориальной целостностью Украины.

Конечно, перед новогодними каникулами вряд ли стоило ожидать какой-то большей ясности по поводу того, что ждало страну в 2022 году, до намеченных на 12 января переговоров представителей России и НАТО. Тогда казалось, что, скорее всего, некий более или менее устраивавший обе стороны выход будет найден, поскольку ни Россия, ни Североатлантический альянс действительно не хотят войны. Значит, будет какой-то торг, а за ним последуют и компромиссы. Однако реалии 2022 года оказались гораздо более радикальными.

Глава 4

Начало спецоперации и ее смысловое и идейное оформление

Новый 2022 год начинался в России непросто. В своем традиционном новогоднем обращении 31 декабря Путин указал на «колоссальные вызовы», с которыми столкнулась страна, имея в виду прежде всего пандемию COVID-19. Однако уже в первые дни наступившего года Россию ждал совсем новый вызов — мятеж в Казахстане. Соседняя страна оказалась в шаге от гражданской войны и от разрыва с Россией. Но этот шаг был предотвращен стремительными действиями Путина, взявшего в свои руки инициативу по направлению в Казахстан Коллективных миротворческих сил ОДКБ в ответ на просьбу со стороны президента страны Касыма-Жомарта Токаева. Неожиданно возникшая на восточных рубежах России угроза была ликвидирована, однако события в Казахстане породили тревогу в нашем обществе по поводу общей ситуации на постсоветском пространстве. Однако ретроспективно можно утверждать, что эта угроза и ее моментальное купирование сыграли свою положительную роль в психологической подготовке населения России к начавшейся спустя полтора месяца после неудавшегося мятежа в Казахстане специальной военной операции на территориях непризнанных ДНР и ЛНР, а также Украины.

(Стоит отдельно заметить по поводу Казахстана (хотя это и не относится непосредственно к теме настоящей книги), что Токаев поблагодарил в своем обращении президента России за организованную им помощь в подавлении мятежа: «Особые слова благодарности адресую президенту России Владимиру Путину. Он очень оперативно, а главное по-товарищески тепло отреагировал на мое обращение». Вроде бы, нормальная благодарность, высказанная официально и одновременно по существу вопроса. Однако на фоне прозвучавших (непонятно, за что именно) в начале ноября 2025 года славословий Токаева в адрес Трампа она выглядит блеклой. На встрече с хозяином Белого дома президент Казахстана назвал своего собеседника «великим государственным деятелем, посланным свыше», завершившим «восемь войн», намеренным «вернуть здравый смысл и традиционные ценности», проводящим «мудрую и сильную политику», вызывающую благодарность «миллионов людей и лидеров многих стран мира», вводящим Америку в «золотой век», побуждающим граждан Казахстана «строить сильное и справедливое государство на основе закона и порядка». Всё это звучит очень странно. Во всяком случае, в 2022 году Трамп не помогал Токаеву удержаться у власти.)

Помимо подготовки психологической, в феврале 2022 года были предприняты действия и вполне практические: буквально накануне спецоперации завершились десятидневные военные учения на территории Белоруссии российских и белорусских Вооруженных сил «Союзная решимость — 2022». Данные приготовления были ненапрасными. К этому времени